Алекс Верус. Участь - Бенедикт Джэка

– Ты шутишь! Она даже имя себе взяла другое.

– Ты ничего не понимаешь, – покачала головой Ширин. – Рэйчел заняла твое место.

– Да, но я дорого заплатил за то, чтобы избежать подобной участи.

– Ты заплатил всего один раз. Ей приходится делать это каждый день.

– Ширин, ты намекаешь на то, чтобы я ее пожалел?

– Речь идет не о том, чтобы пожалеть ее.

– Тогда о чем? – я скрестил руки на груди. – Имей в виду, что я стал пленником Черного мага, по сути, второго Ричарда Дракха – но только еще более жестокого. Он хочет, чтобы я играл в его команде, и моими напарниками будут трое Черных магов, каждый из которых люто ненавидит меня по своим личным причинам. А если мне и удастся удовлетворить всех троих – чего не будет, – Левистус и его невидимая убийца пожелают расправиться со мной за то, что я переметнулся на другую сторону. Вышеперечисленные маги без труда прикончат меня. Я не вру, Ширин! В целом велика вероятность, что я расстанусь с жизнью в ближайшие пару дней. Поэтому у меня нет времени торчать здесь! Мне нужно срочно выбраться отсюда.

Ширин не проронила ни звука, но, выслушав меня, она опять принялась за свое.

– Зачем ты здесь?

Я упрямо продолжал идти вперед. Ширин, естественно, порхала сзади.

– Потому что там есть те, кто меня ненавидит! – рявкнул я, не оборачиваясь. – Вот и все!

– Но ты сам сделал свой выбор.

– О чем ты?

– Ты мог бы спрятаться, – продолжала Ширин. – Хеликаон предупреждал тебя. Почему ты остался?

– Так ведь я идиот. Оставь меня в покое!

– Ты прекрасно понимал, что делаешь.

– Если ты знаешь меня как облупленного, почему ты пристаешь ко мне с расспросами?

Ширин ничего не ответила. Я оглянулся и посмотрел ей в лицо.

– Ладно. Все дело в Лоне.

Как только я это произнес, что-то изменилось. Мостик начал плавно снижаться к крышам домов. Опустившись до самой мостовой, он буквально уткнулся в крыльцо массивного особняка.

– Это здесь, – первой нарушила молчание Ширин.

Я поплелся к дому Ричарда Дракха. Он был таким же, каким я его запомнил, вплоть до треснувшей каменной плитки у порога. Я посмотрел на двустворчатую дверь.

– Почему ты остановился? – послышался позади голос Ширин. – Тебе страшно?

– Да, – признался я.

Мы простояли перед дверью целую минуту. Город вокруг затих в ожидании, словно затаил дыхание.

– Когда я сбежал, то поклялся, что никогда сюда не вернусь, – произнес я после паузы.

– Но ты же никуда не сбежал.

Я кинул изумленный взгляд на Ширин. Она в миг посерьезнела.

– Тебе так и не удалось отсюда вырваться, – серьезно сказала она. – Поэтому каждую ночь тебя мучают кошмары. Ты ни с кем не сблизился, стал затворником и завел дружбу с девушкой, до которой нельзя дотронуться. А Морден по-своему прав: ты действительно живешь так, как научил тебя Ричард.

– При чем тут Морден? – взвился я.

– Послушай меня, Алекс! Я знаю, что Морден не учел одной вещи – ты защищал не только себя, но и других. Ты рискуешь своей жизнью, чтобы спасти Лону. Ты – не Черный маг. И ты не должен жить как Черный маг.

– Значит, ты мне это говоришь? – спросил я.

Вздохнув, Ширин отвела взгляд.

– Алекс, когда я умерла, мне было девятнадцать лет. Я совершила множество промахов, но, конечно, не могла ничего исправить – было уже слишком поздно. Но я безумно хочу, чтобы моя жизнь завершилась хоть чем-то хорошим! Я попыталась обратиться к Рэйчел, но до нее теперь не достучишься. У нее внутри еще осталось немного от той Рэйчел, какой она была, но сейчас ее нутро исказилось – и все мои старания лишь распаляют в ней ярость. Но ведь есть еще ты, Алекс! Ты – мой единственный шанс! Нельзя допустить, чтобы все, к чему я прикасалась, становилось злом. Пожалуйста!

Я долго смотрел на нее.

– Чего тебе нужно, Ширин?

Ширин на мгновение зажмурилась, ее плечи обмякли от облегчения.

– Выход находится в особняке – в кабинете Ричарда. Не бойся. Когда окажешься в особняке, ни на что не отвлекайся, что бы ты ни увидел. Если ты сделаешь шаг в сторону, никогда не сможешь отсюда выбраться. Ты навсегда тут застрянешь.

– Ясно.

– Мне надо передать тебе послание: «В конце, при свете звезд, доверься своим друзьям и откажись от большей силы ради меньшей».

– «Откажись от большей силы ради меньшей», – я нахмурился. – Это слова демона?

Ширин кивнула.

– Не представляю, как его расшифровать, оно – очень важное! Мне пришлось дорого заплатить за все. Не забудь!

– Постараюсь, – пообещал я, и у меня заныло сердце. – Это ведь правда ты?

– Нет.

– Но ты… – я осекся.

Ширин покачала головой, и у нее на лице появилась грусть.

– Я превратилась в тень, – вымолвила она. – Я похожа на Ширин, чувствую то же, что и она, и думаю так же, как она, но ее уже нет. Скоро и я последую за ней. Я сумела задержаться здесь лишь благодаря ее желанию найти тебя…

Я не мог оторвать взгляда от Ширин. Ощущение было странное – смотреть на нее глазами взрослого мужчины. Я повзрослел, но она оставалась такой, какой была в момент своей смерти.

– Я рад, что мы встретились, Ширин, – произнес я.

– И я, – улыбнулась Ширин. – Прощай, Алекс, – добавила она – и исчезла.

Потоптавшись перед дверями угрюмого особняка, я наконец-то набрался храбрости.

– Хорошо, – пробормотал я себе под нос и толкнул тяжелую створку.

Обе створки двери распахнулись от первого же прикосновения. Я переступил через порог, и они молниеносно захлопнулись за мной.

В холле было темно, и после дневного уличного света у меня перед глазами поплыли яркие пятна. Когда мое зрение сфокусировалось, я увидел россыпь огоньков. Секунду спустя я понял, что это обычные магические светильники, висящие на стенах и на потолке. Они постепенно разгорались, но почему-то не сияли столь ярко, как следовало бы. В углах и под стульями притаились тени.

В особняке царила тишина, как и в призрачном городе, однако здесь она была зловещей и напряженной. Мне хотелось спрятаться. Самым трудным был первый шаг. Второй оказался проще.

Идя по коридору, я вздрагивал: до меня доносился еле слышный шепот и какие-то шорохи.

Присмотревшись, я понял, что этот дом не является реальным особняком Ричарда Дракха. Недоставало некоторых дверей, стены были голыми и облупившимися, а мебель покосившейся. Похоже, мое сознание успело многое модифицировать. Ну и ладно.