Принцесса - Анастасия Малышева

— Неужели что-то всё-таки случилось?— Шонель преувеличенно встревожилась.

Магистр с сомнением перечитал послание и скомкал бумажку в руке.

— Письмо от… Астерии,— он выделил имя принцессы,— Что кто-то порылся в её комнате и ей страшно.

Выражение лица Виарно, с которым он озвучил текст, демонстрировало, что он не верит ни единому прочитанному слову.

— Это серьёзно,— Шонель встревожилась ещё сильнее.— Ведь виновника случившегося с Симоной так и не нашли!

— Да.,— со скрипом согласился придворный маг, с усилием отводя взгляд от женщины.— Не нашли.

— В таком случае — поезжайте!— тоном, не терпящим возражений, заявила Шонель.— Езжайте! В таком деле нельзя медлить. Вдруг мы сможем застать злоумышленника на месте преступления.

— Я думаю, что это может подождать и до вечера.

— Магистр! Как вам не стыдно! Жизни вашей подопечной, возможно, угрожает опасность, а вы спорите!— Шонель распалялась всё сильнее.— А может неизвестный злоумышленник и четыре года назад приложил свою руку к случившемуся с Симоной! Неужели вам не хочется узнать, кто стоит за всем этим?!

Магистр посмурнел, но на сестру короля посмотрел скептически.

— В самом деле, Мишель. Проверь. До начала охоты ты успеешь вернуться обратно, но зато мы все сможем быть спокойны, что нас не поджидают неожиданности. Всё же после охоты приём переместиться в замок, а по его завершению мы можем попросту забыть о вероятной опасности,— Лерион поддержал решение сестры.

С сомнением Виарно посмотрел на короля, но, шумно вздохнув, коротко поклонился, прежде чем направиться прочь. В конце концов спорить с леди Шонель было в самом деле бессмысленно — она всё равно добьётся своего. Но вот отношения с Лерионом могли всерьёз испортиться.

А сейчас точно не тот момент, когда можно допускать подобное.

* * *

Слова Астерии не шли прочь. И на поляне совершенно не на что было отвлечься: остатки снега были грязными, а секретарь отца — плохой собеседник.

Даже музыка с соседней поляны до меня практически не долетала. Слишком далеко, слишком тихо.

— Время пришло. Пойдёмте, Ваше Высочество.

Я встрепенулась и непонимающе посмотрела на Ганса.

— Разве охота уже началась?

Нет, разумеется, я могла не услышать шума сборов… Тем более что часть знати и слуг наверняка останется на поляне, ожидая возвращения охотников. Но… а как же громкий охотничий рожок, в который непременно дудели все прошлые разы? Его то я точно не могла пропустить!

К тому же и времени прошло совсем ничего! Для начала охоты ещё рано… слишком рано!

— Да, Ваше Высочество,— Ганс виновато поклонился и продолжил из такого положения.— Её светлость… и Его Величество, разумеется, оставили особые распоряжения. И нам пора выдвигаться.

Её Светлость?.. Леди Гортензия?!

Я не знала, что мог задумать отец, но если к этому приложила руку первая королева, то у меня нет причин сомневаться… Хотя это отчасти странно, но матери Корнелии и Териона, с которой я едва ли знакома, я доверяю больше, чем тёте Шонель.

Подойдя к лошади, я неприязненно передёрнула плечами. По спине скользнул холодок, хотя в остальном ветра я не чувствовала.

Ганс помог мне забраться в седло, сел на коня сам и направил его по тропинке, уводящей дальше в лес. Неторопливо, и постоянно оглядываясь на меня — словно мужчина боялся, что я решу сбежать.

Мне не было страшно, но какая-то тревожность присутствовала. Она не усиливалась, по мере отдаления от знакомой полянки, но и не пропадала.

— А как звучали инструкции отца?

— Его Величество желал, чтобы Вы, Ваше Высочество, подъехали к охотникам с другой стороны, не от замка,— монотонным тоном ответил Ганс.

— А Её Светлость?

Этот вопрос секретарь оставил без ответа, лишь бросил на меня задумчивый взгляд, и направил своего коня вперёд — тропинка стала значительно уже, и для животных стало невозможным идти бок о бок.

Но даже через пару десятков метров, когда тропинка вновь стала шире, ответа не последовало.

Я не могла даже его потребовать! Потому что Ганс — человек отца. И потому что сама я по-прежнему никто в реалиях дворца. И то, что Ганс со мной по-прежнему вежлив и пытается выдержать официальное обращение, наверняка заслуга воспитания секретаря, а отнюдь не моего происхождения.

И хотя на первый взгляд у меня была возможность воспротивится, отказаться ехать в пустоту, пока мне ничего не объяснят… На самом деле — её не было. Как ни посмотри, я сейчас — никто. Официальный труп по всем возможным бумагам.

У меня нет ничего своего. Даже конь, который сейчас неспешно увозит меня всё дальше от дворца, в глубь леса, не мой, а один из конюшен отца. Я даже имени его не знаю. Да даже того, конь ли это, или же лошадь!

Костюм на мне — принадлежит Астерии. Так же, как и содержимое седельных сумок.

Да что костюм и лошадь… Вся моя жизнь это буквально и есть — жизнь Астерии.

Я со свистом вздохнула и потрясла головой, отвлекаясь от невесёлых мыслей.

Вокруг стало значительно темнее, светлые берёзки давно сменились гораздо более массивными дубами и осинами, а остановились мы сейчас на границе с хвойным лесом.

Не представляю, как далеко мы уехали от замка. Несмотря на то, что сейчас едва ли середина апреля, пустые ветви деревьев надёжно прятали небо, не говоря уже о том, что находится за пределами леса.

Неуютно.

Передёрнув плечами, я вопросительно посмотрела на Ганса, который спешился с лошади.

— Нет-нет, Ваше Высочество. Не спускайтесь. Нам ждать совсем немного…

Эти слова звучали совершенно обыденно и ничем не отличались от предыдущих по интонации, но почему-то стало тревожно. Особенно когда мужчина подошёл к моему коню и внимательно осмотрел уздечку, что-то там подёргав, и пару раз щёлкнул по подпруге, если верить получившемуся звуку.

— Не беспокойтесь, Ваше Высочество,— улыбка Ганса выглядела натянуто.— Это простая формальность.

— Теперь мы можем ехать дальше?— настороженно уточнила я.

— Да. Разумеется,— Ганс словно очнулся и натужно рассмеялся.— Просто нам предстоит ещё долгий путь, я должен был убедиться, что у нас не случиться неприятностей. Но для этого нам стоит поменяться конями.

— Зачем?!

— У вашего коня…

Где-то далеко-далеко протрубил охотничий рожок.

— А вот и сигнал,— мужчина настороженно оглянулся по сторонам.— Боюсь, Ваше Высочество, нам стоит поспешить.

По спине пробежали мурашки, а в лесу на пару мгновений стало тихо до звона в ушах. Я увидела, как шевелятся губы секретаря, как мотает головой его конь, нервно переступая копытами… Но не слышала этого — всё заглушил тонкий писк, от которого заболели уши.