Астрид - хозяйка Рождества - Анна Лерн

— Женское начало, чаша, проявление всего скрытого, секретного… — сказала гадалка, беря ее в руки. — И снова младенец…

Снова младенец? Я не понимала, о чем она говорит. До этого женщина гадала Эрлингу, значит, ему тоже «выпал» младенец?

— Ты под защитой духов, они привели тебя сюда, — продолжила говорить гадалка, легонько прикасаясь к рунам кончиками пальцев. — Какая удивительная судьба… Словно ты проживаешь несколько жизней… Но хочу предупредить — тебя преследует опасность.

— Опасность? — у меня и так по спине пробегали мурашки от ее слов, а после слова «опасность», они стали ледяными. — От кого она исходит?

— От человека, которого ты знаешь. Будь внимательна, — предупредила гадалка. — Но у меня есть для тебя и хорошие новости. Хочешь знать какие?

— Очень, — мне просто были необходимы хорошие новости. — Порадуйте меня.

— Ты выйдешь замуж по большой любви, и от этого брака родится много детей.

— Много детей??? — я давно перестала ассоциировать себя с ролью матери, и эта новость для меня была как бальзам на душу. — Это сколько?

— Я вижу пятерых, но Господь может исправить мои предсказания, — хрипло рассмеялась гадалка.

— Пятерых??? — я просто не могла поверить в это. О Боже… Пятеро детей!

— Совсем скоро под своими дверями ты обнаружишь настоящий сюрприз. Это будет тебе подарком под Рождество. Самым дорогим подарком, Астрид… Все, иди.

— Откуда вы знаете мое имя? — изумленно спросила я, находясь в шоке от всех этих предсказаний.

— Руны подсказали, — снова рассмеялась гадалка. — Иди, не трать мое время. Оно стоит немалых денег…

Я вышла из кабинета под впечатлением от услышанного и все гости не сводили с меня глаз, задаваясь вопросом, что же такого сказала мне гадалка. Но я лишь мило улыбалась, направляясь к Сесиль.

— Ну что? — она нетерпеливо поглядывала на меня. — Гадалка порадовала тебя своим предсказанием?

— О, да! — заверила я ее и тихо добавила: — Я все расскажу тебе дома.

— Хорошо, — подруга покосилась на Лукаса и Эрлинга, стоявших неподалеку. — Я тоже тебе кое-что расскажу.

— Я даже знаю о ком, — улыбнулась я. — Хочешь, назову имя?

— И не только о нем, — Сесиль загадочно повела глазами в сторону мужчин. — Хочешь, назову имя?

Мы засмеялись и мужчины направились к нам.

— Судя по вашему настроению, гадалка посулила вам счастливую жизнь и все блага, о которых вы мечтаете, — обратился ко мне Эрлинг и я кивнула.

— Да, именно так и было, а вам разве нет?

— Мне она нагадала совершенно невозможные вещи, поэтому я склонен верить себе, а не мистическим предсказаниям. Тем более, если это касается женитьбы. У меня определенные вкусы и вряд ли я изменю им, — ответил герцог, и мне показалось, что он как-то по-другому смотрит на меня. Раньше в его взгляде была заинтересованность — так мужчины смотрят на женщин, когда они им нравятся, а сейчас к ней присоединилась и странная задумчивость. Взгляд Эрлинга стал долгим и пристальным, словно он решал какое-то сложное уравнение, в котором я была главным неизвестным.

— Иногда нужно верить в чудеса и волшебство, — сказала я, и Сесиль тут же поддержала меня:

— Я согласна с графиней, жить без веры в волшебство скучно!

— Женщины всегда склонны верить в нечто эфемерное в отличие от мужчин, которые материалисты до мозга костей, — снисходительным тоном произнес Лукас и баронесса вспыхнула. — Поэтому у вас нет способностей к точным наукам и спорту.

— Да что вы? — меня это высказывание задело до глубины души. — Может, устроим соревнование?

— О! Соревнование! — глаза герцога вспыхнули. — И в чем же вы собрались со мной соревноваться? Я заинтригован!

Я понимала, что совершаю непоправимую глупость, но отступать уже было нельзя, чтобы не потерять лицо. Глубоко вдохнув и еще раз, мысленно посетовав на свой длинный язык, я ледяным тоном сказала:

— Скачки.

— Что??? — воскликнула Сесиль и я вдруг поняла, что вокруг нас воцарилась тишина.

— Ваше сиятельство, вы понимаете, о чем говорите? — спокойным тоном поинтересовался Эрлинг, но я чувствовала, что он изумлен, даже шокирован моим заявлением.

— Вполне, — ответила я. — Я выиграю скачки с закрытыми глазами.

— Но у тебя нет подходящей лошади… — прошептала Сесиль, испуганно глядя на меня. — На чем ты собираешься выигрывать?

Вот черт… Я забыла самое главное — хороший конь. Вот, кто тебя тянул за язык, графиня?!

— Я распоряжусь, чтобы ее сиятельству доставили лошадь из моих конюшен. В подарок, — Эрлинг смотрел на меня надменным взглядом, в котором читалось раздражение. — У вас есть время до дня святого Мартина, чтобы объездить ее.

В гостиной раздался ропот — гости взволнованно перешептывались, находясь в шоке от происходящего.

— Может, вам стоит сыграть в шахматы и на этом все? — осторожно предложил Лукас, и Сесиль закивала головой, поддерживая маркиза. — Мне кажется, что это более подходящее соревнование.

— Вы хотели сказать, подходящее для женщины? — я одарила его убийственным взглядом.

— Ее сиятельство сама вызвалась устроить скачки, — холодно произнес герцог. — Нужно уметь отвечать за свои слова.

— Эрлинг… — начал было Лукас, но я перебила его:

— Ваша светлость, мне не нужна помощь и я прекрасно понимаю, на что иду. Благодарю вас.

В этот момент из кабинета выпорхнула Эмма и защебетала:

— Это было так удивительно! Гадалка предсказала мне столько всего! У меня голова кругом! А почему вы все молчите? Что-то случилось?

— Вы все пропустили, дорогая! — возбужденно воскликнул судья, часто моргая под круглыми очками. — У нас намечается удивительное соревнование!

— Соревнование? — девушка недоуменно посмотрела на мать. — Матушка, мне кто-нибудь объяснит, что здесь происходит?

— Графиня и герцог устроят скачки! — снова радостно произнес судья и громко поинтересовался: — А какой приз?! Что получит победитель?!

— Прошу вас, — Эрлинг не переставал прожигать меня взглядом. — Вы можете озвучить ваши пожелания, графиня.

Я смотрела на него и думала, что после всего, что уже наговорено, нужно идти до конца.

— Если я выиграю скачки, вы женитесь на мне.

В этот раз тишина стала практически оглушающей, и в ней неожиданно громко прозвучал тоненький вздох Эммы.

Сесиль замерла, Лукас даже рот приоткрыл, а у Эрлинга задвигались скулы и раздулись ноздри.

— Отлично, — наконец, выдавил он. — Если вы выиграете скачки, ваше сиятельство — станете герцогиней Хоконсон.

— Но что же потребуете вы? — с придыханием спросила Ханна, тряся своей хризантемой. — Если выиграете?