Черное крыло - Анна Завгородняя

Повеяло холодом и я, испуганно моргнув, отпрянула назад, оказавшись зажата между постелью князя и надвигавшейся тьмой, у которой было лицо и, признаться, очень красивое. Я еще никогда не видела подобного мужчину. Князь Вацлав был очень хорош собой, но этот…

Сотканный из теней, с черными волосами, спадавшими на высокий лоб, белокожий, черноглазый, слишком плавный в движениях и отчего-то одновременно, стремительно резкий, он в долю секунды оказался рядом, навис надо мной, пугающе глядя черными бездонными глазами, словно пытался разглядеть мою душу.

- Не надо, Трай! – голос за спиной прозвучал слабо, но решительно и я с каким-то чувством облегчения, вдруг поняла, что князь пришел в себя.

«Вовремя!» – подумала с дрожью в сердце.

От всадника веяло опасностью и гневом. Да, именно, он злился и злился основательно: за его спиной тьма набирала силу и очертания темных крыльев, делавших его отчасти схожим с самим демоном, тем самым, что сейчас лежал за моей спиной и, кажется, пытался защитить меня. Меня! Ту, которую сам, по какой-то неведомой мне причине, недолюбливал и не хотел видеть рядом. Впрочем, я и сама не стремилась к его обществу и если бы не пани Машкевич…

«И твой длинный язык!» - напомнила память.

- Успокойся, Трайлетан! – подоспела к всаднику пани Машкевич, пока я разглядывала лицо молодого мужчины. Ему было едва ли под тридцать. Очень белая и нежная кожа, прямой ровный нос и полные губы красивой формы, сейчас изогнутые в подобие оскала и от этой гримасы мне было страшно.

Тем не менее, попугав меня с несколько секунд, всадник отпрянул и отошел на шаг назад. Пани Машкевич успела протянуть руку и, ухватив меня за локоть, выдернула на себя.

- Выйди на минутку! – шепнула.

Я направилась к двери, не спеша оглянуться на князя и его подопечного, хотя так и подмывало это сделать, но чувствовала: не стоит испытывать судьбу. Все в этом замке странные и слишком опасны, чтобы я игнорировала свое предчувствие.

Странным образом, едва закрыла двери в спальню князя, как исчезли все звуки, доносившиеся из его комнаты. Последнее, что я услышала, был голос Трайлетана, обращавшегося к пани Машкевич:

- Зачем вы ее оставили при князе, госпожа? Разве не понимали…

А дальше все. Тишина. Будто кто-то острым ножом отсек все звуки и в наступившей тишине я осталась одна, наедине с самой собой, догадываясь, что без магии здесь не обошлось. Не иначе как, всадник что-то сделал, чтобы я не смогла подслушать разговор, да я и не хотела. Меньше знаешь – крепче спишь, или, как в моем случае – дольше проживешь.

Только что-то подсказывало мне, что разговор, каким-то невероятным образом, касался меня и от этого внутри разгорался интерес.

Я прошлась по комнате, подошла к окну, выглянула наружу, любуясь видом и думая о том, что, наверное, ушла бы из покоев князя, да вот только никто не отпускал. Велели ждать, я и жду.

Сколько продолжался разговор, не знаю, только когда зашумела, открываясь дверь и выпуская Трайлетана, я вздрогнула, оглянулась на него.

Всадник вышел без привычного капюшона, натянутого на голову. Посмотрел на меня пронзительным темным взглядом и произнес:

- Я жалею, что пришел в твою деревню, Валеска, - и более ничего не добавив, шагнул к выходу.

- Почему, скажи? – бросила ему во след, но он не удосужился остановиться и объяснить смысл своей фразы.

В дверном проеме показалась голова пани Машкевич. Она поманила меня к себе, и я покорно подошла, ожидая указаний.

- Посидишь с Его Светлостью еще с пару часов, а после я сменю тебя, - не просьба, но приказ с просящими нотками.

- Хорошо! – кивнула, соглашаясь.

- Вот и ладно! – домовиха прошмыгнула мимо меня, постучала каблуками в сторону выхода, словно догоняя всадника, а я вошла в спальню князя и была немного удивлена произошедшей с ним перемене. Вот только недавно, Вацлав лежал на постели, ни жив не мертв, а теперь сидит, отпираясь на подушки, в белоснежной рубашке и почти здоровым румянцем на щеках. Только в синих глазах остаток лихорадки и губы сухие.

- Проходи! – велел сухо.

Я переступила порог, потянув за собой тяжелую дверь. Щелкнул замок, и комната погрузилась в тишину.

- Вы… - начала неловко. Хотела спросить, как он себя чувствует, но хозяин замка поспешил с ответом, прежде чем я решилась на вопрос.

- Удивлена, увидеть меня таким? – эти его ямочки на щеках заставили мое лицо отчего-то покрыться краской, и я отвела взгляд от господина Крыла. Но, признаться, я действительно была удивлена, ведь когда я уходила, князь едва лежал в постели и прошло всего ничего времени и вот я вижу его едва ли не бодрым и готовым встать, несмотря на раны и огромную потерю крови.

- Господин желает что-нибудь? – спросила я, стараясь больше не смотреть на Вацлава, только чувствовала, что он, в отличие от меня, смотрит.

- Желает, чтобы ты ушла и оставила меня одного! – процедил мужчина.

Я услышала шорох одеял и метнув взгляд в сторону кровати, поняла, что князь лег, укрывшись до груди и положив руки поверх одеяла.

- Но пани Машкевич… - начала было я, памятуя наказ экономки.

- Я все еще хозяин в собственном доме! – резко произнес мужчина. – Уходи!

И ни единого слова благодарности за помощь. Не то, чтобы я ждала этой самой благодарности, но отчего-то стало обидно. Развернувшись, шагнула назад к двери и уже было ухватилась за ручку, полная намеренья исполнить приказ князя, как услышала его голос, заставивший меня замереть на месте.

- А, впрочем, подожди!

Оглянулась нарочито медленно, а встретившись взглядом с его синим взором, в этот раз не отвернулась, а посмотрела дерзко, так как умела. Вацлав дерзость оценил и улыбнулся, криво и насмешливо.

- Читать умеешь? – спросил, а я опешила.

- Да! – кивнула слабо.

- Там на столе лежит книга, - сказал он, - возьми ее и садись тут на стуле, почитаешь мне, может быть, смогу уснуть!

Немного удивленная неожиданной перемене его настроения, поспешила выполнить повеление. Книга – тот самый тяжелый фолиант, который я рассматривала со своего места, пока князь спал, оказалась тяжелой и действительно, очень старой. Она пахла кожей и сухой травой, и еще чем-то неуловимым.

Я осторожно приблизилась к кровати и опустилась на табуретку, водрузив фолиант себе на колени. Опустила взгляд, разглядывая желтые страницы, которые знали мир еще задолго до моего рождения, и спросила:

- Что именно мне надо прочитать вам, Ваше Сиятельство?

- Найди страницу шестьдесят восемь, - приказал он и расслабленно прикрыл глаза, слушая, как я переворачиваю тонкие листы.

- Нашла! – сказала тихо.

- Читай от заголовка главы! – велел Вацлав, а сам затих, явно приготовившись то ли спать, то ли, действительно, слушать.