Сердце шипов - Мерседес Лэки

На следующий день я должна была отправиться на занятие к Брианне в одиночку. Когда я прошла через волшебную дверь, меня уже ждал Лобо, а с ним – барсук.

Мне еще никогда не встречались столь крупные особи, поэтому я сразу поняла – передо мной еще один говорящий зверь. И отвесила симпатяге небольшой поклон.

– Это Халдур, – представил его Лобо. – Из всех известных мне зверей он знает о феях больше всех.

– И тем не менее – не так уж много, девица, – признал Халдур. – Однако я и в самом деле собираю истории. Все те, что передают барсуки в моем роду и что поведал мне всякий встречный, готовый ими поделиться. Так вот, есть у меня одна. Однако я делюсь историями, лишь когда мне рассказывают что-нибудь взамен. Есть ли у тебя история?

– Ты слышал о крестинах моей младшей сестры, Авроры?

– Только о том, что все были в превеликом волнении и ждали их. С удовольствием послушаю.

И вот я уселась прямо у дуба и выложила барсуку все так подробно, как только могла. И он чихнул три раза и произнес:

– Достойная история! И вот тебе моя. Моя семья испокон веков обитала в норе в той части леса, куда большинство существ даже не отваживаются заглядывать.

Лобо яростно затряс головой.

– Это еще мягко сказано! Там до Змеиных сестриц лапой подать!

Благодаря нашему корпению над архивами я знала, кто они такие. Змеиные сестры принадлежат к тем редким темным феям, что живут одной семьей, а нынче скорее кланом из примерно дюжины женщин (там не было ни одного мужчины; по крайней мере, таковых там никогда не видели). И все они, похоже, обожают все змеиное – облегающие наряды змеиной кожи, крылья, подобные драконьим, украшения в соответствующем духе, а у их главы – посох со змеиной головой. Возможно, в их клане происходят всевозможные разборки, но об этом ничего не известно. Когда они появляются на публике, одна или несколько подчиненных сестер прислуживают Сессорану, которую люди зовут Королевой змей.

– Хорошее, тихое место, как нам нравится, – благодушно отозвался Халдур. – Они меня не трогают, я не беспокою их. О, стоит упомянуть, это важно. Они живут в очень большой галерее пещер. Одну, рядом с моей норой, использовали всего раз – по крайней мере на моей памяти.

– Ох, перебрался бы ты уже, – заволновался Лобо. – А вдруг кому из них приглянется воротник из барсучьего меха?

Халдур хмыкнул.

– Не впишется в образ. Они, как и я, никогда не изменяют привычкам. Однако продолжу: то был день глубокой зимой, я был в спячке, как вдруг меня разбудил рокот, сродни землетрясению. Я осторожно высунул нос наружу – а там весь лес и воздух над ним кишат приспешниками темных фей, в нашем случае Змеиных сестер, и все они за чем-то охотятся. Я забился подальше в одно из трех своих логовищ, и какое-то время все было тихо. Но затем услышал: что-то ползет у меня по входной норе.

Халдур был очень искусным рассказчиком. К этому моменту я уже затаила дыхание.

– Я зарычал, предупреждая незваного гостя, но услышал не лихорадочные попытки выкарабкаться из моей норы, прежде чем я нападу, но тихий женский голос. «Царь-барсук, царь-барсук, – позвала она, – ты позволишь мне здесь спрятаться?» Я потянул носом и почуял запах феи. Но более того – запах столь редкий, что я его поначалу и не узнал. То была фея на сносях.

Мне пришлось в буквальном смысле прикусить язык и сцепить пальцы, чтобы не перебить барсука. Боялась, что тогда он обидится и уйдет, не закончив историю.

– Знаю, тебя распирает от желания спросить, была она темной или светлой. – Халдур, глядя на меня, склонил голову набок. – Пахнут-то они одинаково. Поэтому я просто сказал: клянешься ли ты Договором и своей силой, что не причинишь мне зла? И она ответила: клянусь. И я разрешил ей пойти в логово по правую лапу, а сам вернулся посидеть у входа и скрыть запах гостьи. Мимо зашныряли некоторые приспешники Змеиных сестриц, однако мое рычание убедило их продолжить искать в другом месте. К ночи они прекратили вынюхивать вокруг моей норы. Я вернулся и сказал фее, что дорога открыта. «Царь-барсук, – обратилась фея ко мне снова, – не знаешь ли ты, куда мне податься? Змеиные сестры меня убьют, если найдут». Я ответил, что не знаю, но предложил отыскать рынок гоблинов. Они продадут что угодно, только плати, и безопасность в том числе. Фея поблагодарила меня, выбралась наружу, в лес, и на этом история подходит к концу.