Заблудший ангел - Хавьер Сьерра

— Говоришь, он сбежал на вертолете? Ты уверен?

Муньис подал кофе с печеньем, сервировав угощение в безупречном порядке на столе в гостиной. Он сидел напротив инспектора, в домашней одежде, но с неизменной бабочкой и тщательно выбритой лысиной, и ошеломленно смотрел на полицейского.

— Я видел это собственными глазами, Марсело. Происходит что-то очень серьезное.

Фигейрас выглядел ужасно. Рядом с безукоризненным Муньисом он смотрелся бродягой. Очкам оказалось не под силу скрыть следы бессонной ночи. Губы инспектора обветрились, рубашка измялась, а немытые волосы стояли дыбом.

— Ладно… Может, я смогу тебе помочь, — произнес ювелир, протягивая ему чашку. Муньис пригубил кофе, стараясь скрыть широкую, от уха до уха, улыбку. — Я знаю, почему ввезенные Фаберами камни имеют такую ценность.

Инспектор оторвался от напитка и выжидательно на него посмотрел:

— Давай, не томи!

— Первый шаг подсказал мне ты, упомянув про таможенную декларацию. Помнишь? Оттуда я и начал. Я поискал в Интернете и обнаружил нечто странное. Эти камни, друг мой, имеют внеземное происхождение.

— Да ладно тебе!

— Антонио, я не шучу, — ответил Муньис крайне серьезно. Его озорной тон вмиг испарился. — Я проследил их историю по регистрационному номеру и, кажется, наткнулся на что-то. Еще до того, как Фаберы ввезли их в Испанию, эти камни побывали в минералогической исследовательской лаборатории Британского музея. Официальное заключение отсутствует. Жаль. Но в базе данных музея мне удалось найти дату поступления и дату возвращения камней владельцам, а также еще одну весьма необычную деталь.

— Давай, Марсело… Я не могу сидеть тут целый день.

Муньис поправил галстук-бабочку и расплылся в улыбке:

— В журнале владельцем камней, передавшим их в Британский музей, значится не Мартин Фабер, а некая фирма под названием «The Betilium Company ТВС». Слышал о такой?

Фигейрас, не в силах побороть навалившуюся дремоту, отрицательно покачал головой.

— Я обыскал всю Сеть в поисках данных о ней, но ничего не нашел. Это фирма-призрак. Однако, когда я уже готов был сдаться, мне в голову пришла одна мысль…

— Какая?

Хотя Муньис и слыл гением информационных технологий, его многословные объяснения уже начинали превосходить границы терпения инспектора.

— Вчера я пытался обнаружить это название на наиболее посещаемых сайтах покупки антиквариата. Но ничего не нашел. Однако в списках VIP-клиентов, приобретающих старинные книги на знаменитых аукционах, — бинго! — я напал на след.

— Какой след? — нетерпеливо повторил Фигейрас.

— Этой фирмы. «ТВС» уже давно покупает через Интернет редкие книги. Очень дорогие. Связанные с магией, астрологией, апокрифическими Евангелиями и прочими подобными вещами. Последнее их приобретение — это «Monas Hieroglyphica»,[23]латинский текст, опубликованный в тысяча пятьсот шестьдесят четвертом году в Голландии неким Иоаннесом Ди, Londinensis.

— И ты знаешь, о чем там речь?

— А это как раз самое интересное! Это трактат о значении одного символа, который, если верить автору при надлежащем использовании способен обеспечить владельцу контроль над вселенной. Ди утверждает, будто этот рисунок содержит элементарные принципы сотворения всего сущего. Некий мастер-ключ, делающий своего хозяина властителем над природой. Одним словом, Богом.

— Символ? — Муньис был уже вторым человеком за сегодняшнюю ночь, твердящим ему о символах.

— Ну да. Хочешь взглянуть? Вот он.

Фигейрас вытащил из кармана маленький блокнот и скопировал знак более или менее похоже. Он не произвел на инспектора особого впечатления.

— Это тебе о чем-нибудь говорит?

— Да нет.

— У меня есть еще информация, которая тебе понравится, Антонио, — продолжал ювелир. — Этот Ди прославился своим умением делать предсказания при помощи магических камней во времена королевы Елизаветы, именно в ту эпоху, когда, судя по инвентарным данным, появились камни Фаберов. Камни Джона Ди были весьма странными, в некотором смысле служили оракулом. Их использовали для того, чтобы заглядывать в будущее, беседовать с духами и тому подобное… И большинство из них представляли собой осколки метеорита. Поэтому я и говорю об их внеземном происхождении. Так что, если тебя интересует мое мнение, — добавил он возбужденно, — я считаю, что именно их Фаберы привезли с собой в Испанию, когда решили сменить место жительства.

— Ты уверен?

Марсело убрал со стола чашки и печенье и выложил перед инспектором фотокопии, казалось сделанные со старинной книги. Текст был написан по-латыни. Фигейрасу уже при одном взгляде на него стало дурно.

— Ты только посмотри. Это страницы «Monas Hieroglyphica», — провозгласил Муньис взволнованно. — Один приятель из Лос-Анджелеса отсканировал их для меня и переслал по электронной почте. Гляди. Вот сюда. Это предисловие к книге, адресованное императору Максимилиану Габсбургскому, страстному поклоннику науки и магии. Ди объясняет, что его символ — это своего рода математический ключ, чтобы вступать в контакт с небесами. Туманным и цветистым языком автор сообщает, что человек, овладевший знаками древнего забытого языка и вместе с тем имеющий «камни Адама», образчик божественной материи, обретет способность обращаться к Богу и беседовать с Ним.

— Камни Адама? Это еще что за фигня?

— Камни Адама. Адаманты. Их называют по-разному, Антонио, но при этом все сходятся в том, что это минералы, полученные из рая. Иными словами, камни, упавшие на Землю и почитаемые как священные реликвии, при помощи которых можно видеть далекие предметы и события, как в телевизоре… Как правило, речь идет о некоем виде метеоритов, и они приводились в действие соответствующим магическим ритуалом. Вот смотри. — Он снова перебрал бумаги и придвинул к инспектору один из листов. — Здесь сказано очень четко: тот, кто ими владеет, «aeream omnem et igneam regionem explorabit», то есть сможет постичь стихию воздуха и огня.

Фигейрас, водя указательным пальцем по тексту, пытался отыскать эти слова.

— И обрати внимание, что написано прямо перед этой фразой, — сопел Муньис за его спиной. — Три размытые буквы еврейского алфавита непосредственно перед словом «lapide», камень.

— Я не знаю иврит, — запротестовал инспектор.

— Это алеф, далет и мем.