Ангелополис - Даниэль Труссони

– Естественно, – произнес ангелолог, ощущая легкую дурноту от открывшегося зрелища. – Это крылья.

Он успел привыкнуть к ранам – количество ранений, полученных им за последнее десятилетие, исчислению не поддавалось, – однако последняя стычка оказалась незабываемой. Эно оставила на его теле неизгладимую метку.

Врач отошла в сторону и вернулась к постели с подносом, заставленным мазями, бинтами, ватными тампонами и ножницами разного размера. Верлен тяжело вздохнул, со свистом втягивая воздух, когда врач принялась промачивать грудь ватным тампоном.

– Там, где плоть почернела, нервы погибли. Боль, которую вы ощущаете, создают слабые ожоги у края раны. – Врач ненадолго замолкла, разглядывая форму ожога. – Давно не видела ничего похожего, – проговорила она наконец, нанося мазь на кожу и прикрывая новой повязкой. – Компресс снимет боль. В прежнее время, чтобы полностью заживить подобный ожог, требовалось бы несколько недель или даже месяцев.

Верлен ощутил прохладное прикосновение к коже, ему стало значительно легче.

– Удивительно, – проговорил он. – Боль ослабла.

– Ваша кожа быстро заживает, – произнесла врач, наклонившись к пациенту. – Наноэмульсионная мазь не позволяет бактериям поселяться на ране, одновременно создавая условия для быстрой регенерации клеток. На поверхности ожога возникает слой молодой кожицы, защищающей рану от воздуха и уменьшающей боль. Средство пока редкое: мы располагаем всего несколькими дозами, мне их прислали коллеги. Вполне понятно, что такую мазь разрабатывали ангелологи для ангелологов. Она невероятно эффективна.

Врач провела рукой по ране, чтобы проиллюстрировать собственные слова.

– Эффективна она или нет, этот охотник нам необходим, – проговорила Яна, не скрывая своего нетерпения. – Сколько дней отдыха ему потребуется?

Взяв запястье Верлена, врач померила пульс.

– Частота сердцебиений нормальная. Как вы себя чувствуете?

Мужчина пошевелил пальцами ног и рискнул передвинуть лодыжки. Звон в ушах и резкая боль в груди уже отпустили его.

– Нормально.

Врач взяла поднос и направилась к двери, сказав по пути:

– Он сможет сойти с поезда на выбранной вами остановке. Отсюда до Тюмени тридцать пять часов езды. А до тех пор советую отдыхать.

Посмотрев на раненого, она посоветовала ему:

– Никаких более драк с чертями. Впрочем, едва ли вы послушаетесь меня. Знаю я таких, как вы.

Верлен спустил ноги с края постели и поднялся. Он был согласен с Яной в том, что не стоит долго валяться на больничной койке.

Когда врач вышла из больничного купе, Бруно проговорил:

– У нас есть и вполне приятные вести: мы сумели вернуть яйцо. Но что куда более важно, нам удалось поймать Эно.

– И где она сейчас? – спросил охотник.

– В надежном месте. – Яна впилась в него взглядом, явно побуждая к дальнейшим расспросам.

Подмигнув товарищу, Бруно сказал:

– Яна настояла на том, чтобы мы отвезли ее в Сибирь – в специализированную тюрьму для ангелов.

– Неужели русские успели соорудить ГУЛАГ для ангелов? – осведомился Верлен.

– Мы везем ее туда для наблюдений, – ответила девушка. – Вам повезло, что я согласилась взять вас с собой.

– И вы считаете, что сумеете выжать информацию из Эно? – спросил Верлен.

– Другого выхода нет, – сказала Яна. – Когда ангелица окажется за решеткой в Сибири, ей придется заговорить.

– И вам уже случалось становиться свидетельницей подобных… собеседований?

– Специалисты нашей тюрьмы обладают вполне конкретными навыками получения информации от заключенных, – невозмутимым тоном произнесла собеседница.

Охотник попытался перелистать в уме список всего, что случилось с ним за последние двадцать четыре часа, пытаясь при этом избавиться от ощущения, что он вдруг угодил в какую-то альтернативную вселенную, в странную и неотличимую от жизни игру, реальную и нереальную одновременно. Он ехал в поезде к ледяным просторам сибирской тундры, следуя за полуженщиной-полуангелом, которую любил, как он понял теперь после десяти лет сомнений. После всего, что ему довелось прежде увидеть и пережить, Верлен считал, что ничто на белом свете его удивить уже не может. Он ошибался. События становились все более и более загадочными.

Остров Святого Ивана, Черное море, Болгария

Вертолет Азова – воплощение разных исторических эпох. Подобные переклички культур всегда вдохновляли ученых. По словам Светы, эта машина, вышедшая с завода еще во времена вьетнамской войны, была потеряна американцами – точнее, брошена «Уродливыми ангелами»[20]после аварийной посадки в Камбодже. За тридцать лет многократно переходя из рук в руки, вертолет, наконец, достался Азову. В свое время он был конфискован коммунистами, починен советскими техниками, a в семидесятых передан союзной тогда Болгарии. Но к тому времени, когда летательный аппарат оказался в распоряжении ученого, «холодная война» завершилась и Болгария вступила в НАТО. Глядя, как Света ловко оперирует с управлением, Вера невольно задумалась над тем, в каком мире окажутся родившиеся ныне дети.

Азов кивнул, и помощница, щелкнув тумблерами и проверив мониторы, подняла вертолет в воздух. Они уходили сквозь ветер все выше и выше. Удалялась земля, маяк словно бы накренился, водная поверхность преобразилась в зеркальную гладь. Солнце спускалось к горизонту, обливая мир сиреневым светом. Прищурясь, Вера разглядела рыбацкие деревеньки в бухтах, приземистые серые сараи, похожие на большие камни под закатным солнцем. Пляжи оставались пустынными – ни одного зонтика в песке, ни одной лодки на водах залива, только бесконечные прибрежные скалы. Вера представила погребенные под тоннами темной воды руины древних цивилизаций.

Геликоптер наклонился – Света направила его в сторону берега и внутрь суши. Лопасти винта над головой отбивали неспешный и ровный ритм. Пролетев над обмазанными глиной кровлями, узкими дорогами и пустыми полями, они оставили Черное море позади.

И вдруг уголком глаза Вера заметила летящий вдали силуэт. На какое-то мгновение ей показалось, что она видит повисшего в воздухе дельтапланериста – красное пятнышко на фоне сиреневого неба. Затем появился второй силуэт, потом третий… Наконец вертолет окружил целый рой ангелов; красные крылья трепали воздух, неподвижные глаза внимательно наблюдали.

– А вы не говорили, что остров Святого Ивана стерегут гибборимы, – заметила Вера.

– Должно быть, они увязались за джипом из аэропорта, – проговорила Света, уклоняясь от столкновения с одним из существ. Оно ударило крылом по ветровому стеклу, на пластике остался жирный след.