Коварное бронзовое тщеславие - Глен Кук

Мы возобновили продвижение к конюшне Плеймета после того, как мимо нас пронесли павших, предположительно направлявшихся в гости к магам-криминалистам Аль-Хара. Интересно, хватает ли генералу Тупу смелости держать в штате настоящего некроманта?

Только я собрался спросить Тару Чейн, как материализовался Мишень.

– Некоторое время будете без прикрытия. Все парни заняты уборкой. Будьте осторожны. Хеления? Ты в порядке?

– Я справлюсь. Меня обещали подвезти.

– Присматривай за нашим мальчиком. И держи дурачину под контролем. Босс пока не хочет с ним расставаться.

– Сделаю что смогу.

Мишень потрусил следом за трупоносами. Эти ребята привлекали внимание местных жителей.

Я только начал понимать, что Мишень проявил неуважение ко мне, когда заметил впереди, в пятнадцати футах от нас, Плеймета и Крошку Му: они ждали перед парадной дверью кабинета Плеймета.

Каштанка и подружки принялись прыгать вокруг Крошки Му. Она обзавелась новым нарядом. Точнее, не новым, не стильным и не слишком хорошо сидящим, но чистым и не привлекающим внимание. Ее лицо казалось менее озадаченным. Она была рада видеть собак. Если бы Плеймет не сказал ей что-то, она бы упала на землю и начала кататься с ними в пыли.

Тара Чейн удивленно крякнула и пробормотала:

– Да, это было весьма примечательно.

Я оглянулся. Она смотрела вверх, а не на Крошку Му. Я решил присоединиться и тоже уставился в небо.

– Что? – Блондинка исчезла, но я и так не был избалован ее присутствием. – И?

– Она улетела. Точнее, уплыла.

– Она Бегущая По Ветру?

Лунная Гниль пожала плечами.

– Этот талант редко проявляется до полового созревания.

– Не говоря уже о том, что он вообще чертовски редкий. Значит, ее будет легко узнать.

– Можно предположить, что так. Бегущие По Ветру настолько необычны, что на Холме знают о каждом.

– У меня дурное предчувствие.

– Молодец. Поток Яростного Света была единственной активной Бегущей По Ветру Танфера.

– Следовательно, может иметь место совсем другое колдовство.

– Должно быть, так.

Она посмотрела на Плеймета и Крошку Му, и ее интерес угас.

Плеймет не представлял собой ничего выдающегося – высокий костлявый чернокожий парень с открытым ртом (это он увидел меня верхом).

– Заводите лошадей внутрь. Они устали и голодны. – Вот и все, что он смог из себя выдавить.

– У меня почти нет наличных.

– Зато у Паленой есть. И много платить не придется. Я у тебя в долгу.

– Кстати, Покойник хотел, чтобы я тебя проведал.

– Я в порядке. Лучше, чем можно было ожидать. – Он мягко опустил руку на плечо Крошки Му, и она перестала делать то, чего, по его мнению, ей делать не следовало, хотя я не уловил, что именно. – Не нужно надо мной трястись.

– Конечно, нужно. Ты для нас важен. Покойник хочет, чтобы ты зашел, и он проверил рак. Возможно, Колду он тоже захочет повидать.

– И девочку.

– Да. И ее.

Беседуя, мы занимались делом – заводили лошадей внутрь, ослабляли сбрую и снимали уздечки. Плей принес воду и овес. Кобыла кинула на меня взгляд, свидетельствовавший о том, что она могла изменить свое мнение по поводу моей способности делить мир с высшей расой.

Крошка Му помогала Плею. Она сказала несколько слов – неразборчивых и не мне. «Ненавижу!» среди них не значилось.

Плеймет сел на корточки и осмотрел левый бок моей кобылы.

– Ты права. У тебя цепкий глаз, девочка.

Он достал ведро со зловонной мазью, зачерпнул горсть и намазал потертость, возникшую под левым крылом седла. Хотел отругать меня, но сдержался. Я никоим образом не мог догадаться. Мне не доводилось служить в кавалерии.

И я славился глубоким недоверием к лошадиным кланам.

Плеймет – самый славный человек из всех, кого я знаю, но страдает странными предрассудками по части животных. Это лишь чертовы животные, Плей!

Если так пойдет и дальше, мы можем поругаться. Пора сменить тему. К тому же меня больше интересовала девочка.

Как и Тару Чейн. Она казалась завороженной и благоговеющей, недоверчивой и профессионально сбитой с толку.

– Ты явно оказал хорошее влияние, – сказал я Плеймету. – Что произошло? – И добавил, обращаясь к Лунной Гнили: – В чем дело? Вы увидели что-то интересное, или вам просто нужно в уборную?

– Я не уверена. Восемь на первое и четыре на второе. Не могу поверить, что это то, чем кажется.

В Танфере мы ежедневно сталкиваемся с немыслимым и невероятным. А раз в неделю – с невозможным.

– Просто требуется терпение, – ответил Плеймет. – Она хороший ребенок, хочет быть полезной. Но действительно глупая, – тихо добавил он.

– И?

– И что?

– Кто она? Откуда? Какова ее история? Ты переодел ее в нормальную одежду. Смог в некотором смысле наладить общение.

Тем временем Тара Чейн протянула руку, мягко поманила. Каштанка с девочками окружили Крошку Му и уставились на нее, ожидая объяснений.

– Она назвала имя, когда поняла, чего я хочу, – сказал Плеймет. – Хагейкагомей.

Ха-гей-ка-го-мей.

– Правда? – Определенно не танферское и вряд ли карентийское.

– Правда.

– Странное имя. Но…

– Ты думаешь, что уже слышал его.

– Да. Как ни удивительно.

– Я тоже, Гаррет. Давным-давно. Насколько я смог понять – а девочка действительно сбита с толку, – она думает, что ты должен знать его, потому что вы жили вместе. И она очень тебя любила.

Я открыл рот, чтобы заявить, что это невозможно. Тара Чейн коснулась моих губ указательным пальцем.

– Нет. Как велела Констанция, проявляй доброту, мягкость и терпение. С тебя не убудет.

– Почему?

– Предпочитаешь оскорблять чужие чувства?

– Предпочитаю знать, почему мне дают особые указания.

– Она особенное дитя. Таких больше нет.

– Особенная в каком смысле?

– Считай ее своей умственно отсталой младшей сестренкой. Больше тебе знать не требуется.

Я бросил на Плеймета призывный взгляд и понял, что помощи от него не дождусь.

– Она делает успехи, но по-прежнему сбита с толку. Иногда у нее получается строить фразы, однако в них нет особого смысла.