Дальний поход - Василий Сахаров

Прижимаясь к стенам заборов, узкими змейками группы продолжали продвижение вдоль центральной улицы. Воины входили в дома, осматривали их и вновь появлялись на улице. Отряд готов к бою, и чем ближе мы к центру поселения, тем сильнее напряжение. Не торопясь мы подходим к засаде, которую нам организовал противник, и вот остался всего один обшарпанный, битый временем трёхэтажный дом. За ним площадь перед городской управой.

Ко мне подходит Игнач и докладывает:

– Чисто! В тылу никого, основные силы противника отошли, и теперь все оставшиеся сектанты в центре!

– Хорошо! – одобрительно киваю я. – Обходите площадь по кругу. Сейчас Лида и Миронов со своими воинами подойдут, и начнём. ВОГи ещё есть, так что закидаем здания, где упырки закрепились, и атакуем. Начнём с управы, а затем и жилые дома возьмём. Думаю, до вечера управимся.

– Боеприпасов жалко.

– Людей ещё больше жаль.

– А может, ну их, этих тварей, что здесь засели? Пройдём мимо и уже в лесах с ними разделаемся?

– Забыл, кто такие Внуки Зари и как они в лесах дерутся? Если их в тылу оставить, в загривок вцепятся и не отпустят.

Игнач пнул ногой обломок кирпича и хмыкнул:

– Да, пожалуй что и подзабыл.

– Вот то-то же. Начинаем. Ты со своими парнями влево иди. Серый справа зайдёт, а Крепыш и Патти пока со мной.

Время тянулось очень медленно. Сектанты по-прежнему ждали нашего появления на площади, а мы поступали по своему разумению и в ловушку не торопились. Всё спокойно, и тишина продолжает давить на психику. В окрестных домах, на вторых и третьих этажах пару раз бликнула оптика. Отлично. Наши снайперы уже на местах. Прикрываясь развалинами и зарослями, отряд скрытно завершает окружение противника.

В этот момент вражеские наблюдатели на крыше местной управы замечают, что группы Лиды Белой и Миронова обходят их позицию с тыла и перекрывают сектантам единственный путь к отступлению. И вражеский командир, кто бы он ни был, сориентировался быстро. Он понял, что раз его окружают, значит, у нас есть что-то, способное выбить его из здания управы и жилых домов напротив, и решил пойти на прорыв. В принципе для нас это даже лучший вариант, чем штурм. Сектанты начали выбегать из своих укрытий с явным намерением прорваться через восточную улочку, но их встретили настолько плотным огнём, что в первые же минуты боя они потеряли около сорока человек и стали отступать обратно. Однако было поздно, я уже отдал команду на контратаку, и так получилось, что в городскую управу мы вломились одновременно: сатанисты с одного входа, а мы с другого.

Мои воины врываются в здание. Двери выбиваются, занимаются удобные для боя позиции, и в сопровождении Арсена и молодого снайпера Фомки я иду за ними следом. Столкновение с сатанистами происходит неожиданно. Вот только что в полутёмном коридоре перед нами никого – и как-то резко, из-за угла появляются сразу три размалёванные морды.

Не думая и действуя исключительно на вбитых в меня рефлексах, я вскидываю автомат и короткой очередью в три патрона валю передового противника, косматого мужика с озверевшим лицом лет тридцати, в руке которого обрез гладкоствольного ружья. Он падает и, уже умирая, делает один-единственный выстрел. Крупная картечь, наверняка рубленый свинец, с такой мощью бьёт в старый потолок, что из него выпадает несколько кусков старого бетона и штукатурки. К счастью, нас не задевают бетонные куски, с грохотом падают нам под ноги. Двух других сектантов длинной очередью валит Арсен, а Фомка со своей винтовкой зацепился за стену и отреагировать не успел.

Схватка за нами, мы продвигаемся дальше по зданию и выходим в холл на первом этаже управы. С одной стороны десяток сатанистов, отстреливаясь из луков и двух автоматов, держат узкий проход в левое крыло здания, а с другой парни из группы Серого, вперёд не торопятся, чего-то ждут.

– Серый! – прячась за большим разбитым дубовым столом, выкрикиваю я в пыльное пространство помещения.

– Здесь! – Его голос доносится из комнатки на против.

– Почему остановились?

– Ждём, пока пластуны сектантов снаружи обойдут.

– Не давать противнику опомниться! Пару гранат – и вперёд!

– Понял! – отвечает лейтенант, и спустя пару секунд доносится его крик: – Берегись!

Две гранаты РГД-5 в пыльном облаке холла просвистывают через простреливаемое пространство и падают среди сектантов. Все зажимают уши и прячутся в укрытиях, но в закрытом помещении взрывы всё равно слышны очень хорошо, а часть осколков проносится над нашими головами. Трясётся пол, сверху снова летит штукатурка и отсыревший бетон. Воины Серого кидаются в проход, прорываются в левое крыло управы, и вскоре здание очищено.

После зачистки и доклада Серого, что всё в порядке, мы вместе с Фомкой поднимаемся на второй этаж. Паренёк пристраивается возле узкого сквозного проёма в стене, не торопясь готовится к стрельбе и, уложив ствол древней винтовки Мосина на кусок арматуры, не оборачиваясь, говорит:

– К стрельбе готов!

Мне давно хотелось посмотреть, как этот молодой охотник из Козельска будет действовать в бою, и, достав из футляра бинокль, я отхожу в глубь комнаты, становлюсь напротив окна и высматриваю для него цель.

– Крыша дома напротив. Стрелок с АКМ, который за печной трубой прячется, видишь его? – спрашиваю парня.

– Да! – отвечает он.

– Работай!

Практически сразу следует одиночный выстрел, и вражеский автоматчик, раскинув руки, летит наземь.

– Второй этаж, левое угловое окно, боец с луком, – замечаю я новую цель для парня. – Вали его!

Ещё один выстрел, лучника отбрасывает от окна, а Фомка поворачивается ко мне и спрашивает:

– Ну как?

– Молодец! Остаёшься на месте и выбиваешь всех, кто не наш.

– Сделаю, командир!

Спустившись, вместе с группами Серого и Игнача я спешу на усиление офицеров Миронова. Пока мы с боем, с лихого наскока брали городскую управу, в жилых домах всё шло не так гладко. Судя по тому, как правильно в них организована оборона, там был командир, который не потерял голову и явно стремится продержаться до темноты, чтобы прорваться в лес. Ворваться в здания на плечах сектантов у наших групп не вышло, и теперь приходилось напрягаться. Крепыш с Патти в помощи не нуждались, бойцы Лиды держали периметр и проверяли подвалы, в которых могли затаиться недобитки, а вот Миронову для штурма сил не хватало.

Наше усиление успевает как раз вовремя. Один из бойцов, связав вместе три гранаты, подбирается к подъезду, из которого ведётся интенсивный огонь. На одной из гранат он выдёргивает чеку и, ловко изогнувшись, кидает всю вязанку внутрь и отскакивает в сторону.

Подрыв! Ударная волна выносит разбитые двери и парочку близких к месту взрыва оконных рам. Затишье, и снова тот же ловкий боец из дипломатической миссии одну за другой отправляет в подъезд ещё две гранаты. Снова взрывы, и после них пришёл черёд штурмовых групп, которые ворвались внутрь.