Зеркало любви - Галина Гончарова

Вот в чем Матильда не сомневалась, так это в результате. Сделали девушки благодеяние, подменили яд на слабительное. Нести какого-то бедолагу будет от всей души, но помереть – не помрет, пусть наследники и не дожидаются. Или кто там у него такой любящий?

А, неважно. Можно себе в актив доброе дело записывать, ведь не ради травли крыс держала ведьма яд у себя в столе.

Девушки себя похвалили – и выкинули все это из головы. Намного больше их занимал Лоран.

Рисойский как с цепи сорвался, прямо хоть реально на нем настой коры дерева хон – или как его там – используй. Появляется под утро, лезет к Матильде, прямо-таки беззастенчиво называет при всех невестой, и глаза у него…

Наркоманов боялись обе девушки.

Нет, не так. Не боялись. Справедливо опасались, понимая, что это – не человек. Это чудовище в поисках дозы. И ради наркотика он что хочешь сделает…

Но что с Лораном такое? С чего вдруг такие излишества?

Матильда уже едва успевала удерживать Ардонских, объясняя, что скоро, уже вот-вот – и придет к Лорану большой полярный лис, а пока лучше не нарываться. Помогало то, что граф Астон был человеком разумным, а Динон во всем слушался папу. Но сколько им еще удастся продержаться?

Просветил Малену Дорак Сетон, после избавления от угрозы женитьбы проникшийся к герцогессе самыми добрыми чувствами.

– Я, ваша светлость, вашего дядюшку видел в «Ночи экстаза», уж простите…

Что такое ночь экстаза – объяснять не стоило. А вот что это в Аланее? Оказалось – дядюшку Лорана каким-то ветром занесло в портовую забегаловку. А там он попробовал более тяжелые наркотики, вот и весь ответ. Что уж ему там подмешали в кальян – гашиш, опиум… если честно, Матильде было наплевать. Малене тоже. А вот результат…

– Песец, – резюмировала Матильда уже для подруги, расспросив и отпустив Дорака. – Мы попали.

– Почему?

– Потому что от наркоты не дохнут сразу. От синтетики – у нас были бы шансы, а естественные наркотики – до десяти лет. Он все равно помрет, но до того нагадит по полной программе. Сейчас он употребляет, я так понимаю, каннабиноиды, только перешел с легких на тяжелые, а если добавит еще опиаты, или галлюциногены, или ту же коку… знать бы, есть ли она здесь… ладно. Это чего хорошего не доищешься, а вот пакостей – запросто. Примем, что есть. И писец Лоранову головному мозгу.

– Но Лоран ведь мог и раньше… сторчаться? Почему нет?

Матильда прикинула возможные причины. Думать пришлось недолго.

– Сколько этот гаврик сидит в Донэре вместе с твоей мачехой?

– Да почти со свадьбы… Ой!

– Вот. Своих денег нет, в столице скандал, твой отец тоже вряд ли родственника сильно спонсировал, хорошо хоть, не гнал. А сейчас он у себя в руках деньги и власть почувствовал, вот и развернулся во всю мощь. Лорена за него, ты тоже не отбиваешься – гуляй, рванина!

Мария-Элена засопела, как обиженный ежик.

– И что ты предлагаешь сделать?

Матильда вздохнула.

– Убить не предлагаю. Хотя все равно этим кончится. Лорана уже не спасти.

– Ты бы смогла его убить?

– Почему бы нет? Яд у нас уже есть.

– Тильда!

– Успокойся, Малена, обойдемся без этого греха на душе. Сделаем все проще и элегантнее.

– Как?

– Спровадим твоего дядюшку в психушку. Есть здесь такие?

– Нет.

– А что есть?

– Богадельни. Туда можно поместить родственника, и если будешь платить, то хоть навеки.

– Для этого нужно – что?

– Деньги. Ну и свидетели неадекватности поведения, как-то так.

– Угу. Если Рисойский с голым задом будет прыгать по площади, а потом залезет на памятник и наложит там кучу, это подойдет?

– Матильда, а ты так сможешь?

– Нет. Но Лоран – сможет. Передавай мне управление, мы идем беседовать с дядюшкой.

Так Малена и сделала, искренне рассчитывая на Матильду. А Матильда, в свою очередь, рассчитывала на купленный еще в Винеле гербарий. Вы не знаете, как действует на организм человека акация? Можно обыкновенная? А мухоморчики? А кактус с красивым названием лофофора Уильямса (мир праху твоему, о Кастанеда)? Пейот даже в Америке культивировать запретили, а здесь он есть! Матильда сама покупала!

Правда – горюйте, дорогие наркоманы, горюйте, если лофофора выросла не в Мексике, то фиг вы из нее добудете, а не наркотики. Хоть как извратитесь, но будет вам ночь экстаза – на унитазе. Так что ценное растение Матильда на дядюшку переводить не будет. Перебьется, паразит. А вот акацию и мухоморы…^[13]

Лорана Матильда нашла как раз в столовой – и атаковала. Пока он там один! Ура!

– Дядюшка, так дело не пойдет.

– Да? – искренне удивился Лоран. – А в чем, собственно, проблема?

– Не знаю, как вас, а меня не устраивает муж, который проводит все ночи вне дома.

– Мы ведь еще не женаты.

– И не поженимся?

– Хоть завтра, – выпятил грудь Лоран. «А хорош, паразит. Не отнять! Даже жалко такого… ладно, он бы нас не пожалел, соберись, Тильда!»

– За разрешением – к королю. А до той поры… может, вам начать сидеть по ночам дома? Мало ли где вас увидят? Мало ли что подумают и донесут?

Идея была здравой. Только вот где альтернатива? Да и от наркоты отказываться не хотелось…

Матильда «давила», Лоран изворачивался, и в итоге дядюшка с племянницей пришли к соглашению, что он себе оборудует подобие мужского клуба – здесь. Приглашать никого не будет, ладно уж, но курительную устроит. Матильда поломалась для приличия еще с полчасика и согласилась. Приказала Аманде выделить деньги и радостно потерла ручки. «Все, Лоран, ты попал.

Подсыпать тебе мухоморчиков – и выпустить на улицу. И точка.

Пара дней, больше тебе не понадобится, чтобы оборудовать курительную комнату на дому, доставить наркотики из притона, ну и покурить первый раз. А потом…

А потом – суп с котом. То есть – с Рисойским».

Матильда Домашкина

Живот практически не болел. Жизнь вообще была неплохой штукой.

Давида она расспросила, вежливо и аккуратно, и в четверг удрала из дома. К дяде Вите.