Дядя самых честных правил - Александр Горбов

— Тогда давай поищи, откуда твоя обидчица пришла.

Бобров полез в кусты, громко пыхтя. Он надолго останавливался, нагибался и рассматривал землю.

— Так-так. Вот здесь вроде. Ага. Сюда пошла. Или отсюда?

В груди заворочался Талант. Я мигнул и стал всматриваться в эфир. А ведь зверушка оставила заметную дорожку, будто движущийся Знак. Линии изогнуты, пряди размазаны по ходу движения.

— Нам туда, — я кивнул совсем не в ту сторону, куда смотрел Бобров.

— Думаешь? Я что-то не могу разобрать, где ящера пробегала.

— Тогда за мной.

Идти по эфирному следу было легко. Как ровная тропинка, чуть размытая по краям, он вёл через лес. Ящерица, когда была жива, выбирала простой путь, обходя буераки и завалы. Но шла извилисто, видимо разыскивая добычу.

Через пару часов я заметил, что Александра несколько утомилась и сбивается с шага. Да и Бобров, «знатный» охотник, начал сбавлять темп. Одна Таня шла легко и успела даже набрать по дороге каких-то ягод.

— Привал, — я остановился на маленькой полянке, — отдохнём чуток.

Бобров тут же уселся на поваленное дерево и вытянул ноги. Рядом плюхнулась рыжая, раздражённая «прогулкой» по лесу, но старательно это скрывающая.

— Константин Платонович, перекусить не хотите? — подошла ко мне Таня. — Мне Настасья Филипповна еды с собой положила.

Орка похлопала рукой по небольшому мешку, висящему через плечо на лямке.

— А давай. Не тащить же всё обратно.

Таня расстелила на траве кусок мешковины и принялась раскладывать на нём свёртки и туесочки из бересты. Бобров с рыжей мгновенно оживились и быстренько подсели к импровизированной скатерти. Я тоже не заставил себя долго ждать и ухватил какой-то аппетитный калач.

Впрочем, я не дал рыжей особо рассиживаться. Не для того я её в лес потащил, а совсем наоборот. Мага в начале обучения надо трясти, как грушу. Каждый стресс и новое впечатление двигают прогресс в обучении. Плюс приучают работать в любом состоянии и обстановке.

— Сударыня, вы уже поели? Отлично. Вставайте и покажите мне, как у вас получается символ.

Рыжая вскочила и достала карандаш.

— Прямо здесь?

Она сконфуженно покосилась на Боброва. Как и всякого новичка, её смущали посторонние наблюдатели.

— Здесь и сейчас. Приступайте.

Карандаш взлетел вверх и прочертил еле видимую букву Z.

— Слабенько. Ещё раз.

— Константин Платонович, я очень устала…

— Сударыня, маг не ждёт, когда к нему придёт вдохновение. Не ждёт удачного астрологического прогноза и сытного обеда. Не ищет подходящего места, где ему будет комфортно. Маг действует «прямо сейчас», или он не маг вовсе. Усталость, насмешки, шум и плохая погода не имеют значения. Есть только эфир и воля мага, вне обстоятельств. Ещё раз!

Рыжая покраснела, сердито прищурилась и резко чиркнула карандашом по воздуху. Яркий символ вспыхнул, дыхнул в лицо порывом воздуха и растаял.

— Ой! Получилось!

Александра хлопала глазами, не веря в собственный успех.

— Замечательно. Продолжайте его отрабатывать, а в дополнение вот вам второй символ.

Я выхватил small wand и сделал движение вверх-вниз, рисуя «галку», или букву V, если угодно.

— Запомнили? Цвет символа должен быть алый, это важно.

— Да.

— Это символ активации эфира, переводящий его в возбуждённое состояние. Эфир переходит на следующий энергетический уровень, чтобы мы могли активировать Знаки. — Я повернулся к Боброву и Тане. — Все перекусили? Тогда выдвигаемся, времени у нас немного.

Бобров кивнул и встал. А вот Танька, как заворожённая, смотрела на то место, где только что растаял магический символ. Мне даже пришлось потрясти её за плечо, чтобы вывести из ступора. Ничего, ещё успеет привыкнуть к волшебству, вокруг меня его будет много.

* * *

Через лес я бежал, как взявшая след гончая. Талант, разгорячённый и «принюхивающийся», нетерпеливо подгонял ударами изнутри. Приходилось даже одёргивать себя, чтобы спутники не отстали. Бобров и рыжая еле поспевали, плетясь где-то вдалеке, и только Таня следовала в двух шагах позади. А я говорил, что она лучшая помощница!

— Константин Платонович, подождите, — орка дернула меня за рукав и сказала громким шёпотом: — там впереди что-то есть!

— Где?

Я с трудом остановился и принялся вертеть головой.

— Вон там. Видите?

— Неа.

Кусты, на которые указывала Танька, ничем не отличались от любых других. Стена зелени, листья, ветки, жёлтые глаза с вертикальными зрачками…. Глаза?!

Огромный ящер, даже больше, чем убитый в усадьбе, рванул прямо на нас. Молча, без единого рыка, он зашуршал травой и распахнул зубастую пасть.

— А-а-а!

Бобров, почти догнавший нас, заорал как резаный.

— Опять она!

Ящерица на ходу развернулась и кинулась на него.

— А-а-а!

Пётр не стал раздумывать. Перестал кричать и бросился наутёк, петляя между деревьями. А зверюга щёлкнула пастью и прибавила скорости.

В любом случае надо было его спасать. Я скинул с плеча «огнебой» и выстрелил. Следом практически слитно прозвучали выстрелы из ружей Александры и Тани. Молодцы девчонки, не растерялись!

Да, «огнебой» это вам не деревенские вилы. От попаданий ящера сбило с ног, он влетел в дерево и захрипел. Бум! Бум! Бум! Ещё три выстрела прозвучали почти одновременно. Зверюка поникла, зашаталась и упала в траву.

— Стой! Не подходи!

Александра, шагнувшая было к ящеру, замерла.

— Куда вас несёт, сударыня? Он может быть ещё живым.

Пресмыкающийся гад будто услышал меня — шевельнул хвостом, дёрнул мордой и с места ломанулся от нас.

— Бейте! Не дайте ему уйти!

От третьего залпа тварь ушла, нырнув в неглубокий овражек.

— За ним!

Преследовать ящера было просто. Тяжёлая туша бежала не разбирая дороги, оставляя после себя широкую просеку со сломанными деревцами и смятыми кустиками.

Не будь хищник ранен, мы бы его ни за что не догнали. Но шесть попаданий из «огнебоев» завалят даже слона, а ящера хватило только на две сотни шагов. Он зашатался, начал сбавлять скорость, а потом и вовсе рухнул на землю. Я не успел даже поднять руку, а мои девицы, не сговариваясь, дали залп. Да так удачно, что шансов у твари не осталось. Правда, и голову на стенку не повесишь как трофей — юные охотницы разнесли её на клочки.

— А! — заорала рыжая, потрясая ружьём. — Съела, да? Тьфу на тебя, страхолюдина!