Белая тетрадь - Софья Ролдугина

– Ты что, не завтракал? – возмущенно промычала я, запивая тост кофе.

– Да нет вроде, – хмыкнул головой Ксиль. – Я и не хочу.

– Тогда положи тост на место! – потребовала я. Максимилиан показал язык и демонстративно откусил от хлебца. Я решила сменить тактику: – Если я останусь голодная, то всю дорогу буду жалобно ныть. Ты уверен, что сможешь это выдержать?

– По дороге можем зайти в кафе, – предложил князь, протягивая руку за вторым тостом. – Все равно нужно сделать кое-какие покупки.

– Какие? – Мм, до чего же вкусный кофе… Или я просто отвыкла? А-а, неважно.

– Узнаешь, – пообещал Максимилиан. Я сделала последний глоток и с сожалением отставила чашку. – А теперь как насчет того, чтобы уйти, не прощаясь?

– Это как? – поинтересовалась я, закидывая рюкзак на плечи.

– А вот так.

Князь подхватил меня на руки и перемахнул через подоконник. Я даже испугаться не успела. Но, оказавшись на земле, не стала молчать:

– Ты… ты! Больше никогда так не делай, понял? А если бы мы разбились?

Максимилиан со смехом перехватил мои кулачки.

– Не разбились бы. Чтобы спрыгнуть с пятого этажа, даже крылья раскрывать необязательно.

– По законам физики это невозможно.

– Каким еще законам? – едко переспросил князь. Я поняла, какую глупость сморозила, и прикусила язык. Шакаи-ар с гравитацией играют, как дети с мячиком. То есть так же безответственно и столь же часто имея последствия в виде разбитых окон и коленок.

Убедившись, что я не намерена больше терзать его уши, Максимилиан цапнул меня за руку и потащил в подворотню. По-моему, ту же самую, в которой он оставил инквизитора.

– И все-таки куда мы идем?

Я обежала князя, заглядывая ему в глаза.

– В аллийскую лавку, – со вздохом сознался он. – Терпеть не могу этих бессердечных гордецов, но вещи они делают великолепные.

– Эй, не смей ругать аллийцев! – Я мстительно ткнула его в бок. – И они не бессердечные, сердец у них целых два. И еще один клапан маленький на аорте под черепом.

Князь увернулся и в ответ отвесил мне легкий подзатыльник.

– А я и забыл, что ты у нас невеста аллийского принца, – протянул он сладеньким голоском.

Я мгновенно взвилась:

– Дэриэлл – не принц! А я – не его невеста! Мы друзья!

Вообще-то можно было сказать проще: «Дэриэлл – мой кумир, не трогай святое!», но вырвалось почему-то именно это.

– Ну да! Друг, который в четыреста пятьдесят раз старше тебя! – скептически выгнул брови князь.

– А тебе какое дело? – огрызнулась я, разом мрачнея. Прекрасное настроение почти исчезло. Максимилиан сразу же остыл и пожал плечами:

– Да, в общем-то, никакого. А если серьезно, у тебя есть парень? Или как это сейчас называется…

– Так и называется. – Я погрустнела, отводя глаза в сторону. – Только у меня никого нет, как это ни называй. А Дэриэлл – действительно друг и учитель. Ты не смейся, пожалуйста. Он очень хороший. И относится ко мне как ко взрослой… В отличие от некоторых. – Я искоса взглянула на князя. – А у тебя есть девушка?

– Постоянной – нет, – усмехнулся князь. И грустно добавил: – Но почему-то многие девушки думают, что у них есть я. Странно, правда?

Я внимательно оглядела безупречные черты лица, стройную фигуру, молочную белизну кожи и пронзительно-синие глаза.

– Действительно, очень странно. Я бы на их месте не стала тебе доверять.

– Почему? – опешил князь. Видимо, рассчитывал на другую реакцию.

– Ты слишком красивый, – с готовностью пояснила я. – Такие мужчины не отличаются постоянством.

Максимилиан презрительно фыркнул, мгновенно став похожим на наглого черного кота.

– Много понимаешь, опытная ты наша. Я ведь шакаи-ар, а следовательно, ищу ту единственную, неповторимую…

Глядя на вдохновенно поднятые к небу очи, я не выдержала и расхохоталась.

– Что? – обиделся Максимилиан. Я смогла выдавить сквозь хохот только два слова:

– Не верю!