Ловушки памяти - Юлия Басова

Я ужаснулась: вокруг то и дело говорят, что, если вы уж выпиваете, то выберите один вид алкоголя, а не мешайте несколько сразу. Это очень опасно, может сильно «развезти».

– В итоге мы начали хлебать все эти напитки прямо из горла и принялись решать, как добраться до долбаной спортивной базы. Ходить нам всем было непросто, и потому мы решили остановить какой-нибудь грузовик, чтобы в нём поместились две наши группы.

– Думаю, вы долго ждали этот самый грузовик? – предположила я.

– Около часа. Мы уже были никакие, потому что без конца пили всё то, что купили в ларьке. На улице – стужа, метель, холод собачий… Ух, как вспомню, так вздрогну! В итоге над нами сжалился водитель мебельного фургона, возвращавшийся в свой родной Рославль порожняком. Мы все погрузились к нему в прицеп и там вырубились. Он толком так и не понял, куда нас везти, поэтому доставил в ближайшее отделение милиции, где мы и провели ночь.

Я громко засмеялась:

– Ну вы даёте! Надеюсь, у вас с утра не было проблем со стражами порядка?

– Ну, были кое-какие разногласия, – потупился Антон, – у меня так гудела голова, когда я проснулся, что объясниться оказалось непросто.

– А остальные? Филипп Моруа, Таня, Марина? Они что, вообще не в себе были?

– Говорю тебе, – снова повеселел Антон, – только я с утра мог хоть слово вымолвить. В общем, пришлось звонить отцу. Он немедленно помчался меня выручать и позвонил остальным родителям.

– Сильно вам попало? – сочувственно поинтересовалась я.

– Да нет, – успокоил меня приятель, – все так за нас испугались, что были счастливы, когда мы нашлись.

– Да, вот это приключение, – протянула я. Наверное, со стороны могло даже показаться, что я немного завидую Антону и ребятам, пролежав две недели с гриппом в собственной кровати, умирая от скуки.

Очень захотелось рассказать другу о том, что творилось со мной в эти дни, но нельзя… Нельзя.

Девчонки, заходящие в аудиторию, замечали меня и неизменно осведомлялись о моём здоровье. Казалось, никто из них и не вспоминал вовсе про ту морозную ночь, проведённую в сельском отделении милиции. Вероятно, это было не самое плохое событие в их жизни. Ведь они были все вместе!

– Зато мы с тех пор очень подружились с иностранцами! – гордо сказал Антон, подтвердив мои догадки. – А Марина уже ходила на свидание с Кингом.

– Ух ты! – я искренне порадовалась за девушку. Крепкий, спортивный американец – мечта любой, и вот, пожалуйста, он приглашает нашу Марину провести вместе время! Может, из этого что-то получится?!

– А я подружился с Моруа, – сообщил Антон. – Нет, не смотри на меня так! Парень не по этой части, и, знаешь, по-моему, он влюблён в тебя. Говорит о тебе без умолку, а когда узнал, что ты заболела, места себе не находил, переживал очень.

– Знаю, – кивнула я, – он мне даже домой звонил. Ну ладно, а как дела у вас с Зиновием?

Губы Антона растянулись в счастливой улыбке:

– Кстати, о Зиновии! Хорошо, что напомнила. Я уже похоронил идею твоего «случайного» знакомства с Николаем Лавровским, потому что не знал, когда ты выздоровеешь. Но вечеринка завтра! Может, пойдёшь?

– Да, я помню про вечеринку, – легко согласилась я, – и очень боялась, что пропущу это важное для карьеры твоего Зиновия мероприятие.

Антошка с благодарностью посмотрел на меня и хотел что-то сказать, но тут в аудиторию бодрым шагом вошёл преподаватель, и нам пришлось умолкнуть.

Мы с трудом высидели до конца пары, чтобы начать обсуждение дальнейших планов.

– Ну что, чай пить? – бодро предложила я, вырываясь в коридор из душного кабинета. – На улице мне лучше не бывать лишний раз, чтобы снова не свалиться.

– Давай! – поддержал меня приятель. – Тебе сейчас и правда лучше пить больше жидкости и избегать холода.

Мы спустились в буфет и наполнили кружки обжигающим напитком. Сидя друг напротив друга, Антон и я радовались тому, что снова болтаем и веселимся, вместе что-то придумываем и обсуждаем. В общем, дружим. Я подумала, почему взаимоотношения с любимым человеком не могут быть такими же непринуждёнными и лёгкими, как с другом? Почему нельзя обойтись без драм и страданий? Может, дело в сексе?

Или, может, всё дело в том, что мой возлюбленный – Ясный? Может, только их так сложно и больно любить? Ведь я даже не помню его, но всё равно стремлюсь найти свою любовь, несмотря ни на что…

– Значит, сегодня после занятий едем в магазин и покупаем тебе платье для вечеринки, – решительная тирада Антошки прервала мои размышления, – ты должна быть неотразима!

– Договорились! – спокойно сказала. – А насчёт денег можешь Зиновия не беспокоить. Мне тут отец передал немного, так что…

– Мила! Это неправильно, – возмутился Антон, – хорошее платье стоит дорого. Его надо покупать в модном бутике, а там цены – бешеные! У меня пластиковая карточка Зиновия, он разрешил её опустошать, ни на секунду не задумываясь. Правда, мне пока ни разу не довелось… Вот наконец она и пригодится!

Я немного подумала и пришла к выводу, что воспользоваться предложенными деньгами было бы удобно. В конце концов, ведь я для них стараюсь! А свои капиталы надо сначала снять со счёта.

– Хорошо, – согласилась я, – куда поедем?

– Надо Филиппа спросить, – задумчиво сказал Антон. Пожалуй, парень всё продумал, кроме главного – где купить подходящий наряд?

В Москве, конечно, уйма разных магазинов и бутиков, торгующих модной дизайнерской одеждой, но нужно точно знать, в какой из них ты направляешься. Спрос на красивую одежду среди богатых людей очень высок. Обычно между моментом, когда в бутик приходит новая коллекция из Франции и Италии, и моментом, когда почти все вешалки пусты, а стоящие внимания вещи раскуплены, проходит несколько часов. Если вам не повезло и вы явились в магазин именно в такой момент, когда продавцы уже не могут предложить вам ничего красивого и изящного, то вы, за неимением лучшего, вынуждены будете купить очень посредственную вещь за бешеные деньги.

Один раз я сама лично наблюдала такую картину: большой модный магазин в центре Москвы. Ежесезонные распродажи только начались. Вокруг носятся толпы модников, стремящихся урвать по сниженной цене именную вещь. Они толкаются, мешают друг другу в надежде найти что-то подходящее быстрее, чем все остальные, суетливо роются в огромных коробках с уценённым товаром. К одному из продавцов, манерному молодому человеку, преисполненному чувством собственного достоинства, подходит постоянный покупатель. Это видно по всему: по небрежной, но тщательно продуманной манере одеваться, по презрительному взгляду, обращённому к толпе соискателей дешёвых дизайнерских изделий, по тону, с которым он обратился к продавцу:

– Ну что? Что-нибудь ещё приличное осталось?

– Нет, – тихо отвечает тот.

У меня от изумления даже рот открылся. А что же тогда висит на вешалках и лежит на полках? Что же тогда так дорого, несмотря на скидки, стоит? Одежда, которую и приличной-то не назовёшь? Причём об этом знают продавцы, хозяева магазина и некоторые покупатели. Но несчастные модники, так суетливо снующие вдоль стеллажей с одеждой в надежде отыскать «свою» вещь, находятся в полном неведении. Получается, их обманывают? Подсовывают фальшивую моду, если можно так выразиться?