Ева для Инквизитора - Екатерина Васина

— Бомба, — коротко ответил Хан. — И подпор воздуха. Я подготовился, прежде чем идти за тобой.

Вокруг то и дело пробегали люди. Стало ясно, что вот сейчас им не до меня. Выли сирены, что-то бормотал механический голос, потом ухнуло еще раз, уже ближе. И из вентиляции вдруг повалил густой дым. Да так хорошо, что вскоре ничего не стало видно. Тут я и поняла, зачем понадобились противогазы. Сверху него Хан еще нацепил на меня очки ночного видения. Но все равно я тыкалась как слепой котенок, ориентируясь лишь на то, куда меня тянули за руку.

— У нас очень мало времени, — пробормотал Хан, продолжая куда-то спешить.

По дороге я увидела нескольких человек, лежавших без сознания. Кто-то натужно кашлял, держась за стену. Хан не смотрел на них, продолжая тащить меня вперед.

А я? А мне никого не было жалко. Вот ни капли. Внутри что-то застыло.

— Большую часть Магистров уже эвакуировали, — сообщил Хан, — но если что — падай на пол и не шевелись.

Он привел меня в помещение, словно выдернутое из дорогого ВИП-клуба. Сейчас тут, правда, царил бардак, — стулья разбросаны, на столе разлит коньяк, рассыпаны сигары. Я заметила висевший на ножке перевернутого стула лифчик. А потом Хан потащил меня к дальней стене.

— Мама! — вырвалось невольно, когда Хан достал из кармана… отрезанный палец.

Надеюсь, это палец Вацлава. Уточнять не стала, лишь смотрела, как мой Инквизитор приложил его… к обычной книге.

Какие же у них технологии?! И дыма в этой комнате гораздо меньше, явно стоят дополнительные фильтры.

Шкаф отодвинулся в сторону, открывая узкий проход, пробитый в камне.

И снова торопливый бег. И тихий голос Хана, успокаивающий, дарящий чувство защищенности.

— Вокруг профи, но мы прорываемся. Ева, это вещи Дамаль. Постарайся из них не выпрыгнуть. Видимо, такое количество дарит удачу.

— Юбка! — пропыхтела я. — Юбка отключает немного мозги, но подкидывает удачи.

Проход завершился крутой лестницей. На ее середине Хан вдруг насторожился, да и я услышала тихие голоса.

Миг, и мой Инквизитор бесшумной ласточкой взлетел повыше, прижался к ступеням и кинул вперед что-то небольшое и темное.

— Закрой глаза и зажми уши.

Я поспешно выполнила приказ, сквозь закрытые веки уловила яркую вспышку, а потом меня опять потащили. Поморгав, я заметила катающихся по полу двух членов Ордена.

А дальше опять бег, но уже по катакомбам. Пока какой-то каменный ход не выплюнул нас на небольшой склон, и мы буквально скатились прямо в густые и пыльные кусты.

— Мы вырвались? — неверяще спросила я. — Нет, правда?

Хан приложил палец к губам и пониже пригнул мою голову, чтобы не высовывалась из кустов.

— Нам еще надо ухитриться выехать за пределы Рима, и желательно подальше. Орден сейчас перекроет все ходы и выходы. Есть несколько вариантов, но тебе придется еще немного продержаться, Ева.

Он развернул меня к себе и мягко коснулся губами виска.

— Ты же сильная, да? Девочка моя.

— Я их ненавижу! — вырвалось из глубины души. — Хан, я их всех ненавижу! Да чтоб они провалились! Твари! Ублюдки!

Последние слова прошипела вместе с выступившими слезами. Торопливо вытерла их и… машинально упала от грохота. На мгновение показалось, что небо решило устроить апокалипсис и рухнуть на землю. Рядом упал Хан, прикрыв мою голову рукой.

Грохот продолжался, но постепенно слабел. И я рискнула приподняться, чтобы посмотреть, что случилось. Тем более Хан рядом ошарашенно что-то говорил на латыни.

На месте катакомб, под которыми находился Орден, теперь зиял провал. Огромный, глубокий.

Я так и застыла: лежа и подняв голову. В ушах стоял звон от грохота, от шока, от всего подряд.

И еще… я посмотрела на руки и поняла: перчатки исчезли, осыпались тонкой темной пылью.

— Хан! — пискнула жалобно. — Хан, оно… оно обвалилось. Там же…

— Там все, кто был внутри, — подтвердил странным голосом мой Инквизитор.

Он недолго смотрел на то облако пыли и песка, которое поднялось над осевшими катакомбами. Потом просто взял меня за руку и проговорил:

— Пойдем. Надо воспользоваться паникой и уходить подальше.

— Куда?

Я все пыталась обернуться и посмотреть на то, что осталось от Ордена. От его головного центра.

Дорогу запомнила смутно. Мысли в голове сталкивались друг с другом, растущее подозрение заставляло периодически всхлипывать. Сидела в машине, которую Хан спрятал неподалеку, смотрела на проносившиеся мимо поля и деревеньки, а заодно пыталась справиться с мыслью, что я убийца.

Вещи Дамаль как-то услышали мой вопль и выполнили его. Секундная слабость — и десятки людей оказались под завалами.

— Болит что-то? — как-то равнодушно поинтересовался Хан.

На его лице застыла маска. И от этого становилось еще страшнее.

— Болит, — согласилась я.

И начала сдирать с себя вещи, отчаянно и яростно. Словно сбрасывала ядовитых жуков. И тут же мужская рука перехватила мои действия, прижала к сиденью.

Хан притормозил у обочины и повернулся ко мне.

— С ума сошла? Накинь пальто, ты простудишься.

— Это они, Хан! Это они там всех убили! И я!

— Заткнись!

Окрик подействовал. Я мигом замолчала и застыла, глядя на него круглыми глазами. К счастью, маска с его лица исчезла. Теперь передо мной сидел смертельно уставший мужчина, который только что вытащил меня из ада.

— Сейчас мы доедем до одного места, — продолжил Хан, — и я кое-кому позвоню. И будем думать, как действовать дальше. И еще запомни, никогда не называй себя убийцей. Никогда! Это клеймо, ясно? Не надо его носить… тебе.

— Там были твои друзья…

— Там были мои соратники. А единственный друг, к счастью, сейчас в Москве.

— Богдан? — Я дождалась короткого кивка и тихо спросила: — Вацлав — его отец?

Хан со вздохом посмотрел в окно и как-то глухо произнес:

— Я понимаю, что он тебя мучил, но все же надеюсь, Магистр выжил. Иначе я не знаю, что будет с Богданом.

Я прикусила губу, сдерживая себя. Вацлав — редкостный ублюдок. Интересно, а сынок лучше? Что их вообще связывает с Ханом?

Разговор все не клеился, и в молчании, прерываемом редкими фразами, мы добрались до милой деревеньки. За окном уже сгустились сумерки. К тому времени я устала, меня опять начало колотить. И поэтому даже не стала сопротивляться, когда Хан подхватил меня на руки и занес в небольшой дом. На самой окраине.

— Где мы? — спросила негромко.

— В безопасности.