Джайна Праудмур. Приливы войны - Кристи Голден

Навещая Даларан, Джайна всякий раз заново вспоминала его красоту. Ввысь, к небесам, тянулись яркие, фиолетовые с золотом шпили башен, и сам Даларан парил высоко в небе – безмятежный, равнодушный к заботам Нордскола, что простирался внизу. Здесь все вокруг сверкало чистотой, по красным булыжным мостовым без единой пылинки, беспечные, столь же далекие от мирских забот, как и сам город, неспешно прогуливались даларанцы. Здесь в лавках можно было найти такие диковины, каких не сыскать во всем свете; здесь в тихих, покойных залах, внимая негромким голосам наставников, можно было изучать заклинания и историю древних времен.

Некогда Даларан твердо стоял на земле – причем совсем иного континента. Джайна прекрасно помнила те времена, помнила прогулки в садах и вкус золотистых яблок, согретых поцелуями солнца…

Ну, а потом в Даларан пришел Артас.

Но, даже разрушенный, город не исчез без следа. Кирин-Тор вернулся, укрыл столицу магов лиловым защитным куполом и принялся отстраивать ее заново, пока Даларан не обрел прежнюю пышность и не воспарил в небеса. После этого независимый город стал одной из основных сил в Войне за Нексус и вместе с союзниками одолел Малигоса, а позже помогал всем, воюющим с Королем-личом, но с виду здесь ничто не напоминало о войнах. Пиком процветания, пиком счастья в Даларане считались те времена, когда у его жителей не оставалось иных забот, кроме стремления к знаниям.

Джайна украсила новый Даларан монументом – памятником Антонидасу. Обычно, оказавшись здесь, она первым делом наносила наставнику визит, а порой, сидя в тени его изваяния, даже делилась с ним вслух тем, что занимало мысли, но сегодня на это времени не было. Дело – прежде всего.

На этот раз она перенеслась прямо в Аметистовую цитадель, и, едва завершив телепортацию, увидела перед собой лицо Ронина. При виде Джайны он улыбнулся, однако взгляд его был полон тревоги.

– Добро пожаловать, леди Джайна, – сказал он. – Думаю, представлять присутствующих ни к чему.

– В самом деле, – улыбнулась Джайна.

Рядом с мужем стояла Вериса Ветрокрылая, беловолосая красавица, основательница Серебряного Союза, сестра Сильваны, ныне правящей Отрекшимися, и Аллерии, пропавшей без вести в Запределье. Да, горя на долю семьи Ветрокрылых выпало более чем достаточно, однако, став женой великого мага и гордой матерью двух прекрасных детишек, Вериса, похоже, обрела счастье. Впрочем, все эти семейные достижения вовсе не означали, что высшая эльфийка отошла в тень и тем удовольствовалась. Глава Серебряного Союза, Вериса твердо, во всеуслышание противостояла принятию в Кирин-Тор эльфов крови.

Однако в сем начинании она была обречена на неудачу, что подтверждал стоящий слева от Ронина. То был верховный маг Этас Похититель Солнца, эльф крови, стремившийся получить место в Кирин-Торе с тем же усердием, с каким Вериса старалась этому помешать, и, в конце концов, добившийся цели.

Четвертая, женщина человеческого рода, была седа, как лунь, но выглядела так, словно вполне способна вызвать на бой – и победить – любого. Верховный маг Модера, старейшая из Шестерых, член высшего совета магов с самой Второй Войны…

Почтительно раскланявшись со всеми, Джайна повернулась к Ронину. Тот отступил на шаг, с непринужденностью опытного мага взмахнул руками, и перед ним возник портал. Джайна слегка сдвинула брови. Обычно сквозь портал нетрудно разглядеть, куда переместишься, но этот, казалось, вел не в помещение, и даже не на земную твердь, а в пустоту – в воздух!

Джайна озадаченно взглянула на Ронина.

– Остальные Шестеро собрались там, – сказал Ронин, не потрудившись ответить на ее невысказанный вопрос. – Давай не будем заставлять их ждать.

Вполне доверяя ему, Джайна шагнула вперед.

Единственной твердью по ту сторону портала оказался пол, вымощенный простыми квадратными плитами серого камня. Вверх и в стороны простиралось открытое небо. Поначалу ярко-голубое, подернутое ленивыми белыми облаками, оно в следующий же миг потемнело, словно черный бархат, осыпанный мелкими бриллиантами звезд.

– Добро пожаловать в Воздушные Покои, леди Джайна, – раздался чей-то голос… а может, хор множества голосов? Ошеломленная бесконечным простором и непрестанно меняющимися видами, этого Джайна понять не смогла. С трудом оторвав взгляд от завораживающей, словно зовущей к себе бездны небес, она оглядела Шестерых, вставших вокруг нее кольцом.

В прежние времена Шестеро строго сохраняли инкогнито, скрывая личности даже от остальных членов Кирин-Тора. Ныне эта традиция отошла в прошлое, и Джайна смогла узнать каждого. Кроме Модеры, Этаса и Ронина, здесь присутствовал Ансарем Руномант. В Даларане его можно было застать нечасто, но что за дела заставляют его постоянно находиться в отлучке, об этом Джайна даже не подозревала. Знала одно: в честь этого остроглазого, решительного человека названа площадь – площадь Руноманта.

Рядом с Ансаремом стоял Карлейн, маг и в то же время алхимик. Некогда раб собственных чувств, Карлейн научился владеть ими, и теперь немногие могли бы сравниться с ним в самообладании.

И, наконец, еще одно знакомое лицо – лицо древнего старца, принадлежащее человеку в полном расцвете сил, лицо Кадгара, одного из самых сильных, могущественных магов, каких только знала история Азерота. С виду он мог показаться втрое старше Джайны, но Джайна-то знала: он старше всего лет на десять. Ученик самого Медива, затворитель Темного Портала, око Кирин-Тора в Запределье, работающий об руку с наару по имени А’дал… Его присутствие на обсуждении вопроса об оказании помощи Терамору внушало надежду.

– Нечего на меня так глазеть, – укоризненно, но с озорным огоньком в глазах сказал он. – Моложе я с годами не становлюсь.

Джайна почтительно склонила голову.

– Позвольте начать с того, что, согласившись выслушать мою просьбу, вы оказали мне великую честь. Буду кратка. Всем вам известно: я – дипломат, сторонница умеренных взглядов. Многие годы я, не покладая рук, добиваюсь примирения Альянса с Ордой, установления мира в Азероте. То, что сейчас я прошу Кирин-Тор о помощи в обороне города Альянса, наглядно демонстрирует весь ужас и несправедливость сложившегося положения.

С этими словами она медленно двинулась по кругу, заглядывая в глаза каждому из собравшихся: пусть убедятся в ее искренности. Пожалуй, от Кадгара стоило ожидать согласия. Постичь настроение Карлейна с Ансаремом оказалось труднее: оба стояли, скрестив руки на груди, и лица их не выражали никаких чувств.

– Орда уничтожила крепость Северной Стражи. Для этого Гаррош Адский Крик не только собрал армию из всех рас Орды. Его шаманы при помощи темной магии повели в бой огненных великанов – элементалей непредсказуемых и жестоких. Подобное насилие над природой может прогневать стихии настолько, что все это приведет к новому подобию Катаклизма.