Серебряные Копья - Валерий Козачук

— Моллюск значит… А ещё?

— Волкозавр!

— Что-то я таких не припомню. Эдафозавр вам надеюсь сгодится?

— Кто, кто?

— И чему только послушников учат?

— Мы до эфозавров ещё не дошли, — густо покраснел мальчик.

— Или прогуляли под настроение.

— Не твоё дело! А как же тогда по правильному?

— Э… да… фо… завр, — терпеливо повторил арбалетчик. — Ракоскорион вам подойдёт?

— Фу-у, гадость…. Я и сам получше придумаю, — торопливо повторил мальчик.

— Не буду вам мешать. Что-то ты Пабло замолчал. Не желаешь облегчить душу?

— Зря мы его тогда пожалели, — грозно рыкнул кольчужник.

— Наоборот, — ехидно уточил Шарль.

— А подробнее.

— Не-е, пускай он пока говорит. Я ещё маленький по серьёзному обвинять старших. Пусть расскажет, а я соглашусь. Может быть.

— Не томи, Пабло, всем интересно. Бедному Марбо в первую очередь.

— Его вроде и нет, — каталонец с шумом выдохнул воздух.

— Мы Марбо перескажем, — заверил Жюльен.

— Сам себя не узнаешь.

— Как обычно, Пабло.

— Да, Великий, — каталонец ощутимо замялся, — в лагерь нас хотел отвести, — но потом — спасибо Жану! — приказал нам…

— Сдаваться?

— Хуже, Жюльен, намного хуже. В прятки с ним поиграть. Повелел нам спрятаться в медвежьей берлоге, а не то он нас…

— Дальше, дальше!

— Я и не понял толком — в волков или косолапых. Может вообще обратил бы в пепел.

— До такого и Марбо не додумался бы, — подал голос Джузеппе.

— Ты не шутишь? — не без сочувствия спросил бретонец.

— Всё правильно Великий? — воззвал к Шарлю Пабло.

— Мы вообще-то больше о крокодилах болтали, — рассеянно поправил мальчишка. — Ну, это так, к слову. Почему ты кстати признался?

— Вы бы такого всем наплели!

— Это я умею, — не без удовольствия подтвердил Шарль. — Что поделаешь, возраст шальной. А Хименес до сих пор жив?

— Что ему сделается, — ответил Пабло. — Только молится подозрительно часто. И добро бы только Создательнице, но и вас поминает частенько.

— Правда-правда? — Шарль приосанился.

— Клянусь тенью Создательницы!

— Что заслушались, как бараны, он же время попросту тянет! — раздался возглас Марбо.

— Ты откуда на наши головы взялся? — огрызнулся бретонец.

— Здесь и был, в тени папоротников.

— В кустах значит сидел?

— Это вы кустами отсиживаетесь! — рыкнул Марбо.

— Ты первый пойдёшь? — осведомился Жюльен.

— И сквитаюсь с щенками!

— Простите его Великий, — извинился за десятника бретонец.

— Ничего, я успел с вами привыкнуть, — отмахнулся Шарль. — Пускай идёт. Только обязательно с арбалетом и при полном доспехе, чтобы всё было по-честному. Правда, Хименес?

— Отвяжись, ты зараза!

— Что есть, то есть, — охотно согласился ребёнок. Ну, давай Марбо, я сегодня кажется добрый. Спасибо Жюльену. Убивать тебя наверно не стану. Только ты не ругайся по-чёрному, ещё Богиню оскорбишь ненароком.

— Я…

— Да не стану, слово Великого! Чтобы мне сейчас провалиться. Ой!

— Что с вами Великий? — вежливо поинтересовался Жюльен.

— Провалился в какую-то яму. Мне почти что по плечи, — сконфуженно признался мальчишка. — Помоги ты выбраться, Жан, вечно лентяйничаешь.

Подросток принял арбалет Шарль и одним рывком — деликатничать сейчас не ко времени — вытянул мальчишку из ямы.

— Пусть Марбо немного спирта захватит, надо промыть царапины, — распорядился Шарль.

— Серьёзные?

— Глаз не задело. Так мы не управимся до полудня — недовольно заявил мальчик. — Для начала посылайте Марбо, а там посмотрим.

— Джузеппе, одолжи-ка свой амулет, — попросил десятник.

— Который?

— Тот, что освятил сам Великий.

— Думаешь, поможет?

— Сам ведь Шарль к нему прикасался, так что точно не повредит.

— Тоже верно.

— Начина-а-а-ается… Дети отчаянно переглянулись.

Шарль торопливо благословил Жана, и еле слышно отпустил ему все грехи. Подросток благодарно кивнул, опустился на колени и приложился к его чумазой ладошке, как и подобает при отпущении. Великий поспешно отдёрнул руку — не до ритуалов сейчас — и поудобней ухватил арбалет, на него считай вся надежда.

— Н-не… надо Великий — на грани слышимости прошелестел Жан.

— Что?

— Как услышат арбалетный хлопок, сразу кинутся напролом, — зашептал Жан в ухо мальчика. — Всем отрядом Великий. Поиграем пока что в волшебников, самострелы на крайний случай. И не хорохорьтесь, Великий, не то я арбалет отберу.

— Только попробуй!

— Тише, тише, услышат.

Мальчик обрёчённо кивнул — вытянулся Жан на хороших харчах — то-оже мне старший выискался.

— Может, отдадите пока арбалет? — поколебавшись, спросил подросток.

— Не дождёшься! А по шее?

Вот и шаги Марбо. Шарль вздрогнул всем телом. Неспешные, уверенные… может сразу сдаться Жюльену, благо он предлагал. Или даже Хименесу… Жан встряхнул Великого за загривок.

Шарль показал кулак и для верности скорчил гримасу. Подросток только вздохнул.

Рука взрослого в латной перчатке отодвинула последнюю ветку, и Марбо выступил из кустов.

— Ваш кинжал, Великий. И арбалет, — властно потребовал десятник. Я услышал, как вы шушукались.

— Может, слышал, да не всё понял! — Шарль закусил губу.

— Урона вашей чести не будет, если вы сдадитесь отряду разведчиков. Положите оружие, Великий.

— Сам возьми, раз такой умный! — Шарль передал арбалет Жану, не спеша сорвал с куста зелёный листочек и бережно опустил на ладошку.

Десятник чуть подался назад, для начала уже неплохо.

Несколько томительно-долгих мгновений — интересно как ему сконцентрироваться, если голова идёт кругом? — и листок озарило молочно-белое свечение. На минуту наверно хватит. Пожалуй, и на все две, если Жан поможет.

Марбо прерывисто задышал, не отрывая взгляд от листка, выхватил длинный широкий меч и с воплем ринулся к Шарлю. Где-то не полдороге бравый десятник зацепился за выступающий корень, попытался извернулся в падении и весьма основательно приложился затылком о трухлявый древесный ствол, наполовину скрытый в траве.