Грозовой фронт - Евгения Александрова

Раны на руках ему обработала ещё вчера одна из девушек-дарханов, и теперь он разглядывал ладони, не замечая ни малейших следов ссадин. Только в голове по-прежнему звенела пустота. Алекс даже не услышал, как подошёл Варий и опустился рядом с ним.

— Чувствуешь? — он коснулся его плечом. — В этом месте лучше всего ощущаешь магию.

— Поэтому ты сбежал сюда?

— Поэтому я нужен здесь именно сейчас, — размеренно отозвался Варий и вдруг спросил: — Ты хоть немного спал этой ночью?

Алекс сам бы хотел это знать. Спал ли он, заботливо устроенный на теплом матрасе в одном из домов, или беспрерывно бредил, снова и снова видя всех погибших на корабле. Точно они приходили к нему — мёртвые, увечные, сгоревшие в демоническом огне. Истлевшие, они на глазах рассыпались в прах, но до последнего держали в руках клинки, готовые сражаться за него…

Неужели Варий думает, это так просто: перестать думать и жить дальше, говорить, учиться или что ещё он от него ждет?

Не хотелось ничего говорить. Светало. Медленно занимался рассвет в горах, словно ушедшая за горизонт луна утянула ночную темноту, и теперь небесный отлив обнажает высокие каменные склоны.

Тропа внизу, усыпанная щебнем и отороченная засохшими ветвями, вела к храму, врезанному в скалы так, будто сама природа вылепила его продолжением горы. Вчерашний туман рассеялся, уступив холодному ветру, и теперь монастырь поражал своим размахом. Он раскинулся ввысь и спускался ступенями до укрытого глубокой тенью ущелья. Казалось, Алекс не видел и десятой его части, когда добрался сюда вчера. Теперь не вызывало сомнений, что возвели его действительно маги — только им под силу было устроить нечто подобное.

— Это — только остатки священного города Сеттеръянг, лежавшего прежде в этой долине, — заговорил Варий, чуть сощурив левый глаз и глядя на восходящее солнце. — Когда-то это был тайный город Ордена, место паломничества и посвящения всех дарханов и хранилище священных книг.

— Сеттеръянг, — медленно повторил Алекс и перевел с даори: — Место богов?

Варий кивнул и вытянул чуть вперёд ногу.

— Есть легенда, согласно которой Теоген, путешествуя по Итену, заночевал в пещере на одной из гор. И именно здесь на него снизошло то видение, после которого он записал слова Четырёх в первой книге. Позже её прозвали Кетури.

— Да, знаю. Когда-то я искал её следы или копии текстов. Кое-что нашёл…

— Долго же тебя мотало, — рассмеялся вдруг Варий, — а ведь оно всегда было рядом с тобой. Это место остальные маги посчитали святым и основали храм. Вон там, далеко, — мотнул он головой в сторону самой гигантской горы в паре миль отсюда, но сейчас там не узнать было и очертаний какого-то строения. — Но со временем здания начали разрушаться, а земля, на которой трудились монахи, давала скупые всходы. И тогда они обратились с молитвами к Четырём, попросили указать им более благодатное место для возведения храма. Они выпустили четырех журавлей, которые начали кружить над этим самым местом.

Послышался долгий звон гонга, не такой оглушительный, как в церквях Покровителя, а пробирающий. Будто он сливается воедино с окружающим миром и вплетается в звуки вокруг, тихо вибрирует где-то в районе живота и горла.

— Начинается утренняя практика. Думаю, тебе самое время побыть с нами сейчас, — Варий поднялся. — Просто останься и прислушайся. И что-нибудь, да поймёшь. Тебе надо очистить свой разум.

Очистить разум, ну надо же…

Такие же Посвящаемые, как Алекс, поднялись на склон. Вчерашняя девчонка Дария даже улыбнулась Алексу с хитрым видом, зная о странном чужаке чуть больше других.

Он же остался сидеть на краю каменных ступеней, толком не понимая, что от него хотят. Что именно за утренняя практика и нужна ли она ему. Послушники закрыли глаза и воцарилась тишина. Все уселись, сложив ноги крест-накрест, и повернувшись в одну сторону. Ещё досадуя на уклончивость Вария и то, как бессмысленно уходит время, Алекс продолжал сидеть, положив руки на согнутые в коленя ноги, и ждал неведомо чего.

Спустя время кто-то из учеников переливчато запел. Голос зазвучал размеренно и звонко. Это были слова на даори, слова молитвы Четырём, сакральные имена богов. Теанас — так называли подобные напевы. Что-то о них он читал в книге, и что-то похожее само срывалось с губ, когда магия обретала над ним контроль, щекотала кончики пальцев, горела в груди. Но сейчас все чувства молчали, только по-прежнему кружилась голова.

Шли минуты, сплетались юные голоса и звучали всё сильнее. Алекс, поначалу скептически хмурившийся, в какой-то момент ощутил, что слова постепенно начали сливаться с мелодией восходящего солнца, криками птиц и шёпотом ветра. Словно и эти напевы были созданы природой в миг своего творения.

Но спустя некоторое время пение кончилось. Наступившая тишина так же гармонично легла в русло этого утра, в котором солнце уже поднялось по небосклону и нагрело землю. Однако все продолжали сидеть ровно в тех же позах, что и час назад. Алекс встряхнулся и тоскливо оглянулся: Вария не видать.

Что он хочет от него? Чтобы Алекс тоже сидел и повторял молитвы, пытаясь ни о чем не думать? Ни о прошлом, ни о будущем. Алекс медленно вдохнул и так же медленно выдохнул. И ещё. Пересел так же, как сидели ученики, и вслушался в тишину.

Тишина молчала.

Прошёл, наверное, ещё час. Затекли ноги, болела поясница и спина, но Алекс не мог остановить разум, и перед внутренним взором раз за разом вставал «Ясный», его рваные паруса на ветру. Его обломки, что выкинуло на берег. Джейна под деревом, и тот же ветер треплет её рубаху, а она смотрит на Алекса и молчит, словно не может говорить. Что она хотела ему сказать?

Но слава богам, ей хватило разума остаться там. Иначе и она являлась бы сейчас истлевшим призраком… Нет! Ну хватит же!

Алекс открыл глаза. Спихнул с земли камень, отбросил с досадой прочь. Хватит! Чем дольше он сидит здесь, тем больше теряет время! Он не способен на это бесцельное обучение — не сейчас.

Он нашёл Вария внизу, в одном из домов-мастерских. Мастер сидел за гончарным кругом и осторожно обводил пальцами верхний край глубокой миски.

Алекс остановился в дверях и опёрся о косяк, сложив руки на груди. Варий будто и не заметил его присутствия, но когда Алекс заговорил, даже не вздрогнул.

— Смотрю, ты здесь на все руки мастер.

— У меня много талантов, — с лёгкой улыбкой в голосе отозвался Варий, чуть обернувшись.

— Тогда, может, ты поможешь разобраться с моим даром и, — Алекс повёл плечом с татуировкой, — этим, м?

Варий устало повернулся и вытер руки, испачканные в густой красной глине, о фартук.

— Зачем ты пришёл сюда?

Зачем он здесь? Может, чтобы перестать наконец бегать от самого себя? Алекс горько усмехнулся. Он продолжал что-то делать, ходил, улыбался, но сам себе казался мертвецом в прозрачном и слишком ломком мире.