Механический дракон - Михаил Ланцов

– Они выдвигают три тысячи бойцов, включая две сотни сарибазов[45]. Страх перед разбушевавшимся магом, вышедшим из-под какого-либо контроля, очень сильно помог склонить их на нашу сторону. Именно по этой причине они выставят двадцать своих пушек для осады Грифингара.

– Прекрасно, – удовлетворённо кивнул архонт.

Это усиление его армии было чрезвычайно серьёзным, не оставляющим Далену никакого шанса укрыться за высокими стенами Грифингара, как он, по всей видимости, надеялся.

– Орлей, поднятый матерью-хранительницей церкви Света, готовится выставить до тысячи тяжёлых кавалеристов и десять тысяч пеших бойцов разного толка. Это не считая пяти тысяч рыцарей храма.

– А магов они выставят?

– От Орлея такой информации не поступало, – снова вмешался магистр Альвар, – а вот церковь выставит без малого шесть сотен сестёр и братьев, обученных плетению.

– Прилично! Это сколько у нас будет совокупно магов? – обратился архонт к Эльгару.

– Если пренебречь уровнем и могуществом, оценивая только количество, то вместе с нами союзная армия будет насчитывать практически две тысячи магов. – Увидев, что архонт продолжает вопросительно смотреть, магистр Эльгар продолжил подводить итог: – Таким образом, наша армия будет насчитывать сорок две тысячи бойцов. Из которых две тысячи магов, две тысячи тяжёлых кавалеристов и семнадцать тысяч тяжёлой, хорошо снаряжённой пехоты. Это что касается ядра войск. Кроме того, мы будем иметь в своём распоряжении тысячу лёгких кавалеристов, семь тысяч пеших стрелков. Остальные войска – разнообразные пешие бойцы со скудным или очень скудным снаряжением.

– Недурно, – удовлетворённо покивал архонт. – Давненько империя не собирала такой армии.

– Последний раз это случилось во время восстания Андрасте, – вставил свои пять копеек магистр Сильвиус, выполняющий функцию архивариуса империи и хранителя всевозможных документов.

Услышав подобное не самое удачное сравнение, архонт задумался и минуту молчал, прищурив глаза и о чём-то сосредоточенно думая. После чего обратился к магистру Скорпени:

– А что вы молчите? – Он прямо посмотрел ему в глаза. – Вам нечего нам поведать?

– Если говорить по войскам, то у Далена нет никаких шансов. На текущий момент его армия насчитывает полтысячи бойцов. Ещё столько же при определённом желании он сможет привлечь под свои знамёна до подхода нашей армии. Да, они все неплохо снаряжены и вооружены, но преимущественно пешие. Кроме того, многие из его воинов вчерашние крестьяне, что накладывает определённый отпечаток. Как вы понимаете, тягаться им с опытными бойцами нет никакой возможности.

– Что-то вы темните… – задумчиво протянул архонт, с вызовом глядя на магистра.

– По поводу войск – всё так и есть. Если не считать важной деталью то, что в его армии порядка ста оборотней. Причём они сражаются в человеческом обличье, будучи облачёнными в тяжёлые доспехи.

– А если говорить не о войсках?

– То я скажу не таясь: там творится что-то ужасное. Настолько, что я пребываю на грани паники. Вот. Ознакомьтесь. Мне только вчера вечером эту песню передали мои разведчики.

– Песню? – удивлённо, но с сильным оттенком пренебрежения спросил архонт. Впрочем, листок, который оперативно лёг на стол перед ним, он прочёл, не воротя нос. Прочёл и, как говорится, завис. Лишь спустя несколько минут, реагируя на встревоженные голоса магистров, «вернулся на землю» и процедил сквозь зубы: – Это ещё что за мерзость? Кто посмел такую вещь написать?

– Дален Амелл, – не моргнув ответил магистр Скорпени. – Последние месяцы над Лотерингом держится какое-то блокирующее заклинание. Оно не позволяет проникать в сознание простых смертных сноходцам. Поэтому приходится пользоваться обычными шпионами, что не так-то просто. Но в конечном счёте нам это удалось. И… – Он сделал паузу. – И мне кажется, что командор сошёл с ума.

– Да уж, не удивлюсь. Здоровый человек такого не напишет. А что люди? Они-то хоть понимают, что подобные слова – сплошной вздор?

– Нет, ваша милость. – Магистр потупил взор.

– Как это «нет»? Почему?

– Не могу знать, ваша милость. По сведениям нашего разведчика – одного из десяти, кстати, остальные перешли на сторону командора или погибли, – ситуация там очень сложная. Поначалу все в Лотеринге находились в натуральном шоке. Люди не могли поверить своим ушам. Барон, командор серых стражей, самолично призывал к полномасштабному крестьянскому восстанию. Вы понимаете? Да никогда ещё такого не было. Но потом потихоньку к ним стало приходить что-то вроде заинтересованности. Они стали обсуждать эти вопросы на улицах, дома, на рынке… В общем, загорелись. И как-то само собой втянулись. Сейчас всё население Лотеринга разделяет взгляды, описанные в песне. Полностью. Мало того, оно воодушевлено настолько, что не страшится нашей армии, примерную численность которой знает. Уже знает.

– Это плохо. Вы меня понимаете? Это очень плохо, – сказал архонт, сделав акцент на слове «плохо». – Каким образом он смог получить эти сведения? Он что, провидец? Да и как вообще понимать эту его выходку?

– Ваша милость, – снова встал магистр Эльгар, – количество войск, которые мы сможем собрать, сможет предположить любой, хоть немного интересующийся военным делом и политикой. Не с точностью до бойца, конечно.

– Спасибо, успокоили, – скривился архонт. – А что делать с этим? – Он кивнул на листок пергамента, исписанный чьим-то аккуратным почерком.

– Надеяться, что эта чума не вырвется за пределы Ферелдена, – ответил с места магистр Альвар. – И действовать быстрее, пока командор не догадается послать своих эмиссаров во все концы Тедаса.

– А вы прочли песню? – подозрительно прищурившись, спросил архонт.

– Нет, мне её содержание пересказал перед совещанием любезный Скорпени.

– И что хочет, по вашему мнению, добиться командор этим ужасом?

– Если отбросить версию о повреждении рассудка, то самым очевидным является его стремление поднять масштабное восстание.

Все замолчали, переваривая сказанное Альваром. Однако имперский архивариус магистр Сильвиус нарушил тишину:

– История повторяется.

– Что? – переспросил слегка растерянный архонт.

– Я говорю, что история повторяется. Могущественный маг поднимает восстание.

– Вы имеете в виду Андрасте? – поражённый собственным предположением, спросил Альвар.

– Да. Только с поправкой: восстание намного обширнее и опаснее, а самого мага не берёт жезл могущества. Впрочем, мы, так же как и в случае с Андрасте, не знали, откуда он пришёл и чего хочет. Тёмные игроки, идущие к какой-то только им известной цели.

– Добавлю в копилку этой версии тот факт, что Андрасте использовала непривычные для нас магические плетения, – задумчиво прокомментировал сказанное Сильвиусом магистр Отгард. – И, как заметил уважаемый Сильвиус, наше незнание плетений в настоящем случае много значительнее, чем в случае с Андрасте.