Эффект Икара - Джеймс Сваллоу

— Я никогда не заставлял людей идти на риск, на который не пошел бы сам! — крикнул Саксон в ответ.

— Верно, — согласился Намир. — И это твоя ошибка. Ты оказался не нужен своей семье. Родителям, народу, армии, работодателю… И все же ты отказался признать жестокую правду. Ты был ослеплен своими надеждами. — Он улыбнулся. — Я помог тебе расстаться с ними. Я разорвал эти оковы, потому что думал, что это сделает тебя сильнее.

— Фальшивые разведданные… Ты заменил настоящие подделкой! — Саксон напрягся. Ему хотелось нанести удар, но прежде он должен был понять масштабы предательства. — Как?

— У нас есть свои люди в корпорации "Беллтауэр". Это было нетрудно. — Командир вздохнул. — Твои подчиненные… они мешали тебе. Ими необходимо было пожертвовать. Это было испытание. Если бы ты погиб там, в пустыне, рядом с ними, это означало бы, что тебе нет места среди нас. Но ты вышел оттуда живым — один…

— Я пытался спасти их! — выкрикнул Саксон. — Дуарте… Я мог спасти ему жизнь!

— Он был отработанным материалом, — возразил Намир. — Как и все остальные. Я отдал Хардести приказ заменить данные по "Кукушке", потому что мне нужно было кое-что. Я должен был знать, есть ли в тебе воля к жизни, Бен. Хватит ли у тебя смелости выжить.

Саксон заговорил ниромко, жестким тоном:

— Ты проклятый безжалостный ублюдок…

Рука его скользнула в карман, где лежал "Баззкилл", но разряд электрошокера был равносилен комариному укусу для командира Тиранов, остатки человеческого тела которого скрывала мощная подкожная броня.

— Комплекс вины выжившего. И инстинкт, повелевающий тебе быть преданным человеку, спасшему тебе жизнь. — Намир продолжал изучать его. — Согласно психологической характеристике, это все, что мне было нужно, чтобы контролировать тебя. Но такие вещи плохо поддаются анализу. Человеческая психика — сложная штука. Иногда люди ведут себя как предсказуемые двуногие животные, а иногда — нет. — Он нахмурился. — Мне не нужно спрашивать, что ты выбираешь. Я вижу ответ в твоих глазах. Ты не можешь отгородиться от прошлого. Хардести был прав. У тебя этого нет — ты не способен на хладнокровное убийство.

— С радостью докажу тебе, что ты ошибаешься. — Саксон, моргнув, сменил режим оптики, готовясь к схватке.

Намир выхватил из ножен, висевших на поясе, боевой нож зловещего вида.

— Собираешься со мной драться, да? — спросил он. — По крайней мере, покажешь, на что ты способен. Может быть, я не напрасно в тебя поверил.

Саксон вытащил электрошокер и большим пальцем снял предохранитель. Намир рассмеялся.

— Вот это ты зря, — предупредил он.

Саксон встретился с ним взглядом:

— Я не собираюсь в тебя стрелять.

Запустив ускоритель рефлексов, он вскинул оружие и дважды выстрелил в блестящий главный монитор. Удар о поверхность дротиков — толстых цилиндров размером с ружейный патрон — вызвал мощный электрический разряд, во все стороны полетели искры, пошел едкий дым. Сработали предохранители, и комната погрузилась во тьму, но Саксон был к этому готов — он заранее переключился на ночное видение.

Намир мгновенно отреагировал смертоносным выпадом, и Саксон едва успел уклониться от лезвия, просвистевшего на волосок от его лица.

Дым от горящего пластика достиг противопожарных сенсоров, взвыли сирены, и с потолка посыпался порошок, замедляющий горение. Саксон схватил монитор, отодрал его от стола вместе с пучком кабелей и ударил Намира по голове с такой силой, что пластиковая панель разлетелась на кусочки, а командир Тиранов зашатался.

Бен воспользовался замешательством противника и, одним прыжком оказавшись у двери, выбежал в коридор. На бегу Бен ощутил знакомый зуд в челюстной кости, и из его височного импланта раздался крик Намира.

"Внимание! Всем отключить сигнализацию! — рычал он. — Серый — предатель. Перехватить и уничтожить!"

Дандолк, Мэриленд, США

— Здравствуй, — произнес голос, очищенный от всяких признаков живой человеческой речи. — Рад видеть тебя целой и невредимой.

Анна взглянула на экран, установленный в армейской палатке, затем перевела взгляд на Лебедева, стоявшего у входа и наблюдавшего за ее реакцией.

— Что это? Очередные игры?

— Некоторые люди, сотрудничающие с нами, предпочитают сохранять инкогнито, — объяснил тот. — Верно, Янус?

— Боюсь, что так, Хуан, — ответил голос. — Если я назову вам свое имя, это поставит под удар не только меня и "Джаггернаут", но и вашу безопасность.

Анна скрестила руки на груди и пристально вгля— — делась в туманные очертания человеческого лица на экране.

— После всей этой болтовни о заговорах и доверии вы вдруг вспомнили о принципе необходимого знания? — Она покачала головой. — Я вам вот что скажу: чем меньше вы доверяете человеку, тем меньше он доверяет вам. Ты можешь быть кем угодно. Откуда мне знать: может, ты работаешь на Тиранов или… их хозяев.

— Не можешь заставить себя произнести это слово, верно? — Цифровая тень на экране слегка шевельнулась. — Иллюминаты. Древнее слово, имеющее множество противоречивых значений. Ты не хочешь в это поверить. Твоя реакция понятна.

— Наш коллега уже давно с ними борется, — пояснил Лебедев.

— И как получилось, что ты ввязался во все это? — спросила Анна. — Каковы твои мотивы? Развлекаешься, как Ди-Бар, или сражаешься ради всеобщего блага, как он? — Она кивнула в сторону Лебедева.

— Ни то ни другое, — последовал ответ, и Анне показалось, что в искусственном голосе промелькнула тень грусти. — Я сам нашел "Джаггернаут" и начал с ними сотрудничать. Я делаю это по той же причине, что и ты, Анна. Тираны убили дорогого мне человека.

Звучало это правдоподобно, однако разгадать выражение лица или тон призрачного хакера было невозможно, и Келсо подумала, что вполне могла ошибиться.

— Доверие в наши дни — редкий товар. Однако его можно накопить, лишь раздавая другим. Какая горькая ирония, особенно в нашей ситуации. — Последовала пауза. — У тебя есть вопросы. Я отвечу на них, если смогу.

Анна нахмурилась:

— Это… голосование… В ООН. Вы говорите, что все убийства были совершены с целью получить определенный результат?

— Да. — Экран на миг погас, и перед Анной возникла карта мира. Пока Янус говорил, на ней загорались красные точки и небольшие окна; в окнах мелькали свидетельства о смерти, сообщения о несчастных случаях, видео с камер наблюдения и прочая информация. — Перед тобой объекты Тиранов. Сотни людей, каждый из которых в той или иной степени обладал влиянием и мог так или иначе воздействовать на результаты предстоящего голосования.

На карте возникло множество линий, соединявших точки; образовавшаяся сеть демонстрировала роль в обществе тех людей, которым была уготована смерть. Это напомнило Анне камень, брошенный в озеро, от которого во все стороны расходятся волны; только в этом случае движением волн кто-то управлял, контролировал его — и во многих случаях останавливал.