Любимая адептка Его величества - Яся Недотрога

Неподалёку от центральных ворот Академии магии меня поджидала уже не наёмная коляска, а экипаж с гербами. Я заметила его сразу, а едва шагнула по направлению к экипажу, случилось занятное – от кованого забора отделились двое смутно знакомых, очень непримечательных мужчин.

Они находились на почтительном расстоянии, но уже не таились. Я закатила глаза – интересно, эти двое видели, как на меня нападали те курицы? Или вход на территорию магического ВУЗа даже королевским шпионам запрещён?

Впрочем, не суть.

Я поспешила дальше, мысленно отмахнувшись от местных сотрудников. Бабушка, которая нетерпеливо поглядывала в окно, лично открыла дверцу, и я протиснулась в экипаж.

Рядом с Филинией обнаружился юрист Вишик, он тоже заметно нервничал и облегчённо вздохнул, когда я появилась.

– Марго, ты почему так долго? – спросила Филиния.

Я молча показала мизинец с перебежавшим ко мне кольцом.

– Опять?

Бабушка откинулась на спинку диванчика и уставилась в потолок кареты. Потом спросила:

– Откуда?

– Снова от Георга, – призналась я.

Леди Сонтор застонала. Вишик, которого посвятили в проблему артефактов, потому что могла потребоваться юридическая помощь, скис.

– Я отправила королевскому секретарю просьбу об аудиенции, – начала Филиния. – Нужно дождаться ответа, и…

– Не нужно аудиенции, – пробормотала я, и прижала ушки, понимая, что меня сейчас не похвалят.

– То есть? – не поняла Филиния.

– Мы с его величеством уже поговорили.

Новый стон герцогини Сонтор больше напоминал вой.

Вишик был солидарен и выглядел так, словно ему очень хочется отказаться от таких ненормальных клиентов.

– Всё не так плохо. Георг сразу понял, что я не воровка.

– Рассказывай! – перебила Финилия. – Рассказывай всё!

Я уселась поудобнее, расправила складки на платье и, едва экипаж тронулся, начала излагать.

Про экзамен и Заучку не говорила, историю с агрессивными девицами тоже пока не трогала. Зато объяснила про кольцо и последующий эпизод общения. Про выходку Георга, которая повергла Филинию в негодование и шок.

– Что он сделал? – шипяще переспросила бабушка.

– Ну… – выдавила я.

Но повторять и не требовалось.

– Я сейчас же напишу протест! – Филиния ударила в пол каблуком. – Ему лично. Парламенту. И королеве-матери тоже!

Причём тут парламент я не поняла, зато возможную заварушку вообразила вполне чётко. И отдельно – жалоба леди Мирре. Филиния хочет наябедничать на короля его маме? У-у-у!

– Не надо. Пожалуйста!

Меня не услышали. Лишь в самом конце пути, на подъезде к особняку, бабушка перестала метать молнии и пообещала не рубить с плеча. И здесь же всплыл главный вопрос – про экзаменационную работу с последующей проверкой дара.

– Я сдала. Меня приняли, – ответила я, ожидая общего удивления.

Но…

– Даже не сомневалась, – припечатала Филиния. В её голосе прозвучали гордость и одобрение. – Ты умница, Маргарита. Ты не могла не сдать.

Лестно? Да. Но я испытала смешанные чувства. С одной стороны приятно, что в меня верили, а с другой – у меня теперь долг перед Заучкой, да и магистр Номан слишком уж удивлён.

– У Номана возникнут вопросы, – предупредила я. – Кстати, у меня тоже есть что спросить. Я перечислила не все события.

Филиния посмотрела остро.

Затем кивнула, предложив обсудить после обеда. В этом леди была очень права, мой желудок уже сворачивался в трубочку, а ещё ужасно хотелось пить.

Спустя два часа, после еды и отдыха, я вошла в кабинет герцогини Сонтор, и мы действительно поговорили, но уже без юриста. Узнав про призванную на помощь Зору леди всё-таки удивилась, а эпизод с безымянной парочкой девиц вызвал недобрую вспышку в фиалковых глазах.