Тринадцатый Череп - Рик Янси

– Я должен передать ей сообщение. Очень важное.

– Могу перевести вас на ее голосовую почту.

– Я уже оставил голосовое сообщение.

Еще одна пауза.

– Директор Смит неважно себя чувствует, – сказала оператор.

– Это плохо. Я тоже.

Отключившись, я набрал номер мистера Нидлмайера. Денег у меня было мало, и я сделал звонок с переводом оплаты. На мою первую попытку он ответил отказом платить. Я сразу перезвонил. На связь вышла оператор и передала, что вызываемый абонент не отвечает пранкерам, а если я не уймусь, он сообщит обо мне в Федеральную комиссию связи. Третья попытка удалась. Я назвался преподобным Сэмюэлом, и он принял звонок.

– Мистер Нидлмайер, это я, Альфред Кропп. Не вешайте трубку.

– Альфред Кропп умер. Уж я-то знаю, я сам его похоронил. То есть не лично, но я там присутствовал.

– Я могу доказать. – Закусив губу, я лихорадочно соображал, как это сделать. – Фотография. Помните фотографию, которую показывали мне в больнице? Вы нашли ее на пепелище дома моего отца, после того как его поджег Журден Гармо. На той фотографии я и моя мама…

Мистер Нидлмайер молчал. Пауза затягивалась.

– О господи! – прошептал он. – Альфред. – Его голос поднялся на одну октаву и сорвался на последнем слоге. – Альфред, это невероятно!

– АМПНА сфальсифицировало мою смерть, – объяснил я. – Простите. Я думал, вы знаете.

– Они прислали мне банку с твоим пеплом! Жестянку!

– Неужели? Слушайте, мистер Нидлмайер, мне нужно выяснить…

– Я оказался в весьма затруднительном положении. Твоя мама похоронена в Огайо, твой отец здесь, в Ноксвилле. А мы с тобой ни разу не обсуждали, где хоронить тебя.

– Все верно, мистер Нидлмайер, дело в том, что я извлекся из извлечения и…

– В итоге я похоронил тебя в Огайо, рядом с мамой. Насколько я помню, ты встречался с Бернардом лишь раз и узнал его ближе – вернее, узнал о нем больше – уже после его смерти. И если бы я похоронил тебя с ним, это было бы воссоединением незнакомых или почти незнакомых людей.

– Вы молодец, – сказал я. – Все сделали правильно. Я вот зачем звоню…

– Служба была чудесная, Альфред, солнечно и ни ветерка…

– А кто пришел? – Он все-таки втянул меня в этот разговор.

– Были… только самые близкие. Я, священник, естественно, и джентльмен по имени Вош. Он сказал, что вы тесно сотрудничали в одном специальном проекте.

– Под названием «Усекновение головы», – подхватил я.

Всего три человека на моих похоронах? Нидлмайер, священник, пришедший по долгу службы, и третий малый, явившийся по работе, которая заключалась в том, чтобы убить меня.

– Вош работает на Журдена Гармо. Он, вероятно, пришел убедиться, что я действительно умер. А Сэмюэл? Он был там?

Мистер Нидлмайер ответил уклончиво:

– Последний раз я видел Сэмюэла после его выписки из больницы. Он задавал разные вопросы о поджоге и ситуации с имуществом. Твоя смерть немного осложнила дело, и решения не приняли, но у тебя нет ни наследников, ни живых родственников. У Журдена хорошие шансы завладеть бизнесом твоего отца, а также его имуществом…

– Это не важно, – перебил его я. – Меня все это больше не волнует. Я должен найти Сэмюэла.

– Что ж, он оставил номер своего сотового, на всякий случай.

Нидлмайер продиктовал мне номер.

– А он сказал, куда направляется? – спросил я, хотя был абсолютно уверен, что и сам это знаю. За Журденом. Он собирался убить его, если уже не убил, или умереть при попытке.

– Даже не намекнул. Но, и это между нами, Альфред, мне показалось, что он меня недолюбливает.

– Сэмюэл на всех производит такое впечатление, – заверил я Нидлмайера. – Он в курсе, что я умер?

– Он уехал до того, как я получил это известие… Я не знаю, Альфред.

– Но Вош был на похоронах. Значит, Журден считает, что я умер. Он скажет об этом Сэму и, может быть, этим спасет свою жизнь. Хотя я сомневаюсь. Сэмюэл все равно может его убить, если еще не убил.

Но я надеялся, что успею его остановить. Я не думал, что Журден такой уж злодей. Он просто слетел с катушек после убийства отца и решил, что ему станет легче, если он прикончит меня.

– Надеюсь, что ты не ошибаешься, – сказал Нидлмайер, – но если Журден, скажем так, перейдет в твой нынешний статус… по-настоящему… то это решит все проблемы.

Я вздохнул. Ох уж эти адвокаты.

– Не все мои проблемы, мистер Нидлмайер. Далеко не все. Кстати, о проблемах, я вспомнил: мне нужны деньги. Здесь, в аэропорту, есть отделение «Вестерн юнион». Вы можете переслать мне немного?

– Немного чего?

– Наличных, мистер Нидлмайер. Денег. Нам надо купить одежду, билеты на самолет… и еду. Мы уже почти два дня не ели.

– Мы?

– Я и Эшли.

– А, та симпатичная девушка, секретный агент. Конечно, Альфред. Я перешлю, сколько скажешь. Вы летите обратно в Ноксвилл?

– Вряд ли. Это первое место, где он станет меня искать.

– Журден?

– Нуэве.

– Нуэве!

– Ну или оба. Журден и Нуэве. Список желающих продолжает расти.

– А, так вот что ты имел в виду, когда говорил о проблемах. Я-то решил, что ты о черепе.

– О черепе?

– О Тринадцатом Черепе. Помнишь, ты спрашивал меня о нем в аэропорту? Так вот, это разожгло мое любопытство, и я взял на себя смелость разузнать о нем немного больше.

– И?..

– Разузнал.

– Да нет же, я спрашиваю, что именно?

– Тринадцатый Череп, возможно, одно из названий Черепа Судьбы.

– Черепа Судьбы?

– А может быть, и нет. Источники крайне противоречивы и смутны, как любая литература подобного рода. Но это чрезвычайно увлекательно…

– Мистер Нидлмайер, – перебил я, – я очень устал, страшно хочу есть, и у меня заканчивается время.

– Да, конечно. Итак, в двух словах: где-то в конце первого века из цельного хрусталя было сделано тринадцать Черепов. Кем и с какой целью, о том единого мнения нет. Но согласно одной легенде, которую, я уверен, ты сочтешь интересной… Вернее, думал, что ты счел бы интересной, будь ты жив, потому что тогда я думал, что ты умер… Так вот, по этой легенде, Черепа изготовил Мерлин…

– Мерлин, – эхом повторил я, припомнив свой сон в хижине номер тринадцать. Старик расстегивает молнию на своей голове и вынимает череп. «Дотронься».

– Волшебник. Из Камелота…

– Я знаю, кто такой Мерлин, мистер Нидлмайер.