Время войны - Станислав Сергеев

— Кристина, ты можешь меня связать с кем-то из кураторов, но лучше, конечно, с Берией.

— Попытаюсь.

Прошло минут двадцать, и мне ответил уже мужской голос, который был знаком.

— Доброй ночи, Сергей Иванович.

— О, Павел Анатольевич, доброй ночи, — поприветствовал Судоплатова.

— Мне доложили, что у вас проблемы?

— Да. Один из вертолетов вышел из строя, и пришлось экстренно сесть на аэродроме 180-го ИАПа.

— Так в чем проблема?

— Проблема в том, что мы запрашивали посадку на открытой волне, и не исключаю, что с утра немцы могут либо устроить массированную бомбардировку аэродрома, либо выбросить десант, а скорее всего и то и другое.

— Улететь никак?

— Нет. Вариант есть воспользоваться маяком, но тут куча народа и вокруг лес, и отбуксировать вертолет в сторону проблематично, снежные заносы. Мне нужна санкция, чтоб личный состав полка увести в лес, открыть портал и утянуть вертолет. А на вашем месте я бы подкинул людей, на случай десанта.

Пауза. Судоплатов обдумывал ситуацию.

— Вот что, Сергей Иванович, я с вами свяжусь через полчаса.

Санька сидел рядом и поглядывал на меня.

— Ну что, Командир?

— Чапай думать будет. Там сейчас Судоплатов рулит. Будут решать, но вот что, давай готовься, сейчас перетащим маяк, я запущу его и «двоечку» утянем к себе, а сами свалим своим ходом в Усадьбу. Иди летунов напряги, чтоб начинали подготовку к переходу в наше время, а я местных застрою, чтоб лишних свидетелей не было.

Когда Судоплатов озвучил решение, которого я и ожидал, у «двоечки» сложили лопасти, а я вместе с майором Хлусовичем занимался тем, что собирал людей и уводил их подальше в лес, чтоб лишнего не увидели.

Майор попробовал возмущаться, что технику к утреннему вылету нужно готовить и людям отдыхать, но до него напрямую дозвонились из Москвы и высказали такое «фэ», что все вопросы пропали сразу. Я решил немного оправдаться.

— Иван Михайлович, не обижайтесь, там на вертолете новые турбинные двигатели, будем сейчас их пробовать, могут взорваться так, что вокруг все выгорит…

Тот недоверчиво на меня смотрел, но согласно кивнул головой, делая вид, что поверил.

— Что там с девушкой, которую привезли?

Комполка скривился.

— Не жилец. Внутреннее кровотечение, наши эскулапы ничего не смогут сделать.

«Хм, а почему бы и нет».

— Девушку на носилки и обратно, отвезем ее в Москву, может, там что-то смогут сделать…

Хотя сам подумал об оборудованной операционной нашей Марины. Честно сказать, жалко было девчонку, молодая, ей еще жить и детишек рожать, а она… В общем, решение принял и ни перед кем отчитываться не собирался.

Убедившись, что летное поле опустело и лишних глаз нет, активировал маяк, и через несколько секунд на общей волне на связь вышла база.

Уже привычно из воздуха появился выдвижной пандус, по нему съехали две БМП-2, заняв оборону и тягач, который должен был отбуксировать поврежденный вертолет в портал. Прошло двадцать минут и один «крокодил» исчез из этого мира вместе с пилотами и командой и очередной партией трофейного оружия. Вместе с ним в наше время отправили умирающую комсомолку, может, наша медицина сможет ей помочь.

А мы, собрав все свои вещи, подготовились к отлету. Санька, сбегав в лес, привел майора Хлусовича с особистом, которым я торжественно вручил по трофейному пистолету, пожали друг другу руки и, еще раз предупредив о возможности немецкого десанта, погрузились в нашу «единичку», которая, взревев двигателем, набрав обороты, оторвалась от земли и взяла курс на Москву.

Под утро мы уже были на небольшой посадочной площадке в Усадьбе, и я выслушивал очередной отеческий наезд со стороны Судоплатова, который в последнее время перед генеральным наступлением под Москвой мотался как электровеник, собирая информацию о противнике, контролируя отлов немецких разведчиков и диверсантов, буквально наводнивших столицу и ее окрестности. При этом на нем еще висела организация массового партизанского движения в тылах наступающих армий противника. В общем, мужик зашивался, а тут еще у нас очередные приключения на его голову, и понять причину его ворчания можно было.

Выслушав обязательную порцию упреков, я коротко, но культурно огрызнулся, показав зубы и объяснив, что я бы потерял авторитет у своих подчиненных, если б просто пролетел мимо и позволил повесить молодую девчонку. А тут, приведя пример с историей Зои Космодемьянской, передал Судоплатову фотографии, которые успели снять бойцы, когда громили немцев и освобождали людей и особенно когда вешали предателя. Тут же скинул ему на планшет основные тезисы, которые нужно осветить в статье. К моему удивлению и даже удовольствию, наши предки достаточно быстро освоили технику из будущего и привыкли к ней.

— Павел Анатольевич, это будет бомба с очень сильным резонансом. Тут и герои-комсомольцы, и предатель, получивший по заслугам, и вездесущие бойцы ОСНАЗа НКВД, которые как красные конники пришли в самый последний момент и спасли молодую девушку. И вывезенные из оккупированной деревни дети, спасенные от вражеской мести. Да тут такой светлый образ НКВД высвечивается, что они не только врагов народа вылавливают, но и врага в тылу режут, как кроликов. Я запрос дал: отряд Маслова по тылам у немцев вполне неплохо погулял, пока их не предали. Фотографии есть, есть свидетель — девушка, которую мы вывезли с грудным ребенком. Вполне вменяемая и не будет лишнего болтать. Что вам еще надо? Найдите хорошего журналиста и действуйте. Резонанс гарантирую — стране нужны герои и иуды.

Судоплатов, с интересом слушавший меня, кивнул головой.

— Идея хорошая. Передадите материалы, сделаем, мысль и вправду интересная. Мы сами искали нечто подобное, но раз тут такая история, то думаю, проблем не будет. А где сама девушка?

— У нас в реанимации. Думал у летунов оставить, так они ее приговорили, с вашим уровнем медицины шансов не было. Сейчас у нас ее чуть подлечат, потом к себе героиню заберете…

Сделав паузу, я перешел к другой теме:

— Павел Анатольевич, что у нас с аргентинскими делами? Самолеты восстановили?

— Да, два дня на проверку и можно лететь.

— А дальше?

— Коридор организован, легенды подготовлены. Трудно придется, но у них там деньги решают все, и наша страна под эту операцию готова выделить крупные средства.

— Я тогда заканчиваю в течение дня третий маяк, испытываю и отправляем его на Восток с нашей группой.

— Хорошо. Вы говорили, что пришли еще два больших самолета с техникой.

— Да, груз пришел, сейчас все проверят и начнем испытания и переброску. Стараемся быть осторожными, а то вдруг будут сюрпризы.

— Опасаетесь? Понятно. Что там интересного?