Пробуждение Земли - Франциска Вудворт

И совесть меня ни капельки не мучила.

После ужина я сразу поднялась к себе, сославшись на головную боль. Упала на кровать, но даже заплакать сил не было. В душе все подернулось коркой льда. Наивная! Думала, что мама ради меня такое красивое платье к балу прикупила, а они дочь как куклу наряжают, чтобы продемонстрировать жениху.

Если бы не встреча с Адрианом, я бы сегодня же в школу вернулась. Кстати, о нем. Достала дневник и открыла. Сообщений не было, от чего настроение упало еще ниже.

«Привет! – написала я. – Я дома. Мы можем встретиться завтра днем на площади городской управы?»

– Бет? Ты как? – В комнату зашла мама, и я быстро закрыла переписку.

А ей что еще надо? Пришла уговаривать, чтобы не злила папу?

– Что ты пишешь? – спросила она, подходя к кровати и присаживаясь на край. Йор была более бесцеремонной и запрыгнула на кровать, растянувшись в ногах.

– Ничего. Хотела составить список, что завтра купить, когда буду в городе.

– Зачем? Мы после вместе проедем по магазинам и купим все необходимое.

Я молчала, не став говорить о том, что если откажусь идти на бал, меня папа в школу вернет. Поэтому планировала сама вернуться туда с гордо поднятой головой.

Мама пододвинула к себе дневник, провела рукой по обложке и рассеянно пролистала его.

– Не обижайся на папу, – осторожно подбирая слова, произнесла она. – Он тяжело отказывается от принятых решений. Ты же знаешь его, всегда привык доводить все до конца.

– Даже если это сделает меня несчастной?

– Мы не враги тебе и думаем о том, как лучше устроить твою судьбу. Иногда решения родителей кажутся неправильными, но мы судим с высоты своего опыта.

– Я не выйду за Гловера, – твердо произнесла я.

– Это не повод отказываться от бала.

Я вскинула на нее взгляд, а она улыбнулась:

– Ты даже сама не замечаешь, как похожа на отца. Когда он с чем-то не согласен, у него появляется такая же складка между бровей и он поджимает губы. Поэтому говорю – не горячись.

Мама встала, разглаживая складки на платье.

– Я соскучилась и не хочу еще раз так надолго с тобой расставаться. Надеюсь, ты уже достаточно взрослая, чтобы быть благоразумной. Отдыхай и подумай над моими словами.

Она пошла к двери, а Йор недоуменно подняла голову, говоря всем своим видом: «Что, и это все? Мы точно уходим?»

Мама кивнула ей, и Йор нехотя поднялась.

– Бет, помни о благоразумии, – попросила она, остановившись. – Я не спрашиваю тебя, почему в блокноте с чистыми страницами такие потрепанные края.

Ошарашив меня последней фразой, она вышла из комнаты.

Первой моей реакцией было прижать к себе самую дорогую на данный момент вещь, единственную ниточку с Адрианом, которая помогла мне пережить время заточения в школе. Затем постаралась унять бешеный стук сердца. Лишь через несколько минут осознала, что обложка потеплела.

Быстро заглянула внутрь, чтобы прочитать:

«Водница, а у тебя не будет из-за этого проблем?»

Мне стало обидно.

«Ты не рад?»

«Еще как рад! Только не хочу, чтобы из-за меня тебя опять заперли. Ты на бал собираешься?»

«Нет».

«Как же так? Тебя до сих пор не простили?»

«Это я их не простила».

«Тогда завтра мы обязательно потанцуем! Когда встречаемся?»

«Я напишу. Днем. Ты сможешь?»

«Даже если Заррек объявится, я все равно что-нибудь придумаю».

Последняя фраза заставила меня улыбнуться, и рука сама вывела признание:

«Я соскучилась!»

«Ты даже не представляешь, насколько сильно я соскучился», – тут же пришел ответ.

В эту ночь я засыпала с улыбкой, найдя мир сама с собой. Зачем мне бал? Погулять по городу вдвоем с Адрианом намного приятнее, чем официальная встреча во дворце. Раньше я мечтала об этом бале, но сейчас поняла, что намного важнее совсем другие вещи. Навязывание помолвки показало, что мне дороже личная свобода, возможность поступать так, как хочется самой. И я собиралась отстаивать это свое право. Оставалось совсем немного потерпеть до получения волшана, и тогда все наладится и с магией.

* * *

С самого утра я послала в школу записку Хелен, с предложением прогуляться по городу. Мама даже расщедрилась и предложила прислать за ней карету, чтобы привезти к нам. А может, просто хотела быть уверена, что я встречаюсь именно с подругой.

Все прошло без сучка и задоринки. Хелен приехала, познакомилась с мамой, папа еще с утра отбыл по делам, и мы уехали в город. Карету отпустили у кондитерской, сказав, что вначале немного там посидим, а потом прогуляемся по магазинам, не надо нас ждать. Кучер сказал, что приедет за мной на площадь через четыре часа.

– Рассказывай! Где встречаетесь? – сразу же задала она вопрос, стоило нам сесть за столик.

– С кем?

– Вот со мной-то разыгрывать непонимание не надо! А то я не догадываюсь, с кем ты вечерами общаешься. Через сколько встречаетесь?

Я смутилась, но оценила ее тактичность. Ведь она не лезла ко мне с вопросами. Поэтому не стала отпираться:

– Хватит времени выпить чай. И позволь угостить тебя пирожным.

– Лиз, меня подкупать не надо, я и так за тебя.

– Это не подкуп, а благодарность за то, что у меня такая подруга, – улыбнулась я и пошла делать заказ.

Расплатившись, вернулась за столик, а Хелен произнесла:

– Значит, так. У меня в городе есть дела. Встречаемся на площади через четыре часа. Я подойду.

– Хелен, мне неудобно заставлять тебя ждать.

– Ничего страшного. Неужели ты думаешь, твоим родителям не доложат, одна ты возвращалась или нет?

В ее словах был резон, и мне оставалось лишь еще раз ее поблагодарить.

У дверей кондитерской мы с Хелен расстались и разошлись в разные стороны. Я неторопливо шла по улицам, рассматривая украшенные витрины. До площади идти минут десять, а до встречи времени было еще с избытком. Любопытно было наблюдать за прохожими. На улицах много людей, гораздо больше, чем обычно, чаще звучал смех. Выбирали подарки, прогуливались, и почти у всех в глазах предвкушение праздника.

Я с ностальгией вспомнила Клейрон. Зимой мы сбегали на озеро, там всегда толпилось много ребятни, стоял визг, смех. Общей гурьбой спускались с берега на санках или просто на плоской доске, к которой привязывали веревку. Приходили домой все в снегу, с мокрыми ногами, но счастливые до безумия. Многое бы отдала, чтобы вернуться в те беззаботные дни…