Эра героев. Антимаг - Анатолий Шкирич

– Ничего подобного, – мысли забегали, пытаясь придумать объяснение. – В своей книге «Вени, види, вичи» Юлий Цезарь доказал, что так Круги Мора легче запомнить. Инверсивная память.

– Надо же, – уважительно протянул его собеседник. – Надо попробовать.

Четверка прошла мимо, не повернув и головы.

Облегченно выдохнув, Александр уставился им вслед поверх книги.

«Неужто не по мою сбежавшую душу?»

И тут клерк в сером сюртуке, видимо углубившись в чтение, неловко ступил назад и натолкнулся на жреца. Солдат Ордена бросил руку на рукоять клинка, но растяпа уже отпрянул назад, смущенно извиняясь, и четверка проследовала дальше.

И возможно, только пристально следивший за сценой Александр заметил, как клерк коснулся расшитого золотом пояса жреца. Небольшой предмет, зажатый между указательным и средним пальцем служащего, скользнул за полоску ткани.

Лишь только четверка вышла из зала и углубилась в недра библиотеки, клерк положил книгу на стол и скользнул в соседний коридор.

«И что бы сделал трезво мыслящий человек? Он дождался бы служащего, получил выписку из архива и спокойно ушел. И уж он точно не последовал бы за этим типом, словно недавно сохранился и всегда может начать заново», – додумывал он, уже идя вслед за подозрительным клерком.

Коридор несколько раз вилял, то и дело минуя заставленные книжными шкафами помещения, а шаги клерка уже стихли где-то впереди. Наконец проход закончился тупиковой комнаткой.

Никого. Лишь горы рукописей и папок ждали конца света в виде зажженной спички.

«Сама судьба против моей авантюры, – с облегчением подумал Александр. – Похоже, таинственный шпион свернул в другом месте. Миссия провалена. Теперь идем обратно за выпиской».

Но тут он заметил стеллаж, полный книг в таком же переплете, как та, что держал незнакомец. Вдобавок на одной полке осталось пустое место. Точно под пухлый томик.

«А, нет, вот и наживка на крючке очередной проблемы. Надеюсь только, когда бед станет слишком много, они передерутся между собой за очередность».

В стеллаже и на полках не оказалось ничего примечательного. Ни тебе царапин на полу, ни застрявших кусочков бумаги под шкафом.

«Кто-то явно не подумал обо мне и не оставил ни одной подсказки».

Наудачу он пошарил рукой на полке там, где не хватало тома, но наткнулся лишь на деревянную панель задней стенки.

«Как бы я поступил, пытаясь скрыть что-то в шкафу, если бы не хватало одной книги? Причем вариант „сжечь библиотеку“ отпадает».

Все фолианты принадлежали одной серии. Составитель не поленился даже проставить нумерацию, и шестая книга во втором ряду вызвала бы оскомину у перфекциониста неправильным порядковым номером.

«Ее вытащили с другой полки, чтобы скрыть пустое место».

За пролезшим без очереди томом оказалась панель, поддавшаяся нажатию, и с легким скрежетом весь шкаф выдвинулся чуть вперед. Взявшись рукой за полку, Александр легко повернул тяжеленный стеллаж. Создатель скрытого хода явно позаботился о системе противовесов.

За книжными полками открылись узкие проходы, тянувшиеся вдоль внешних стен в обе стороны. В слое пыли отпечаталась цепочка следов. Не хватало только указателей направления: «Секретный комитет», «Встреча шпионов» и «Заседание масонов».

Кувшин с вином стукнулся о столешницу одновременно с бряцанием кольчуги, когда Сол приземлился на свободное место у стола. На костяка недружелюбно уставились четыре пары глаз. Двое стражников в нечищеных красно-синих мундирах, парень в кожаной куртке с нашивками наемного полка и дородный мужик в поношенном сюртуке с резким запахом селитры. И ни одной роже новый сосед не приглянулся.

– Мой кувшин не помешает? – поинтересовался скелет.

– Он-то может остаться, – процедил стражник. – А вот ты ищи другую лавку.

– Так я могу заказать еще, – Сол махнул рукой трактирщику. – Парочку для моих новых друзей!

– Может, хоть шлем снимешь, дружок? – Наемник сплюнул на пол, от чего тот стал только чище. – А то будто нас не уважаешь.

– Я бы с радостью, но дал обет не снимать доспехи и шлем, пока не совершу подвиг, – с пафосом ответил Сол.

– Кому ты отдал обед? – переспросил стражник.

– Клятву он дал сам себе, бестолочь! – вмешался пожилой, налив в кружку вина.

Пара подоспевших кувшинов смягчила выражение окружающих рож.

– Так ты из этих, северных, – протянул наемник, поглядев с легким презрением и сожалением на Сола. В глазах сражавшегося лишь за звонкую монету солдата удачи давший обет мужик мог быть лишь слабоумным. – Брр. Я понимаю, еще с месяц можно не мыться, кому от этого плохо, но потом-то кожа яро чесаться начинает.

– Пить-то тебе можно? – осклабился стражник.

– Такого обета ни один мужик не даст по своей воле, – фыркнул скелет.

Взяв глиняную кружку, мертвяк запрокинул голову, приподнял забрало и в два захода осушил емкость.

Когда-то шкафы отодвинули от стен во избежание сырости, а потом проход за ними заделали тонкими деревянными панелями. И теперь вдоль всей внешней стены тянулся потайной ход. Слой земли под ногами заглушал шаги, и вряд ли ее успело нанести сквозняками. В тонких панелях, отделявших проход от залов и комнат, прорезали небольшие отверстия, и проникавшего сквозь них света Александру было вполне достаточно.

«Надеюсь, никто не обратит внимания на чихание за стенкой, – поднятая пыль немилосердно свербела в носу. – Посчитают, что заболело одно из привидений».

Александр успел далеко продвинуться вдоль здания, один раз даже свернул, обходя внешний угол строения. Несколько раз он заглядывал в прорези, но ничего, кроме старых книг, стеллажей, фолиантов, редких посетителей и снова книг, не видел.

Едва он напомнил себе, что минут через пять следует все же повернуть назад и бросить нарываться на неприятности, как расслышал приглушенный голос:

– … мы всегда с терпимостью относились к проводимой вами политике. И лишь напоминаем вам ваш же принцип. Невмешательство во внутренние дела других стран и народов.

– Я неплохо помню устав Ордена, – усмехнулся другой человек. – И мы сами примем решение без чьих-либо подсказок.

– Мы и так терпим ваши богохульнические изречения на наших землях, – бросил третий.

Александр прильнул к оказавшейся рядом дырке. Говоривший был облачен в белоснежную сутану жреца. Напротив него стояли оба уже виденных им орденских солдата.

– Если вы пригласили нас ради пространных споров, то я бы переложил эту ношу на отцов-инквизиторов, что с радостью проведут остаток жизни, обсуждая с вами тонкости бытия, – холодно произнес воин Ордена.

Второй рыцарь в закрытом шлеме звучно вдохнул воздух и, повернувшись, уставился прямо на Александра, затаившего за стенкой дыхание.