Алекс Верус. Участь - Бенедикт Джэка

Краски поблекли, затем вновь стали яркими. Я находился на улице, клонящееся к закату солнце освещало красные скалы каньона.

– Твои идеи какие-то дурацкие, – скучающим тоном проговорил Тобрук.

– Но… – Алекс из прошлого насупился, – можно было и не делать этого, – добавил он с явным сомнением в голосе.

– И что?

Я вспомнил, что произойдет, и у меня мурашки побежали по позвоночнику. Я не хотел ничего видеть!

Еще один шаг…

Я очутился в гостиной. Подмастерья окончательно потеряли взаимопонимание. Алекс и Тобрук жарко спорили, Ширин иногда вставляла какую-то реплику. Черные глаза Тобрука горели, Рэйчел неуверенно переводила взгляд с одного на другого.

Дверь открывалась, заставляя всех умолкнуть, и…

Видения замелькали быстрее, сливаясь в пеструю длинную ленту.

Разочарование и подозрительность. Ширин и Рэйчел отдаляются от Алекса и Тобрука. Ширин злится, Рэйчел в отчаянии.

Алекс знакомится с Лайлом и с Советом.

Ричард продолжает властвовать над подмастерьями, вроде бы не замечая ничего вокруг.

Заговоры во мраке. Обман, интриги. Разоблачение.

Вдруг череда видений застыла.

Алекс из прошлого, повзрослевший примерно на год, стоит в промозглом каменном коридоре. Рядом с ним – худенькая девушка в разорванной, окровавленной одежде. Она держится за меня…. то есть, конечно, за того Алекса-подмастерья, каким я был много лет назад.

Алекс и его спутница смотрят на Ричарда. У Черного мага за спиной маячат Ширин, Рэйчел и Тобрук.

– Вы знали? – изумленно спрашивает Алекс.

– Алекс, не путай понятия «не знать» и «не обращать внимания», – изрекает Ричард. – Я позволял тебе лгать до тех пор, пока это не стало неподчинением прямому приказанию.

Юный Алекс облизнул губы.

– Она вам не нужна. Правда, не нужна!

– Дело не в ней, а в тебе, – подняв руку, Ричард манит провинившегося к себе. – Отдай ее мне.

Девушка широко распахивает свои глаза, в которых плещется ужас.

Алекс из прошлого колеблется.

Ричард театрально вздыхает.

– К сожалению, это был твой последний шанс, – говорит он и качает головой. – Я предупреждал, что не все из вас выдержат испытание. Тобрук?

– Эй, Алекс! – ухмыляется Тобрук. – Похоже, ты теперь – не лучший в классе.

Тобрук щелкает пальцами. Вспыхивает фиолетовое пламя, метнувшееся к Алексу…

Судорожно вздрогнув, я очнулся. Я еще находился в кабинете, но уже пересек всю комнату.

Дверь находилась прямо передо мной, я мог дотянуться до нее рукой. Последний шаг – и прошлое останется позади.

– Давненько мы не виделись! – произнес голос слева от меня.

Я сразу понял, кто это. В кресле Ричарда сидел Тобрук. Он закинул ноги на стол и выглядел в точности так же, как и тогда, когда я видел его в последний раз: симпатичный подросток, смуглый, с подвижной хитрой физиономией. Его губы улыбались, как всегда. Глаза – нет.

– Ты занял чужое кресло, – заметил я.

– Ричард за той дверью, – ухмыльнулся Тобрук. – Не беспокойся, ты его обязательно найдешь. Тебе достаточно будет только переступить порог.

Я задумался.

– Хорошо, – сказал я и напружинился.

– Послушай, а это что еще такое? – неожиданно спросил меня Тобрук.

Спустив ноги со стола, Тобрук нагнулся и вытащил за волосы девушку.

Я сразу узнал Ширин. Глаза у нее были закрыты, она едва дышала, ее щеки испещряли многочисленные ссадины и порезы. Вцепившись пальцами ей в волосы, Тобрук подержал Ширин, давая мне возможность рассмотреть ее, после чего швырнул ее вперед.

Ширин растянулась на столе, предварительно ударившись черепом о полированную поверхность.

– Как думаешь, как с ней быть?

Я словно прирос к полу.

– Что, если я сожгу ей пальцы? – спросил Тобрук и сам себе ответил: – Нет, не надо. – Он скривился. – Полагаю, сперва нужно ее трахнуть. Ноги раздвигать она умеет классно.

– Прекрати! – выдавил я.

Тобрук продолжал ухмыляться. Он развел руки, приглашая меня.

– Попробуй меня остановить, – произнес он и сделал рукой приглашающий жест, дескать, не дрейфь.

Мне хотелось броситься на него, но я постарался подавить ярость, клокочущую во мне. Когда я заговорил, мой голос прозвучал бесстрастно и спокойно:

– Я войду в эту дверь.

– Плевать, – хохотнул Тобрук и пожал плечами. – Ты все равно вернешься, рано или поздно. Кстати, я бы хотел посмотреть, как ты еще разочек снова с Рэйчел… Конечно, если ты желаешь ускорить процесс…

Я бросил взгляд на бесчувственную Ширин.

– Что она тебе сделала? – спросил я.

– Ничего, – ухмылка слиняла с лица Тобрука, он подался вперед, облокотившись на стол, и его глаза наполнились ненавистью. – Я собирался стать Избранным Ричарда. Два года я отчаянно карабкался наверх, чтобы опередить вас, и ради чего? Чтобы ты пырнул меня ножом в спину, как последний трус! Вся моя жизнь оказалась растрачена впустую из-за тебя. Понял?

Внезапно Тобрук загорелся, превратившись в скелет, объятый чернильно-фиолетовым пламенем. Правда, спустя мгновение. Тобрук взял себя в руки, и на костях вновь наросла плоть. Только кресло дымилось да на столе отпечатались обугленные отпечатки ладоней.

Какое-то время мы с Тобруком схлестнулись в молчаливом поединке, меряясь взглядами.

– Пока я был здесь, я сделал много такого, о чем теперь жалею, – сказал я наконец. – Но я не собираюсь застревать в прошлом. И знаешь что? – вдруг спросил я, решив быть искренним и с ним, и с самим собой. – Есть кое-что, в чем я нисколько не раскаиваюсь, Тобрук. Я даже испытал облегчение, когда тебя прикончил.

Торбук презрительно сузил глаза, поджал губы и откинулся на спинку кресла.

– Не болтай попусту, Алекс!

Я направился к двери.

– Алекс!

Помедлив, я обернулся.

– Ричард непременно тебя найдет, – добавил Тобрук и загоготал. – Проснувшись, он отправится тебя искать. Он поймает тебя и причинит тебе невыносимую боль, после чего ты умрешь. А я буду тебя ждать. Позаботься о том, чтобы свидеться с Ричардом и не погибнуть раньше срока! Я буду крайне огорчен, если тебя прикончат другие ребята. Я хочу увидеть твое лицо, когда Ричард припрет тебя к стене. – Тобрук насмешливо помахал рукой. – Пока, Алекс!

И Тобрук склонился над Ширин.

Я не стал задерживаться в кабинете. Приблизившись к двери, я толкнул ее. Вспыхнул ослепительный свет, а потом наступила тьма.