Половинный код. Тот, кто умрет - Салли Грин

Мы опять осматриваем всю карту: никаких подсказок.

– Думаю, надо выбрать точку посередине и стукнуть туда.

Габриэлю, похоже, не очень нравится мое решение, но он отвечает:

– Хорошо. Только пойдем вместе.

– Нет.

– Да. Если ты уйдешь один, я все равно тут же последую за тобой, так что лучше уж сразу вместе. – Я знаю, что он так и сделает, а потому просто беру его за руку, подношу другую руку к карте и легко нажимаю точку примерно в середине.

Габриэль отдергивает мою руку от карты со словами:

– Надо назвать имя Леджер. И попросить, чтоб нас к ней пропустили. По-моему, если просто попросить пропустить нас внутрь, то мы внутри и окажемся, только, может быть, не на той карте.

– Ладно, – улыбаюсь я. – Английский язык подойдет? Или, может, попробовать по-французски?

– Если Леджер действительно так сильна, то, думаю, ее магия работает на любом языке.

– Ты готов?

Габриэль кивает, а я говорю:

– Карта, пожалуйста, пропусти нас к Леджер. – Разумеется, ничего не получается, и тогда я говорю: – Карта, если Леджер… – но тут как раз что-то начинает происходить. Я чувствую тепло. Жар охватывает мою руку, которая как будто растворяется в карте, сливается с ней в единое целое.

Желтизна и жара окружают меня, я плаваю в них, как в горячей ванне. Переход внутрь карты не похож на путешествие через тоннель в пространстве – здесь чувство такое, будто вязнешь в теплой грязи.

Но вот желтое сияние рассеивается, как туман, и мир снова становится четким. Под моими ногами – бежевый камень, над головой – голубое небо. Солнце стоит в зените, легкие заполняет раскаленный воздух. Я в узкой долине с крутыми склонами, среди бесплодных земель. За моей спиной вверх уходит особенно крутой склон, впереди тот же самый склон становится пологим и веером спускается в долину. Но я здесь один. Габриэля рядом нет.

Черт!

Не знаю, что я сказал не так. Не помню, чтобы я выпускал его руку. А теперь я просто не имею понятия, что делать дальше. Я не знаю ни пути назад, в Филадельфию, ни еще куда-нибудь, если на то пошло. Остается только надеяться, что Габриэль сейчас в погребе, злой, но целый и невредимый. Помочь я ему ничем не могу, значит, надо попытаться помочь самому себе.

Вариантов у меня два: залезть наверх или спуститься вниз, в долину. Я пробую оба, но ни один не работает. Пытаясь сойти вниз, я выясняю, что просто топчусь на месте. Тогда я выбираю точку на дальнем коричнево-красном склоне и бегу к ней изо всех сил. Но не сдвигаюсь с места даже на метр. То же происходит, когда я начинаю карабкаться наверх по склону за моей спиной, неотрывно глядя на его каменный козырек. Я решаю выбрать точку поближе, шагах в десяти от меня, но и до нее добраться мне не удается. Я хочу швырнуть подальше свой рюкзак – просто посмотреть, что будет, – но передумываю и решаю швырнуть что-нибудь другое, не такое нужное.

Я обшариваю карманы, но нахожу только две охотничьи пули да белый камешек для Анна-Лизы. Вытаскиваю пули – надо же когда-нибудь ими воспользоваться. Первую я бросаю вверх, целясь в точку под карнизом. Сначала мне кажется, что пуля улетела куда-то далеко, но, приглядевшись, я обнаруживаю ее рядом, в метре от своей ноги. Я подбираю ее и повторяю попытку: с тем же результатом. Тогда я пробую скатить ее вниз по склону, отпускаю, и она катится примерно метр, а потом останавливается. Я подталкиваю ее ногой, она прокатывается еще несколько сантиметров, и медленно возвращается наверх, туда, где была.

Похоже, мы застряли тут надолго: я и мои пули.

Тогда я сажусь на сухую неровную землю и начинаю ждать. Земля жесткая, солнце палит, вокруг ни ветерка. У меня с собой небольшая фляжка с водой – хватит на несколько дней, если расходовать понемногу.

Много времени спустя я все еще сижу рядом со своим рюкзаком, и, хотя прошло уже несколько часов, солнце так и не сдвинулось с места. Наверное, я застрял в карте, но, когда мы смотрели на нее сверху там, в географической комнате, реки на ней текли, птицы летали и звери двигались. Здесь же такое впечатление, как будто время замерло. Такая тишина и покой наступают, когда останавливается время. Значит, Леджер действительно могущественная ведьма, раз она могла создать такую карту, удержать меня в ней взаперти и остановить время. На память невольно приходят слова Меркури: Леджер и впрямь сильнее всех, но что толку? И я думаю, что с таким же успехом можно спросить: что толку жить? бегать? превращаться в зверя? становиться невидимым? менять внешность? Умение – вот что главное. Вот Леджер и демонстрирует мне свои умения, причем без малейшего вреда для меня. Надеюсь, что так будет и дальше, когда время снова пойдет.

Если оно, конечно, вообще когда-нибудь пойдет.

И я жду. Пытаюсь придумать, что скажу Леджер, когда она появится, но, так ничего и не придумав, начинаю думать о Габриэле, жалею, что его нет со мной.

И тут что-то происходит.

Вдалеке я замечаю какое-то движение.

Человек: медленно идет с дальнего конца долины мне навстречу. Кто бы это ни был – а я надеюсь, что это Леджер, – он не торопится. Вот он машет рукой – зовет меня вниз. Я встаю, делаю шаг, обнаруживаю, что могу двигаться вниз по склону, и иду на зов. Дует легкий ветерок. Значит, время пошло.

Подходя к незнакомцу ближе, я вижу, что это не женщина, а парень, который поворачивается ко мне спиной и начинает уходить прочь. Он тонкий и гибкий. Я спешу за ним, чтобы не потерять его из виду, но он исчезает.

Черт!

Я смотрю туда, где он был только что. И понимаю, что его засосало в проход. Я продолжаю идти, выставив вперед руку и нашаривая его край. Мне кажется, что я стою уже прямо на нем, но ничего не происходит, и мое сердце начинает яростно биться. Но я не оставляю попыток найти проход и наконец чувствую, как затягивает сначала мою руку, потом все тело, а потом я падаю на колени в теплую мягкую траву.

Поют птицы. Я стою на широком зеленом лугу, слева от меня синеют вдали деревья и горы. Дует теплый ветерок, солнце висит совсем низко в небе. Между мной и горами широкая река, впереди – большая хижина, сложенная из камня, и я вижу, что дверь в нее открыта, а паренек скрывается внутри. Я встаю и, то и дело оглядываясь, подхожу ближе – вокруг никого. Я хочу сделаться невидимым, чтобы разведать все кругом как следует, но раздумываю: это может показаться невежливым хозяйке и вызвать больше проблем, чем я в состоянии сейчас решить. И в конце концов, если уж могущественная Леджер решила меня убить, то так и сделает, и ничто ее не остановит.