«Попаданец» Сталин. Вождь танкистов из будущего - Анатолий Логинов

– Пятый Серому. Цель уничтожил. Прием.

– Серый Пятому. Подтверждаю. Прием.

«Ничего себе. Новый прибор у них так точно работает, что даже сбитый самолет смогли засечь. Это здорово. Тогда и наводить точнее будут». Николай еще раз осматривается, в надежде засечь еще одну цель.

– Серый Пятому. Остаток? Прием.

– Пятый Серому. Остаток пятьсот двадцать. Прием.

– Серый Пятому. Цель скоростная, высотная. Квадрат…курс… высота… скорость…. Атакуйте. Прием.

– Пятый Серому. Понял. Прием.

Николай, форсируя мотор, набирает высоту. Скорость резко растет, но если смотреть на звезды, кажется, что самолет застыл на месте, словно муха в янтаре. Теперь самое главное для летчика – не поддаться «очарованию бездны» и не потерять ориентировку.

– Серый Пятому. Цель…

Немец маневрирует так, словно засек атакующего его Козлова. «Неужели видит? Как? Такой же «радиоулавливатель» на борту? Надо обманывать…» – Николай резко бросает самолет вниз, словно потеряв цель. Одновременно он по рации просит командный пункт непрерывно передавать координаты цели. Похоже, немец успокаивается и пытается сам выйти наперерез МиГу. Зная, благодаря офицеру наведения, примерное расположение немецкого самолета, Козлов заходит к нему сзади. Наведение получилось довольно точным, истребитель Козлова пробивает облака прямо под летящим ночным немецким истребителем.

Очередь! Немец пытается увернуться. Еще очередь! Попадание, противник пошел вниз.

«Жаль, что при падении с такой высоты все побьется к чертям. Интересно бы узнать, что за оборудование у него на борту», – думает Николай, одновременно контролируя уровень топлива и докладывая на КП о второй победе. По команде офицера наведения он разворачивает самолет на обратный курс. Посадка, к большому облегчению Козлова, проходит хорошо. Техник помогает отстегнуться и выбраться из кабины.

– Как дела, Петя? Что, говоришь, Вячик подбил? Огромный транспортник, и тот сумел неподалеку сесть? Кто сообщил? Понятно. Да, мне тоже можешь две звездочки рисовать.

18 января 1943 г. Юго-Западный фронт. Штаб Третьего Гвардейского Механизированного корпуса

– Товарищ генерал, докладывает полковник Черепанов. Авангард тридцать третьей мотострелковой под личным командованием полковника Ходова вышел на окраину Мерефы. Главные силы задержаны у Александровки ликвидацией опорного пункта противника.

– Петр Евгеньевич, что у нас с третьим батальоном Махрова?

– Через полчаса должен подойти к Александровке.

– Понятно. Свяжитесь с Чвановым и Смирновым, пусть согласуют штурмовой удар. Помню, что нам обещали как минимум полсотни самолето-вылетов вторых Илов. Вот пусть и поработают.

– Сейчас сделаем. Иванов. Связь с авиаторами, быстро!

– Что у нас в итоге?

– Первая тяжелая танковая основными силами взяла Ржавец и продвигается в районе между Яковлевкой и Першотравневым, третий батальон бригады выдвигается на помощь главным силам Ходова. Земляной, прорвав оборону противника, главными силами выдвигается к Першотравневому, пока от него новых сведений нет. Седьмая танковая во втором эшелоне, по последним сведениям, должна находиться в Яковлевке. Силы Егорова остановлены контратакой противника силами до усиленного танкового полка южнее Александровки, здесь и здесь.

– Выдвигайте Хватова на помощь Егорову. Оставьте в резерве разведывательный батальон. Хватов пусть атакует с правого фланга Егорова. Задача – угрозой окружения совместно с частями Егорова отбросить контратакующие силы и силами второго эшелона выйти на помощь Ходову.

– Усилить Хватова самоходным иптапом?

– Хорошая мысль. Согласен. Давайте приказ.

– Поступило донесение от наших авиаторов.

– Что там?

– Бои в квадрате десять по улитке семь.

– Так, посмотрим, подумаем… Петр Евгеньевич, надо связаться с Земляным. Похоже..

– Уже. Докладываю: части третьей танковой, вышедшие на дорогу севернее Мерефы, натолкнулись на колонну пехоты с артиллерией, идущую на помощь гарнизону Мерефы. Чтобы не допустить прохода пехоты, Андрей Еремееевич принял решение на атаку. В результате боя колонна противника частью уничтожена, частью рассеяна. Выделив на преследование отступающих сводный отряд из разведывательной, танковой и мотострелковой рот, третья танковая бригада основными силами продолжает наступление на Мерефу.

– Что с авангардом Ходова?

– Он принял решение атаковать, не дожидаясь подхода основных сил. Преодолевая упорное сопротивление противника, поддержанные огнем подошедших батарей сто восьмого сап, автоматчики ворвались на восточную окраину Мерефы.

– Какие силы может бросить противник на ликвидацию Ходова? Что у нас с Александровкой?

– По данным разведки, в Мерефе не более пехотного полка. Для контратаки, по нашей оценке, может быть выделено до батальона пехоты при поддержке артштурмов. Но необходимо заметить, что противник должен учитывать угрозу с севера от сил Земляного, а также то, что с юга возможен удар Хватова. Александровка взята штурмом, остатки обороняющихся отброшены в сторону наступающих частей Хватова.

– Хорошо. Уточните возможность авиаудара по отступающим. Если таковая имеется – выделите пятидесятый бомбардировочный.

– Есть…

Обычный день войны подходил к концу. Немцы упорно обороняли Мерефу, но под совместными ударами частей третьего механизированного вынуждены были отступить. Очередной освобожденный город. Сколько их впереди…

Первые улицы, развалины и неожиданно уцелевшие дома. Из землянок и подвалов выбираются люди. Осторожно оглядевшись, они приближаются к нашим бойцам. Растерянность на их лицах сменяется радостью: пришли наши! Женщины, девушки бросаются к красноармейцам, целуют их и плачут от счастья….

«Харьков был настолько большим по площади и укрепленным оборонительными рубежами, что пять корпусов четырех армий Юго-Западного фронта генерала Рокоссовского брали его 18 дней, с 30 декабря по 15 января. Самой первой освобожденной частью нынешнего Харькова стал ХТЗ, освобожденный 9-й армией 31 декабря – за 15 дней до освобождения центра.

6 января 2-я механизированная армия освободила Рогань, находившуюся за тогдашней городской чертой, а 7-я гвардейская армия в тот же день частично – изолированный от остального города Орджоникидзевский район (поселок ХТЗ), взяв станцию Лосево.

Первыми освободили сердце Харькова – площадь Дзержинского – воины 183-й стрелковой дивизии полковника Василевского. Символом победы стал красный флаг над Госпромом, водруженный утром 13 января. Самыми последними освободили районы Змиевской улицы и отделенный от города рекой Уды изолированный Краснобаварский район, то есть юг города. Окончательно угроза контрудара немцев в центр города была ликвидирована 18 января, когда советские войска освободили Мерефу».