Мой потусторонний сон - Ханна Хаимович

Шессхара она увидела почти сразу. Точнее, распорядителя, потому что от привычного Шессхара, в компании которого она вела расследование и пережила головокружительное приключение, в нем осталось мало.

В преддверии императорской свадьбы ко двору потянулся ручеек дебютанток. Новеньких на этом балу оказалось много. Распорядитель снова проявлял чудеса вездесущести, умудряясь поприветствовать каждую при входе, сказать несколько ободряющих слов и при этом не бегать и не суетиться. Пожалуй, ободрять было зачем. Черно-золотое убранство смотрелось величественно, но зловеще. Оно давило, будило недобрые предчувствия. Илиана вспомнила, что он говорил о провокации. И о том, что собирается привлечь внимание к мнимой смерти Кэрилены. Кажется, становилось ясно, как именно он намерен это делать.

О бегающих по дворцу предметах она решила пока не говорить. Все равно на охоту сейчас никто не пойдет.

Тут распорядитель повернул голову, все еще держа под руку какую-то дебютантку, и смерил Илиану долгим пристальным взглядом.

Расстояние было слишком велико, чтобы рассмотреть выражение глаз в прорезях маски, а сама маска улыбалась неподвижной улыбкой. Но по спине все равно побежали мурашки. На миг Илиане почудилось, что в зале больше никого нет. Только она, распорядитель и что-то неживое, но разумное, недоброе и настороженное, затаившееся в темных углах.

Она отогнала видение и приветственно кивнула. Рядом зашушукались подруги Церессы. Распорядитель отвернулся, а Илиана поспешила отхлебнуть из бокала большой глоток, чтобы совладать с разгулявшимся воображением.

Настроение тут же поползло вверх. Даже не поползло, а взлетело, почти как… да как под тем фонтаном настроения, который она видела в первый день! Только фонтан отгонял тревоги и заставлял смотреть на жизнь проще, а этот коктейль, похоже, состоял из чистой радости. Смерть бесова, нужно же хоть предупреждать!

Смеха, возгласов и разговоров в зале становилось больше. Придворные тоже успели отведать радостной отравы в бокалах. Илиана задумалась, из чего же тогда состоят черные напитки. Из грусти? Горечи? И каким должно быть их сочетание в полосатых коктейлях…

Ее взгляд упал на герцога Нереваса. Тот снова щеголял в бесполой широкой одежде насыщенно-зеленого цвета, а в руке сжимал бокал с черным напитком. На лице поселилась скорбь и какая-то странная задумчивость.

Илиане стало жаль смотреть на него. Она схватила с подноса у слуги золотистый напиток, сунула в руку Неревасу и ушла прежде, чем тот отреагировал.

— Добрый вечер, — спокойно и отчетливо произнес голос распорядителя. — Рад приветствовать вас всех в полном здравии, дамы и господа, верноподданные Его Величества. Сегодня Его Величеству как никогда нужна ваша поддержка…

Что он несет? Собирается в лоб заявить «давайте утешим императора, который потерял любовницу»?

— …ведь грядет один из самых торжественных дней в его жизни, — невозмутимо и с едва заметной насмешкой продолжал распорядитель. — Настоящих торжеств так мало — рождение, свадьба, появление детей, смерть… вот и все. Вы ропщете? Вы не согласны, что смерть — это тоже торжество? Какая жалость, ведь наш сегодняшний вечер посвящен в том числе и ей… Его Величество идет, дамы и господа. Помните, что его праздник — это наш праздник. Внимание — Его величество Властитель жизни и смерти, император Акоскатской империи Астазар Первый и ее высочество инфанта Мерита княгиня Мерит-Ман!

Отголоски объявления взлетели к потолку и рассыпались, разбившись о грани люстр-подсвечников. Черно-золотые свечи полыхнули ярче. Зал запоздало встрепенулся, когда император об руку с невестой уже шагнул внутрь. Дамы приседали в реверансах, мужчины кланялись.

Илиана снова ждала появления Акри, но в этот раз обошлось без нее. Распорядитель объявил первый танец, и первыми по глянцевому паркету заскользили император и княгиня Мерит-Ман. Никаких скандалов. Никаких провокаций… За ними последовал распорядитель с одной из дебютанток. Гомон постепенно успокаивался, зал заполнялся танцующими парами.

— Лэйе свободна? — раздался рядом знакомый голос.

Илиана подпрыгнула на месте и мгновенно забыла обо всех недобрых подозрениях. Возле нее стоял и мягко улыбался лэй Меллер. В светло-сером, почти белом немного старомодном костюме, в своих привычных очках и с выражением благожелательной безмятежности на лице.

— Как вы здесь оказались? — спросила она, подавая преподавателю руки. Тот сделал первое па. Танцевал он так же выверенно и чуть старомодно, как и одевался.

— Обижаете, — мелко рассмеялся он. — По-вашему, меня нельзя пускать во дворец? На самом деле у меня есть здесь один старый знакомый. Когда я получил вашу… м-м… очень оригинальную телеграмму, то решил, что дело действительно серьезное. Долго не мог вырваться. Но потом сказался в академии больным и напросился к знакомому в гости. Скоро свадьба Его Величества, никого не удивляют желающие на нее посмотреть. Как сказал Лин Май, один раз удачно посмотреть — все равно что два раза неудачно жениться, да…

Илиана рассмеялась. В центре зала свет был ярче, чем у стен, и ей показалось, что лэй Меллер немного постарел с тех пор, как она с ним виделась. Хотя прошло совсем мало времени. Может, померещилось.

— Дело и правда серьезное. Хотя К… кое-кто считает, что оно обыденное. Все началось с живой вазы…

И Илиана принялась взахлеб рассказывать. Музыка переливалась аккордами, задавая умеренный темп. Порой даже собственные слова тонули в мелодии, но лэй Меллер умел отлично слышать, если хотел. И он внимательно слушал, нацепив на лицо светскую улыбку.

— И вот после бала мой помощник хочет поймать Аттэма Олера и изучить память тела. Может, получится выяснить, что они затевают с Ферреном, — Илиана специально не говорила, кто ей помогает. Упомянула лишь, что он Потусторонний. Возможно, и не стоило разводить тайны на пустом месте, но то, что Шессхар был замешан в личных делах императора, ограничивало. Как бы Илиана ни доверяла лэю Меллеру, но об императоре заговаривать не стоило, если бы преподаватель сам не сказал, что все знает. А от раскрытия личности «помощника» до правды об императоре было рукой подать. Она и так изо всех сил старалась не сболтнуть лишнего. Так сильно, что сама замечала, каким урезанным и непонятным получается рассказ.

— Темните, лэйе Кэрсен, — преподаватель тоже это заметил. Его дружелюбная улыбка померкла. — Успели выяснить что-то, чего не полагается знать даже мне? Что ж, не буду настаивать. Давайте сделаем так: спросите у своего помощника, могу ли я с ним поговорить, и если да — познакомьте нас. Я задержусь здесь до самой свадебной церемонии Его Величества.

Интересно, до церемонии — это насколько? Точная дата свадьбы еще согласовывалась между герцогами и князьями Мерит. Хотя и те и другие не собирались долго тянуть… Да, пожалуй, лэй Меллер предлагал самое безопасное решение.

— На чьей вы стороне? — спросила Илиана. — Точно не на стороне Феррена. Тогда чего хочет ваша партия? И кто в ней состоит?

— Сколько вопросов, — усмехнулся лэй Меллер. Танец заканчивался. Наступило подходящее время, чтобы еще немного спокойно поговорить, потягивая коктейли. — Скажем так: моя партия считает, что Тайная канцелярия — не место для реализации личных амбиций. А Феррен пытается сделать именно это. Вернуть былое могущество магов из Тайной канцелярии и возвыситься. Да, лэйе Кэрсен, вы этого не говорили. Но вы рассказали кое-что, благодаря чему я лучше понял, чего он добивается. Это гибельный путь.