Огонь ведьмы - Джеймс Клеменс

— Вас будет ждать неудача. Существует пророчество об этом. Надежда остается только в том случае, если ведьму будут сопровождать страж и три стихии, собравшиеся здесь, — это нам известно. Но знайте, даже этот путь полон трудностей, и нет никакой уверенности, что вы доберетесь до Кровавого Дневника. Предстоящее путешествие таит множество опасностей.

— И у меня нет выбора…

— А разве он когда-нибудь был? Неужели твоя жизнь, состоящая из бесконечных скитаний, так привлекательна?

Эр'рил опустил голову:

— Я хочу получить обратно свою жизнь — ту, что у меня была до того, как я вошел с Шорканом на постоялый двор много лет назад.

— Это невозможно. Но кто знает, быть может, в процессе ты станешь таким, как прежде.

Эр'рил сидел с опущенной головой. И хотя слова дяди привели Элену в ужас, она испытала сочувствие к воину. Казалось, его плечи согнулись под грузом бесконечных скитаний.

— Сделай свой выбор, Эр'рил из Станди.

Он прошептал, глядя в пол:

— Я отведу ее туда, где спрятал Книгу.

— В А'лоа Глен?

Эр'рил поднял взгляд:

— Неужели от вас ничего нельзя скрыть?

Дядя Бол пожал плечами.

— Мне известны лишь намеки, — тихо сказал он. — Слова из книг и свитков. Но я ничего не знаю о том, что находится за дверью.

— Путешествие в А'лоа Глен будет долгим. Город охраняет магия. И прежде чем я смогу туда войти, мне нужно снять защиту, запирающую вход в город. Я спрятал ее в развалинах старой школы. Возле…

Дядя Бол протестующе замахал трубкой:

— Не нужно мне ничего рассказывать. Чем меньше людей об этом знает, тем лучше.

Наступило долгое молчание.

Элена заерзала в кресле. Она пыталась осмыслить все, что услышала, но большая часть слов до нее не доходила. Лишь одно не вызывало сомнений; наконец ее страхи обрели голос, и она воскликнула:

— Я не хочу быть ведьмой!

Дядя попытался ободряюще улыбнуться, но у него не получилось, только усы задрожали. Элену поразила глубокая печаль в его глазах. Вместо того чтобы утешить ее, он подошел к воину и встал перед ним, спиной к Элене.

— Раньше ты просил, чтобы я предоставил доказательства. — Он что-то вытащил из кармана жилета. — Ты узнаешь это?

Элена не видела лица Эр'рила, но слышала его ответ:

— Это принадлежало Шоркану! Где ты его нашел?

Элена не знала, что показал ему дядя Бол. Она сдвинулась в сторону, но спина дяди все загораживала.

— Если ты не забыл, — продолжал дядя, — Шоркан отдал это мальчику в ночь создания Книги. Когда ты бежал с Книгой, убив мальчика, мы это взяли. Юный маг сжимал его в мертвых пальцах.

— Что ты намерен с ним делать?

— То, что должен.

Дядя Бол неожиданно резко развернулся лицом к Элене. В руке он держал кинжал, и его черный клинок блестел в пламени камина. В глазах дяди Бола стояли слезы.

— Я не хотел этого делать, Элена.

Он схватил ее за запястье и потянул к себе. Элена ахнула, не понимая, что он собирается сделать. Она была так поражена, что даже не сопротивлялась.

— Это древний кинжал, который использовался магами для освящения Кровавого Дневника.

Он провел острием кинжала по ладони Элены. Из раны пролилась кровь прежде, чем Элена ощутила боль. Она хрипло вскрикнула и в ужасе посмотрела на рану.

Дядя Бол вложил рукоять кинжала в окровавленную ладонь девушки, и черный клинок вспыхнул ослепительно белым светом. А когда сияние погасло, засиял серебром в мерцающем свете пламени.

Дядя Бол опустился на колени перед Эленой.

— Теперь это кинжал ведьмы.

Эр'рил выпрямился в кресле. Трубка выпала на пол из его пальцев, и тлеющий табак рассыпался по сосновому полу. И хотя он чувствовал правду в словах старика, теперь он все увидел собственными глазами, и его тело онемело. Много лет назад он был свидетелем того, как мастера посвящали в орден молодых магов, так проходило их первое знакомство с волшебством. И тот же ослепительный свет отмечал их первое соприкосновение с магией.

Элена действительно была ведьмой!

Девушка уронила кинжал на колени и стерла кровь с ладони. От надреза, сделанного дядей, не осталось и следа. Кожа на ладони снова была идеально гладкой.

Бол опустился на колени рядом с Эленой.

— Прости меня, Элена.

— Но я не хочу прикасаться к этому ножу.

— Ты должна взять кинжал. Он тебе нужен, чтобы обращаться к магии.

Она подняла правую руку:

— Я уже говорила тебе — все исчезло. Смотри, рука стала нормальной. Она уже не красная.

Эр'рил постарался, чтобы его голос прозвучал мягко и слова не огорчили девушку.

— Твоя Роза потускнела из-за того, что запасы магической энергии исчерпались. Тебе нужно будет их восстановить.

— Но я не хочу!

Слезы покатились по щекам Элены.

Дядя положил руки ей на колени.

— Я знаю, что тебе страшно, милая. Но тетя Фила рассчитывает на тебя.

Услышав имя тети, Элена перестала всхлипывать.

— О чем ты говоришь? — спросила она.

— Я хочу тебе кое-что показать. Тетя Фила оставила для тебя подарок.

— Она знала, что я стану ведьмой?

— Да, она знала. И гордилась, что ты растешь такой сильной.

Девушка стерла остатки слез.

— Пойдем со мной. — Затем Бол повернулся к Эр'рилу: — Иди и ты с нами. Это должно помочь снять защиту, которую ты поставил на руинах школы.

Воин поднялся с кресла, и они вместе с Эленой подошли к полкам с запыленными книгами. Пальцы Бола с любовью пробежали по корешкам, с губ слетел тихий вздох. Его рука замерла на краю шкафа, на котором была изображена голова дракона. Он нажал на нее, послышался странный шорох, и полки сдвинулись.

— Отойдите, — предупредил Бол.

Он сдвинул в сторону книжные полки, как створку двери, и Элена увидела каменную лестницу, ведущую вниз.

Ее глаза широко раскрылись от удивления, и она окончательно забыла о слезах.

Даже Эр'рил был заинтригован.

— Куда ведет эта лестница? — спросил он.

Бол протянул руку и взял лампу, стоявшую на каминной полке, подкрутил фитиль, и лампа засветила ярче, затем сказал:

— Следуйте за мной и смотрите под ноги, ступени влажные и скользкие.

Эр'рил махнул рукой, показывая, что Элена должна идти за дядей, а сам пошел последним. Лестница была сделана из отдельных глыб обтесанного камня и показалась Эр'рилу гораздо древнее самого дома. С потолка свисала паутина. Бол и Элена прошли под ней, а высокому Эр'рилу приходилось все время смахивать паутину с головы. Один раз он даже прихлопнул на шее паука.