Любовь до гроба - Анна Орлова

Все, что она вытворяла накануне… Теперь Софии было мучительно совестно, но она была не в силах прогнать прочь воспоминания — постыдные и одновременно сладостные.

К тому же под воздействием винных паров и паники она наложила заклятие на Шеранна, чему теперь запоздало испугалась. И возгордилась — в глубине души, ведь она сумела вдохнуть огонь в дракона! Впрочем, гадалка справедливо сомневалась, что сумела бы повторить подобное. И — что скрывать? — София так отчаянно испугалась его потерять, и это придало ей сил совершить невозможное…

"Это всего лишь вино и Бельтайн!" — твердила она шепотом, не слишком веря самой себе. Неужели ее убеждения, все то, во что она истово верила, так легко капитулировало под натиском чувств?!

"Я стану любой ценой избегать его общества!" — решила молодая женщина со всей возможной твердостью, и принятое решение одновременно успокаивало и угнетало.

София вытерла слезы и наконец встала с постели.

Утренний туалет отнял некоторое время, как она ни спешила, потому мировому судье пришлось ждать. К тому же душевные терзания заставляли ее опасаться встречи со знакомыми, и в первую очередь ей отчего-то было совестно взглянуть в глаза господину Рельскому.

Прятаться более было непозволительно и невежливо! Госпожа Чернова глубоко вздохнула, набросила на плечи шаль, чтобы занять руки, и отправилась вниз.

Лея провела визитера в зеленую гостиную.

Приветствуя гостя, София мимоходом отметила, что давно пора сделать ремонт — обивка поистерлась, обои выцвели, да и шторы поизносились, — и огорчилась от этой мысли. Обновлять обстановку предстояло уже новому хозяину дома…

— Рад вас видеть, — искренне улыбнулся мужчина, поклонившись, но обеспокоенная складка между бровей не исчезла.

Он выглядел усталым и расстроенным, и белоснежное сияние рубашки и галстука лишь подчеркивало набрякшие мешки под глазами и утомленный вид.

— Я также рада вашему визиту, — чопорно отозвалась молодая женщина и принужденно улыбнулась.

Натянутость приветствия не ускользнула от внимания мирового судьи, и он отвернулся, уставившись на свои сцепленные руки.

— Надеюсь, вы в добром здравии, — начал он явно через силу, и, получив подтверждение, продолжил: — Полагаю, вы хотели бы знать, что произошло.

— Конечно! — воскликнула София с преувеличенным энтузиазмом. Беседовать о вчерашних событиях было одновременно интересно и стыдно.

— Если в нескольких словах, то инспектор Жаров наблюдал за вами. Когда он услыхал крик, сообразил, что происходит нечто странное, и со всех ног бросился за помощью. По счастью, мое поместье в Бельтайн охраняли его подчиненные, так что мы вскоре пришли вам на помощь. Остальное вам известно.

— Но зачем инспектору следить за нами? — госпожа Чернова обратила на мирового судью ясный взгляд. И ее искреннее недоумение заставило мужчину отвести глаза.

— Он полагал, что господина Ларгуссона убили вы вместе с Шеранном, — неохотно произнес господин Рельский.

В голове Софии роем проносились мысли. И, надо отдать ей должное, при всей абсурдности подобного предположения она смогла оценить обстоятельства объективно, и, пусть нехотя, нашла такую версию возможной. Одновременно обнаружились и неувязки.

— Но зачем это нужно? И как мы… — она запнулась, но закончила: — могли выбраться из библиотеки?

— Политика, — пожал широкими плечами господин Рельский. Казалось, он говорил через силу, но не прерывал начатый разговор, — Шеранн сам рассказал нам, что среди драконов есть противники автономии, но кто может поручиться, что он не один из них?

Молодая женщина задохнулась, но не сумела возразить. Действительно, политические предпочтения Шеранна были известны лишь с его слов.

— А мой второй вопрос? — нашлась наконец она.

— Тут еще проще, — господин Рельский сложил руки на набалдашнике трости, глубоко вздохнул и продолжил: — Инспектор полагал, что вы передали Шеранну ключи, чтобы он сделал дубликат, и сообщили некоторые подробности библиотечного уклада. То есть он считал вас не убийцей, но пособницей… Окно на втором этаже было распахнуто, он мог бы выпрыгнуть, сменить облик и… попросту улететь, оставив дом запертым изнутри.

— Но причем тут я? — София по-прежнему ничего не понимала.

— Вы сами сказали мне, что уже знакомы с ним. — Мировой судья прямо посмотрел на молодую женщину и тихо закончил: — А влюбленная женщина на многое готова пойти…

Госпожа Чернова смотрела на него, испытывая смесь ужаса, неверия и ярости. Конечно, посторонний мог бы предположить такое, но господин Рельский хорошо ее знал!

— Как вы могли такое подумать обо мне? — ее голос был тих, но в нем звучала непритворная злость.

Господин Рельский отвернулся.

— Когда вы вместе, между вами словно свирепствует буря… Разве я могу этого не замечать? — проговорил он глухо. — К тому же я нанес визит Шоровым… Госпожа Шорова уверяла, что действительно видела вас той ночью, правда, она созналась, что вы шли не в направлении Бивхейма, а к той самой сторожке неподалеку от Чернов-парка, где вы с Шеранном были сегодня. Что я мог подумать?

— Значит, вы сочли меня убийцей! — заключила она ядовито. — К слову, господа Шоровы слишком часто мелькают в этой истории, даже господина Ларина они подзуживали!

Господин Рельский порывисто обернулся и схватил ее за руки.

— Успокойтесь, я не верю, что подозрения инспектора справедливы! — заверил он горячо. — Я лишь объяснил, почему он следил за вами. К тому же вы явно не имели никакого отношения к покушению на госпожу Дарлассон, в этом я мог поручиться, поскольку вы не отходили от меня ни на шаг! Но согласитесь, у полиции было достаточно оснований вас подозревать.

— Что ж, наверное, все это к лучшему, — нехотя признала госпожа Чернова, — ведь в конце концов именно это нас спасло… — она помолчала, потом спросила с вызовом: — А если я в самом деле шпионка и убийца? Вам ведь уже наверняка доложили, что моя мать родом из Муспельхейма. Ведь на госпожу Дарлассон мог напасть и Шеранн!

Мировой судья не отвел взгляд.

— Это не имеет значения, — произнес он неожиданно спокойно. — Я приложу все усилия, чтобы вас оправдали. Не беспокойтесь, о господах Шоровых я позабочусь. Обождите день-два, и они больше не станут вам досаждать.

София от удивления приоткрыла рот.

— Даже если я преступница? — переспросила она недоверчиво.

— Да, — все так же сдержанно подтвердил господин Рельский. И продолжил, как ни в чем ни бывало: — К сожалению, господин Ларин никак не мог быть убийцей Ларгуссона — как выяснилось, в ту ночь он был в кабаке со своими подчиненными и инспектором Жаровым. Заведение это неподалеку от библиотеки, потому они прибыли так споро.

— Но почему он раньше ничего не говорил об этом? — нахмурилась София.