Джип, ноутбук, прошлое - Константин Костинов

Жена захлопнула тетрадь, в которую по учительской привычке тщательно конспектировала то, что ей увлеченно рассказывала служанка.

– Убит.

– Да ты что?!

Танюша, крутнувшись на месте, тихо скрылась на кухне: сделать хозяевам чаю.

– Руслан, я и так знаю, что его убили. Что с нашим вопросом?

– Пойдем в комнату.

– Папа, – подскочила Аня. – А мы сегодня поедем на аэрошоу?

– Куда?! – дружно спросили отец и мать.

– Ну… Где самолеты летают.

– Аня, мне сейчас нужно поговорить с мамой. Потом.

Надувшаяся Аня ушла обратно в альбом с картинками.

Руслан закрыл дверь в спальню.

– Ну? – не выдержала Юля.

– Мациевич убит…

– Дальше!

– Но не ограблен.

– Значит… – Юля села на кровать.

– Ходят слухи, что убит он шпионами из другого государства за то, что отказался сотрудничать.

Слухи Руслан придумал только что, дабы успокоить жену.

Юля задумалась:

– И что нам теперь делать?

– Во-первых, больше никогда не общаться с представителями госструктур. По крайней мере, лично. Любой шпион может нами заинтересоваться.

«Или УАЗом».

– Во-вторых. – Руслан сел на кровать. – Петр Александрович обещал сделать нам через знакомых паспорта. Получим паспорта – получим именные свидетельства на приобретение оружия и купим по пистолету.

– Вау. И что я, любимый муж, буду делать с пистолетом?

– Будешь отстреливаться от вражеских агентов.

– И как же я их опознаю?

– Очень просто. Видишь незнакомого человека там, где его быть не должно – например, в этой спальне, – стреляешь ему в живот. Умер – значит, агент.

– А если выжил?

– Значит, это вампир и отсюда нужно валить.

– А если серьезно?

– А если серьезно: пусть лучше оружие будет и не пригодится, чем не будет и понадобится.

Юля встала.

– Руслан. Ты уверен, что это были шпионы, а не патруль времени?

– Шпионы – для тебя недостаточно опасно? – попытался он отшутиться.

– Руслан.

– Уверен, – соврал он.

Юля села.

– Как можно точно узнать? – тоскливо спросила.

– Есть, – усмехнулся Лазаревич, – одна идея…

Он умолчал о том, что фактически эта идея, если Юля все-таки права, подставляла ни в чем не повинного и ни о чем не подозревающего человека. Но если сделать все аккуратно…

– Мама, папа, – глаза Ани, заглянувшей в спальню, были сухими, но чувствовалось, что она еле-еле сдерживается от слез, – пожалуйста, поедем на праздник воздухоплавания…

– Аня! – Руслан подошел к дочери обнял ее за плечи. – Почему ты так туда рвешься?

Аня подняла взгляд:

– Потому что в прошлое воскресенье я договорилась с…

Она опустила глаза и что-то неразборчиво прошептала.

– Договорилась с кем?

– С Володей, – еле слышно произнесла Аня. – Мы познакомились… И договорились… Встретиться…

Руслан недоуменно посмотрел на жену. Юля хитро заулыбалась:

– Что тебе непонятно? Наша дочка познакомилась с мальчиком. И хочет с ним встречаться.

– А не рано ли Ане… «встречаться»?

– Папа!

– Руслан! Она просто подружилась с мальчиком.

– Мама!

– Юля!

Юля вскочила:

– Так, стоп! Аня не собирается целоваться с ним по кустам… Ведь не собираешься?

– Мама!

– Я пошутила. Значит, мы поедем на этот праздник, и ты встретишься со своим Володей. Руслан, ты не против?

Лазаревич махнул рукой. Сидеть дома и дрожать от страха – тоже не выход.

– Все, Аня, беги одеваться.

Радостно взвизгнувшая дочь умчалась.

– Юля, – тихо спросил Руслан, – ты хоть знаешь, что там за Володя?

– Видела издалека. Обычный мальчик, примерно Анин ровесник, лопоухий. – Юля улыбнулась. – Судя по одежде – из небогатой семьи, может, рабочий. Вел себя с Аней вежливо. Хороший мальчик.

– Ладно, – произнес Руслан тем особым тоном, которым говорят все отцы, узнавшие, что их дочь «встречается с мальчиком». – Посмотрим, что там за Володя…

Убийство Мациевича никак не сказалось на праздничном настроении пришедших на поле посмотреть на полеты. Как в нашем времени гибель пилота «Формулы-1» не помешает никому досмотреть гонку до конца.

Настроения не портили ни сильный ветер, отчаянно трепавший желтый флаг, ни холодный дождь. Летчики, решившие показать свои возможности несмотря ни на что, завели свои этажерки и, превозмогая порывы ветра, летали над трибунами и стоящей толпой, восхищенно ахавшей при удачных маневрах и испуганно – когда ветром сносило самолет.

– Уточкин, Уточкин полетел, – говорили стоявшие неподалеку от Лазаревичей.

– А Мациевича-то не будет. Убили, говорят, вчера.

– Жаль…

– Похороны послезавтра.

– Пойдем?

– Пойдем.

Руслан взглянул мельком на тряпочную конструкцию, поежился и опять посмотрел в сторону, где, метрах в десяти, под зонтиком стояли, держась за руки и о чем-то разговаривая, его дочь и оставшийся неизвестным Володя.

Тоненькая девочка в английском костюме и круглой шляпке-колокольчике и крепкий мальчишка, чуть ниже ее ростом, в сапогах, темной, подпоясанной куртке и картузе с лакированным козырьком.

«Барышня и хулиган…»

Юля уговорила Руслана не пугать мальчишку и не разговаривать с ним. Впрочем, паренек, посиневший от холода, но дождавшийся Аню, заслуживал уважения. Не каждый взрослый на это был бы способен…

Володя держал зонтик, а Аня обхватила его ладони своими и грела замерзшие пальцы друга.

Они разговаривали, и им было хорошо, и не было дела до взрослых глупостей.

– Аня, вот ты о чем мечтаешь?

– Домой вернуться, – ни на секунду не задумалась девочка.

– В Америку?

– Ну да… Туда. Там хорошо, там подруги… Школа… Теле… это… разное, в общем. А ты о чем мечтаешь?

– Аня, а в вашей Америке обычный человек может стать адмиралом?

– Ну не знаю. Наверное, может. А что?

– Ты никому не скажешь?

– Никому. – Аня жестом «застегнула» губы.