Хищники - Наталья Лакедемонская

Утром седьмого дня Краговстал раньше обычного. Мужчина был возбужден и нетерпелив. Отдавкакие-то распоряжения по коннектору, Хранитель вышел в лабораторию.Мия предложила ему позавтракать, но тот отказался. Тогда девушкапринялась за уборку лаборатории. Краго наблюдал за девушкой.

-    У вас, наверное, была очень красивая мать, — неожиданно сказал Хранитель.

-    Наверное, — продолжая вытирать стол, неохотно ответила девушка.

-    Вы не знаете?

-    Нет, я никогда ее не видела, — все так же неохотно ответила Мия.

-    А отца? - спросил удивленный Краго.

-    И отца, — коротко ответила девушка.

Ей совершенно не хотелосьоткровенничать с мужчиной. Она отложила все дела и собралась уходить.Краго рукой преградил ей путь.

-    Вы сирота? - не унимался он.

В культуре хищной расыесть различия между понятиями «сирота» и «ДитяАскера». Сиротой может быть отпрыск булочника или мужчины любойдругой гражданской специальности. И только ребенок воина назывался —Дитя Аскера. Конечно, к сиротам тоже было особое отношение. Ихжалели, им помогали. Но только статус «Дитя Аскера» былособо почитаемым. Словно памятник доблести родителя и его заслугамперед родиной. С детства членам хищного общества внушался почет иуважение к детям погибших воинов. В школе Мия особого отношения ксебе не замечала, но среди взрослых оно явно чувствовалось. Например,на рынке ей продавали все самое лучшее и по очень низким ценам. Акогда было плохо с деньгами, отдавали бесплатно. Поэтому заявлениеКраго: «Ты сирота», задело Мию. Он словно разжаловал ееотца до булочника. Мия подняла на Хранителя глаза и холодно ответила:

-    Нет, не сирота.

Верховный Хранительудивленно уставился на девушку.

-    Я - Дитя Аскера, - с достоинством ответила Мия.

Краго снисходительноулыбнулся и пренебрежительно махнул рукой.

-    Ах, ну да, как я мог забыть. У вашей расы очень забавные устои. Дитя Аскера, поединки чести и прочие детские игры. Вы могли бы стать сверхрасой. Только подумайте, какой потенциал, какое преимущество перед птицами и травоядными! И на что ваши предки его растратили? На междоусобную грызню! А эта стена!? Держатели хищных земель получают немалые деньги, чтобы она стояла, блокируя развитие вашего допотопного мира. Я был на вашей родине. Словно попал внутрь театрального представления. Каждый представитель вашего рода - музейный экспонат. Допотопные Вестисы, длинные юбки и прочее устаревшее тряпье. Весь мир пережил все это несколько столетий назад. В результате чужой жадности и буйного темперамента, обусловленного хищной агрессивностью, ваше общество само похоже на Дитя Аскера. Все его жалеют и оберегают. Но так будет не всегда, - злорадно закончил Хранитель.

Мия задохнулась от гневаи возмущения. Никогда прежде она не встречала настолько низких иподлых людей. И сейчас один из них называет понятия о чести детскимииграми. Простую, но чистую жизнь хищных городов - пережиткомдревности. Насколько слеп этот человек, если не видит, что давноутратил человеческий облик и превратился в бессердечного хищногозверя. Ей всегда казалось, что бесконтрольная злоба, беспринципнаяподлость и слепая жажда власти - это и есть пережиток древности. Новот стоит Краго, как олицетворение самых низменных качеств человека,и смеется ей в лицо.

-    Если апофеозом технического прогресса, и сверхрасового развития являетесь вы, то я хочу остаться пережитком древности! — возмущенно выпалила девушка.

Несколько секунд Краго сядовитой ухмылкой разглядывал Мию. Затем грустно вздохнул ипроговорил себе под нос:

-    Да, у него, определенно, неплохой вкус.

Потом еще раз чему-тоулыбнулся и ушел к себе в бокс. Мия продолжила уборку, но внутри всепродолжало кипеть от возмущения.

Спустя несколько минутодин из ее охранников - напарник избитого недавно грубияна, принесКраго одежду. Верховный Хранитель принял душ и переоделся. По егообмундированию было понятно, что он собирается покинуть здание. Миятерялась в догадках, куда так торопится мужчина и чем это грозит ей иКиму.

Девушка заварилапоследнюю порцию лекарства и направилась в палату к больному. Онарасставила емкости на столике и подала поильник мужчине. Вдруг навсем этаже погас свет. Коридор, лаборатория и медицинский отсекпогрузились в абсолютную темноту. Мие показалось, что она ослепла. Втемноте послышался шум приближающихся шагов.

-    Заблокируй вход! — рявкнул Краго охраннику.

Судя по звукам, охранникпытался подчиниться, но найти вход в такой темноте было невозможно. Итут волна ослепительно яркого света ударила по глазам. Мозгболезненно обожгло. На этот раз Мия действительно ослепла. Вокругначало что-то происходить. Но девушка стояла на месте, совершеннопарализованная происходящим. Она услышала звук бьющей посуды, а затемкто-то обхватил ее за шею и грубо дернул на себя. Девушкапочувствовала боль от укола острым предметом в свою многострадальнуюшею, а над самым ухом раздался жесткий голос Краго:

-    Если тронете меня, она труп!

Постепенно зрение началовозвращаться. Мия различила перед собой темные силуэты с направленнымв ее сторону оружием. Она догадалась, что Краго взял ее в заложникии угрожал осколком стеклянного поильника перерезать сонную артерию.Одно было непонятно, почему Краго решил, что нападавшие не будут внее стрелять? После его выздоровления ценность Мии, как врача упаладо минимума. Эта мысль привела девушку в ужас - она закрыла глаза вожидании выстрела, но его не последовало. По какой-то причине,нападавшие не открывали огонь.

Спустя мгновение Крагогрубо потащил ее в коридор через сквозной проход в лаборатории.Нападавшие медленно следовали за ним, делая друг другу непонятныежесты, но стрельбу не открывали. Краго зажал шею девушки согнутой влокте рукой и волок за собой по известному только ему маршруту.Девушка начала задыхаться.

Через несколько минутмужчина добрался до тамбура, ведущего к запасной лестнице, и закрылза собой дверь. Он швырнул задыхающуюся Мию на ступени и нервнымжестом приказал подниматься вверх. Девушка подчинилась. Спотыкаясь ипадая, она, как могла быстро, карабкалась по лестнице. Краго неотставал и грубо подталкивал ее в спину. Когда Мия совершенновыбилась из сил, впереди показалась дверь, ведущая на крышу. Это ибыла конечная точка их нелегкого маршрута.