Твоя на одну ночь - Ольга Иконникова

Заводить романы на стороне считалось при дворе чем-то вполне обыденным, и я, отмечаясь на королевских балах, тоже не была обделена мужским вниманием, но ни комплименты, ни подарки ни разу не тронули меня настолько, чтобы я захотела разделить с кем-то свою постель. Я флиртовала и иногда даже охотно, но ни один из моих поклонников не смог бы похвастаться тем, что получил от меня хотя бы поцелуй.

Главным мужчиной в моей жизни стал маленький Джереми, а дружба с Намюром давала мне возможность не чувствовать себя одинокой. Мне этого было достаточно.

На сей раз я приехала в Луизану, чтобы купить особняк. Я не надеялась, что мне удастся вернуть дворец де Трези, но в столице было полно других дворцов, выставленных на продажу.

Джереми было уже семь лет, и я хотела показать ему главный город страны, но для этого нам нужен был дом, где мы могли бы остановиться. Гостиничные номера, пусть и роскошные, совсем не подходили для того, чтобы находиться там с ребенком. Я подумывала о просторном особняке с красивым парком и хорошим видом из окон. Месье Шампань уже подобрал несколько подходящих вариантов.

Намюр посетил меня на следующее же утро. Мы отправились кататься по городу в его карете. Я уже не боялась людских пересудов о наших с ним отношениях. Столичное общество судачило о нас пару лет, а потом пришло к выводу, что отношения между нами всё-таки сугубо деловые.

Маркиз был любвеобилен, и в каждый мой приезд в столицу знакомил меня со своей новой пассией. Чаще всего, это были тайные возлюбленные, имевшие законных мужей. Но попадались и совсем юные девушки, которым он любил кружить головы время от времени. Я всё-таки надеялась, что дальше поцелуев с этими особами он не заходил, и он, смеясь, заверял меня, что всё именно так.

Мы ехали по Дворцовой площади, когда мое внимание привлекла толпа народа перед крыльцом трехэтажного здания близ моста Эльзара Завоевателя. Стоявшие в странной очереди господа и дамы проявляли нетерпение и громко пререкались друг с другом.

– Что происходит, Огюст?

Маркиз хохотнул:

– Новая столичная забава. Горное товарищество «Элькам» продает доли в своем капитале.

– Горное товарищество? – удивилась я. – Неужели оно настолько популярно, что люди готовы стоять в очереди, чтобы вложить в него свои деньги?

– Необычайно популярно, – подтвердил Намюр. – Мы ожидаем баснословных барышей.

– Вы? – еще больше изумилась я. – Неужели ты тоже вложил в него средства?

– Еще бы! Но я сделал это еще до того, как это стало столь модным, – ответил он не без гордости. – Ты только представь себе – скоро это будет крупнейшая рудодобывающая компания мира. В нее привлечены капиталы сразу двух государств – Эльзарии и Камрии.

– Так вот почему у этого товарищества такое странное название, – догадалась я.

– Именно так! – кивнул маркиз. – Покровительство двух королевских семей, огромные средства для ведения дел. Не удивительно, что всё высшее общество Луизаны считает обязательным стать его участником. Да только для того, чтобы получить приглашение для беседы с его директором, требуется обладать немалыми связями. Вся аристократия столицы кинулась искать свободные капиталы, чтобы вложить их в это дело. Не сомневайся – эта компания подчинит себе всё горнорудное дело в двух странах. Ты приехала в Луизану как раз вовремя. Послушайся моего совета – отложи на время покупку дворца, вложи эти деньги в «Элькам».

Кучер остановил лошадей, и я имела возможность видеть довольные лица тех, кто уже спускался по ступенькам особняка. Но к удивлению маркиза, в ответ я отрицательно покачала головой:

– И не подумаю, Огюст. И я не понимаю, как ты сам мог столь легко решиться на подобный поступок. Что ты знаешь об этом товариществе? Насколько надежны его учредители? С чего ты взял, что ему оказывают протекцию королевские семьи?

На последний вопрос Намюр ответил довольно уверенно:

– Его учредителя – графа Делона – хлопал по плечу сам его величество Эльзар Восьмой на недавнем приёме во дворце. В это дело уже вложены огромные средства из королевской казны.

– Допустим, всё так и есть, – не стала спорить я. – Но насколько я понимаю, основные разработки будут вестись на территории Камрии – ведь именно там расположены главные запасы руды. Но с чего ты взял, что ее король, который до сего времени предпочитал не иметь никаких дел с нашей страной, вдруг решил бы поощрить совместное товарищество?

– Не забывай – король Камрии женат на нашей принцессе, – сказал маркиз.

– И что? – возразила я. – Этот брак отнюдь не побудил его воспылать родственными чувствами к нашему королю. Разве после подписания мирного договора он хоть раз приезжал в Эльзарию? Или, быть может, он приглашал нашего короля к себе? Я слышала, что несколько лет назад на его жизнь покушался наш посол – вряд ли тот решился бы на это без ведома Эльзара Восьмого. К тому же, его страна понесла в той страшной войне большие потери – не думаю, что он простил их нашему королю.

Я видела, что мои слова заставили Намюра задуматься, и была этому рада. Не знаю, почему, но рассказ об этом товариществе вызвал у меня лишь чувство настороженности. Если дело было столь прибыльным, то зачем нужно было привлекать к нему стольких участников?

Мы с маркизом посмотрели несколько особняков и в центре, и на окраинах Луизаны, но ни один из них не понравился мне настолько, чтобы я захотела его купить.

– Ах, Джейн, какой же я болван! – вдруг хлопнул Намюр себя по лбу. – Не далее, как вчера, мне сказали, что граф Руже выставил на продажу тот дворец, что ранее принадлежал де Трези. Я знаю, что с ним у тебя связаны не самые хорошие воспоминания, но, быть может, ты захочешь купить его ради сына?

– Вот как? – заинтересовалась я. – С чего бы графу его продавать? Насколько я помню, он был счастлив, что сумел обосноваться в столице.

Я вспомнила нашу единственную встречу с Руже и тот дождь, который лил, когда мы с отцом и мадам Ришар покидали стены дворца.

– Кажется, он тоже хочет стать участником горного товарищества. Сейчас он продаст один дворец, а через пару лет сможет купить несколько. Хоть ты и сомневаешься, Джейн, но мне это по-прежнему кажется весьма надежным вложением. Ты думаешь, почему вдруг в Луизане оказалось так много выставленных на продажу особняков? Их владельцы хотят вложиться в горное дело.

– Я надеюсь, ты сам хотя бы не сильно на это потратился?

– Если ты спрашиваешь, не заложил ли я свой столичный дворец, то нет. Я вложил в товарищество только ту прибыль, что принесла нам за этот год мануфактура. Но я подумываю продать кое-какие из принадлежащих мне картин.

Я фыркнула, и мы перестали обсуждать эту тему, оставшись каждый при своем мнении.

Граф Руже встретил нас без особого радушия. Быть может, он тоже помнил нашу первую встречу и теперь стыдился своей прежней бесцеремонности. Во всяком случае, мне хотелось бы думать именно так.