Право на выбор - Алиса Ардова

— Я имела в виду сирру Вионну.

— А, так ты о ней переживаеш-ш-шь? — зашипел, нависая надо мной, мужчина. — Не поздно ли? Почему раньше не беспокоилась, когда бесцеремонно переворачивала все с ног на голову? Думаешь, я не знаю? Ходила, тормошила, букеты носила, на прогулку вытащила. Зачем?! — Теперь он почти кричал, обдавая мое лицо тяжелым запахом винного перегара. — Зачем ты вмешалась в ее размеренную жизнь? Кто тебя просил?

— Вы называете это жизнью? — Мне надоело оправдываться. — Бессмысленное прозябание!

— Пусть! Хотя бы так, но Вионна существовала. Ходила, говорила, смотрела… ее руки были такими мягкими и теплыми. А теперь она может исчезнуть… — Айар передернул плечами, как от холода. — Навсегда. И в этом виновата ты… ты, ядовитое порождение Проклятой.

Мужчина гадко осклабился, снова сдавил мое горло, подтягивая к себе поближе, но тут же отпрянул. Возле нас, разбрасывая вокруг себя снопы разноцветных искр, завертелись воронки перехода, выпуская в гостиную небольшие пульсирующие сгустки — золотисто-белый и багрово-черный. Мерцающие шары вихрем пронеслись по комнате и расплылись туманом, на ходу превращаясь в свирепых хищников.

Улыбнулась уголками губ. Тайо, Хэссаш… Как же я рада вас видеть.

Звери зарычали и припали к полу, примериваясь к прыжку.

— Даже так? — перевел взгляд с меня на къоров император. — И что дальше? — вскинул он бровь в показном недоумении. — Напасть вы не сможете, даже попытаться не посмеете.

— Зато я посмею.

Раиэсс что-то невнятно пробормотал и оттолкнул меня, рывком разворачиваясь на звук знакомого голоса. Ощутив себя свободной, всхлипнула и бросилась к сиятельному, за спиной которого таяла дымка мгновенного портала. Обвила руками, прильнула крепко-крепко, да так и застыла, чувствуя, как наконец-то отпускает страшное напряжение последних минут.

Савард обнял, осторожно поглаживая мою вздрагивающую спину, на секунду прижался губами к макушке, а потом отчеканил холодно и жестко:

— Я жду объяснений, саэр Айар. Немедленно, сейчас. Если не получу их — брошу вызов.

— Надо же, тебе удалось взломать мой защитный контур. — Император сделал вид, что не слышал роковой фразы Саварда. — Горжусь, мой мальчик, растешь на глазах, — восхитился он почти искренне.

Повернула голову, настороженно глядя на Айара — что он еще задумал? — но мужчина, казалось, потерял ко мне всякий интерес. Аккуратно поправил сбившийся набок воротник, небрежно стряхнул невидимую пылинку с рукава белоснежной рубашки, неторопливо прошел к креслу и вальяжно развалился, вытянув вперед ноги. Къоры тоже немного присмирели. Прекратили порыкивать и улеглись на пол, внимательно отслеживая каждый жест императора.

Саварда все эти маневры не успокоили, его уже потряхивало от бешенства.

— Я требую… — выпалил он.

— Требуй, — лениво согласился Раиэсс и даже веки прикрыл, давая понять, что вся эта ситуация ему безмерно надоела. — Если хочешь. А вот у меня нет желания ни о чем рассказывать. И оправдываться перед тобой я не намерен. Принимать вызов, кстати, тоже не собираюсь. — Из-под полуопущенных ресниц остро блеснул цепкий взгляд. — Ну и что теперь станешь делать? Убьешь своего тайр-ири и разрушишь единство Ирна? Твоя женщина для утех стоит подобной жертвы, Вард?

Сиятельный отчетливо скрипнул зубами, ладони на моей спине потяжелели и судорожно сжались, сминая ткань платья.

— Уверен, что все рассчитал, да, Райс?

Айар открыл глаза, устало вздохнул.

— Я не сделал ей ничего плохого, — снизошел он все-таки до каких-то объяснений. — И не собирался.

Угу, не собирался он, только придушил немного, «а в остальном, прекрасная маркиза, все хорошо, все хорошо».

— Зачем надо было вышвыривать Наланту и всех остальных из гостиной и ставить охранный контур?

— Они мешали. — Император ни секунды не раскаивался, по голосу было слышно. — Я отдал приказ, тот, кто не подчинился, понес наказание.

— Ты угрожал Кэти, — Савард упрямо мотнул головой, — а я никому не позволю причинить ей вред. Даже своему Повелителю и тайр-ири.

Напускное равнодушие мгновенно слетело с Айара, пальцы стиснули подлокотники так, что на костяшках натянулась кожа, лицо побледнело.

— Мы разговаривали, — раздраженно процедил он, — пока просто разговаривали. Надеюсь, она все поняла и сто раз подумает, прежде чем сунуться со своими глупостями к моей Вионне. — Усмехнулся и добавил мстительно: — Наланту, пожалуй, тоже стоит оградить от ее пагубного влияния.

Даже не стала заострять на этом мелком уколе внимание, так меня поразил Айар.

«Моя Вионна».

Столько глубоко спрятанной, затаенной нежности вперемешку с горечью звучало в этих словах, что я потрясенно замерла. Значит, мне не померещилось. Раиэсс действительно испытывал к своей наиде какие-то чувства. Пусть не любовь — влечение, странную привязанность, но испытывал. Сам не отдавая себе в этом отчета. Отсюда гнев, тоскливая безысходность и страх ее потерять. А интерес ко мне — просто страсть, зависть и попытка понять, почему Саварду повезло, в то время как ему, всевластному Повелителю Эргора, достались лишь отвращение и страх наиды.

Саварду намеки императора явно не понравились. Он напрягся, загородил меня собой и, держа спину неестественно ровно, начал произносить:

— Я, волею небес дваждырожденный Савард Крэаз…

Айар дернулся, но перебивать не стал, а у меня противно засосало под ложечкой. Сколько раз уже слышала подобное, и дальше всегда следовали неприятности. Сейчас нас тоже ничего хорошего не ожидало.

— …силой и правом главы рода… — продолжал чеканить сиятельный, глядя в мрачнеющее лицо воспитателя.

Раиэсс повел плечами, медленно поднялся, сделал шаг вперед и встал напротив Саварда. Мужчины напоминали двух хищников, внимательно отслеживающих каждое движение соперника перед началом смертельной схватки.

— …согласно древнему закону и традициям высокородных…

Казалось, еще один звук — и случится непоправимое. Отчаянно захотелось вмешаться, несмотря на все угрозы и предупреждения Айара. Поговорить по душам с одним, успокоить другого… Но разве эти самоуверенные самцы допустят, чтобы женщина «лезла не в свое дело»? Сиятельный беспокоится за меня и злится на Раиэсса. Император пытается себя контролировать, но, как любой глубоко нетрезвый человек, готов сорваться в любую секунду. Да и гордость не позволит ему сейчас выслушивать мои утешения или оправдываться перед собственным воспитанником.

— … вызываю тебя, Раиэсс Айар…

Да что же это такое? Неужели их никто не остановит?

Къоры поднялись, напружинились, шерсть на загривках вздыбилась, и они глухо заворчали, обнажая острые лезвия клыков. Ну вот, и стихии против поединка. Как же мне быть? Выскользнула из-за спины Крэаза и, кляня себя за глупую смелость, уже открыла рот, но тут дверь распахнулась, и на пороге появился запыхавшийся Гарард.