Золотое снадобье - С. И. Гроув

– Только попробуй еще раз осыпать меня своей мерзкой пыльцой, – пригрозил он Вещей. – Этот меч отсечет тебе руку прежде, чем ты успеешь ею взмахнуть!

Златопрут пропустила его угрозы мимо ушей.

– Отсюда нужно уходить, – сказала она, заглядывая в комнаты по сторонам коридора. – Здесь тучи странников, и они беспокойны.

– Отлично, – кивнула София и тоже стала оглядываться. – Как ты, Эррол? Лучше тебе?

Сокольничий, еще сидевший под стеной, дотянулся и ухватил ее за руку:

– Что я тебе говорил насчет доверчивости? Ты же ее только-только встретила…

– Насколько я уловила с тех пор, как пробудилась на севильской улице, – невозмутимо проговорила Златопрут, – София и с тобой только что познакомилась.

Эррол кое-как поднялся и зло уставился на Вещую. Девочка встревоженно смотрела на обоих. Сокольничий был весь как пружина: кулаки сжаты, глаза щелками. Златопрут стояла вроде бы спокойно, опустив руки, но лицо светилось напряжением. Воздух между ними точно вибрировал…

Пока София соображала, как быть, в переднюю дверь гулко забарабанили. Эррол еще круче нахмурился, не сводя глаз с Вещей. Стук продолжался. Когда извне послышались крики, Эррол наконец повернул голову.

– Золотой Крест пожаловал, – сказал он негромко. – Ждите здесь!

И он направился к лестнице, но снаружи зазвучали отрывистые команды. София и Златопрут их не поняли, но увидели, как Эррол замер на месте. Потом обернулся и посмотрел на Софию:

– Они ищут девочку. Чужеземку. Люди видели, как она лежала на улице, потом разговаривала с фонарщиком… Ордену сообщили, что она разносит лапену!

– Как они узнали, где я? – вырвалось у Софии.

– Стукачам золотом платят, вот они и стараются. – Эррол, шлепая босыми ногами, вернулся в спальню. – Собирай вещи, пока дверь не сломали!

София метнулась в свою комнату и стала бросать в сумку все подряд. Переодевать ночную рубашку было некогда; она запихнула одежду в рюкзак и торопливо обулась, потом выскочила за дверь. Эррол стоял полностью одетый, в плаще, при колчане и луке. Он указал Софии в глубину коридора:

– В последней комнате есть черная лестница. Беги во двор, оттуда мы попадем в переулок…

Стук и повелительные выкрики прекратились. Раздался тяжелый удар дерева о дерево.

– Все, бежим! – сказал Эррол.

Бросился в крайнюю комнату справа и понесся по узкой лестнице вниз. София мчалась за ним, Златопрут не отставала. В узком патио валялись деревянные обломки ящика для рассады. Судя по крикам за спиной, люди ордена ворвались в дом. Их шаги уже гремели по комнатам, когда Эррол распахнул калитку в переулок, выпустил своих спутниц и тщательно прикрыл дверцу.

– Теперь бежать нельзя, – предупредил он. – Нужно идти как можно спокойней… – Метнул свирепый взгляд на Вещую и добавил: – Ради всего святого, спрячь ты уже свои руки!..

Златопрут натянула на голову капюшон и вынула из кармана плаща пару длинных коричневых перчаток.

– Возьми Софию за руку, – продолжал сокольничий. – С этой минуты мы – семейство, едущее не восток!

– Да по нам же с первого взгляда видно, что мы не местные, – отчаянно прошептала София.

– А мы тут задерживаться не будем, – сказал Эррол и тоже надвинул капюшон. – Мы двинемся на запад, в Гранаду, и обойдем Темную эпоху с северной стороны.

5 часов 32 минуты

Эррол Форсайт был с малых лет, еще от родителей, наслышан о фэйри. А дедушка и вовсе верил, что фэйри похитили душу его друга детства, когда они мальчишками забрались на дерево в лесу. Сам Эррол ни одной фэйри отродясь не видал, но в их реальности не сомневался. Примерно так же, как в существовании жителей Россий. Он не встречал ни единого, ну и что?

Шагая рассветными улицами Севильи, Эррол искоса приглядывался к женщине, которая называла себя Вещей. На ней было длинное зеленое облачение и бурый плащ с капюшоном. Ореховые глаза хранили странноватую безмятежность, лицо оставалось невозмутимым… Тонкий нос, крупный волевой рот, выступающие скулы… Кожа на лице, шее, плечах – белая, даже бледная. Но по краям лба, по границе волос, кожа определенно темнела, а длинные темно-русые пряди двигались и вились словно бы по своей воле: во всяком случае, прежде он ничего подобного не встречал. И еще он успел рассмотреть ее руки, прежде чем она натянула перчатки. У запястий кожа отливала безошибочно видимой зеленью, а пальцы вообще были точно свежие кленовые листья.

«Говорит вроде по-людски, – размышлял Эррол, – но ведь точно не человек!»

– Как ты в деревянный гроб-то угодила? – спросил он, сворачивая на очередном углу.

– Не знаю, – храня надменный вид, ответствовала она. – Думаю, туда меня поместил кто-то, знакомый с нашим образом жизни. Во всяком случае, мне предоставили землю. Иначе я бы не перенесла столь длительного путешествия.

У Софии отчаянно колотилось сердце, а все мысли были только об ордене Золотого Креста, но и она не сдержала удивления:

– Это сделала Угрызение?

– Кто такая Угрызение? – спросила Златопрут.

– Женщина, передавшая тебя на корабль.

– Я с ней не знакома. Я ничего не помню с того момента, когда на меня напали в Бостоне.

София вытаращила глаза:

– Напали? Как?..

– Это случилось в темноте, на окраине города. Нападавший был один, но такой сильный!.. Я пыталась отбиваться, но… В итоге он меня ранил, и я потеряла сознание. Последовал долгий сон… и вот я очнулась в Севилье.

– А в Бостон что тебя понесло? – спросил Эррол. – Ты же вроде около Жуткого моря жила!

Казалось, этот вопрос впервые смутил Вещую.

– Я надеялась найти то, что искала месяцами. Трое наших пропали без вести, и мы все пытаемся их найти. Меня известили, что они находятся в Бостоне. Времени с тех пор прошло не так много, я уверена, другие уже отправились туда вместо меня… Я лишь надеюсь, что им повезет больше… – И добавила, словно пытаясь убедить себя самое: – Я в этом уверена!

Эррол буркнул, помедлив:

– Ясно…

А сам, пряча в капюшоне усмешку, подумал: «Как-то не случайно мы тут собрались, все трое – из разных эпох, все ищем дорогих пропавших людей. Вот только Златопрут эта явно что-то недоговаривает!» Ее история выглядела столь же невероятной, сколь и неполной. Ну ладно, на безоружную фэйри кто-то наскочил из потемок, но почему ее засунули в деревянный гроб, да еще и на замок заперли? Она так опасна, что ее для верности еще и за океан сплавили?.. А может, бостонцы ее зеленых рук испугались, вот и пустились во все тяжкие?..

– Зачем нам в Гранаду? – спросила Златопрут.

– У Софии там неотложное дело. Да и в Севилье нам оставаться нельзя. А тебе с нами ехать необязательно. – И он добавил, не обращая внимания на предостерегающий взгляд девочки: – Если уж на то пошло, теперь, когда мы выбрались из дома и оторвались от погони, тебя никто особо не держит…