Единственная для Хранителя Закона - Наталья Самсонова

Если проснулась я с ощущением счастья и легкости, то из комнаты выходила в полнейшем раздрае. Ну как можно было спутать собаку и человека?!

Закрыв дверь, я нашла еще один повод для грусти: а куда, собственно, идти? Мы будем пить кофе в чайной гостиной? Или…

Внезапно прямо передо мной появился маленький огонечек, который голосом Гела попросил меня следовать за ним.

Спеша за огоньком, я прокручивала в голове свои жалкие оправдания и продолжала терзаться. Ну как, как я могла перепутать? Да еще и про запах псины…

А вот ночная истерика меня нисколько не волновала. Это был откат, да и я не приглашала Гела в выделенную мне спальню. Так что за слезы и за все глупые, нелепые слова — за это мне стыдно не было. Захлебываясь всеми неиспытанными за день эмоциями, я могла и не такое учудить.

«А ведь, наверное, именно поэтому он и пришел. Понял, что меня накроет с головой. Удесятеренный страх потерять ребенка — это… Это страшно».

Мне не хотелось вспоминать ту черную бездну отчаяния, в которую я рухнула прошлой ночью. Но и забывать не следовало. Заклятье Истинного Спокойствия — хорошая вещь, однако использовать его стоит лишь в исключительных случаях.

Огонек привел меня к винтовой лестнице. И, лишь поднявшись наверх, я поняла, что это башня.

— Деми и Карин вон там, — сказал Гел, встречавший меня у дверей, и кивнул вправо.

— Выглядит надежно, — улыбнулась я.

— Этот замок хранит сама магия, — отозвался Хранитель Закона.

Оглядевшись, я сделала довольно простой вывод: мы находимся на вершине самой низкой башни замки. Погода хорошая, и здесь довольно уютно. Особенно учитывая небольшой столик, накрытый белой хлопковой скатертью.

— Завтрак?

— С большим удовольствием, — кивнула я и села на заботливо отодвинутый стул.

Гел устроился напротив меня, и на столе тут же появился большой поднос, накрытый такой же по размеру крышкой.

— Я договорился с одной таверной, — пояснил Гел, — мы теперь у них на довольствии.

Шевельнув рукой, Хранитель Закона левитировал крышку в сторону, и в тот же момент ко мне подлетела тарелка с подсушенными кусочками хлеба, яичницей и беконом. Что ж, это очень приятный, хоть и неожиданный завтрак. Мне казалось, что здесь подают кашу или…

— Прости, я не знал, что ты любишь, и сделал заказ на свой вкус, — сказал вдруг Гел.

— Мне очень нравится. Только желток какой-то слишком уж яркий.

Он недоуменно посмотрел в тарелку и, пожав плечами, ответил:

— Да обычный вроде. Так что с твоей силой? Здесь, в Кальсторе, один из лучших целительских домов и…

— Это результат воспитания моего деда, — скупо произнесла я. — Благодаря его науке я была идеальным ребенком: ничего не роняла, не разбивала и не перекрашивала. Сила никогда не выплескивалась из меня, но при этом во время всех проверок я выдавала стабильно хороший результат. Перед поступлением в школу магии, начальное звено колдовского образования в Империи, меня на лето отправили в поместье. Чтобы закрепить науку. Оттуда я вернулась презренным слабосилком. Думаю, мать с отцом сожалели: сорвался брачный контракт, и в школу, а после и в Академию я поехала совершенно свободной.

— Он бил тебя, — уверенно произнес он.

— Не меня. — Я покачала головой. — За все мои ошибки всегда отвечали другие. Те, кто был добр ко мне, ласков. Кухарка, всегда откладывавшая для меня сладкие булочки. Откладывавшая, даже если я была лишена сладкого. Кучер, позволявший гладить лошадей. Я не хочу это вспоминать. Тем летом он зверствовал особенно сильно, но при этом я уже не давала повода.

— А твои родители?

— Мама рано ушла, она пережила отца совсем ненадолго. Об их любви слагали стихи. — Я покачала головой. — Последние годы маме было тяжело со мной. Увы, внешностью я в отца. Ну, с поправкой на пол. Я не хочу об этом говорить. С дедом я не поддерживаю отношений, он никогда не видел Демельзу, да я бы никогда и не позволила ему ее увидеть. В нашей маленькой семье достаточно одной калеки.

— Но получается, что сила в тебе есть. Ты не хочешь попробовать раскрыть ее?

— Зачем? Меня все устраивает. Если сила внезапно возрастет, то придется переучиваться. Контроль-то волшебным образом не улучшится. Сейчас все во мне заточено на то, чтобы вытягивать из себя как можно больше магии. А если потенциал вернется к прежнему объему, то будет нужно, наоборот, пережимать канал.

Кофе мы пили в молчании. После чего я уведомила Гела, что хотела бы пройтись по магазинам.

— Раз уж хозяйка вернула деньги, хочу приобрести для нас с Деми пару платьев да косметику.

— Ты можешь пользоваться моей казной. Моей, как алворига Трегерета, а если…

— Нет, — я качнула головой, — мы с Деми обязаны тебе настолько, что если ты еще и содержать нас будешь, то…

Гел перебил меня:

— Пожалей мою репутацию, Эйлин. Что скажут люди? Я и так не на лучшем счету — чуть не женился на имперской шпионке.

— Откуда людям знать об этом? — нахмурилась я.

А он горько усмехнулся:

— Так она и организовала утечку информации. Убила двух зайцев: получила сведения, которые ей были нужны, и практически уничтожила доверие людей. А мне и так не особо верили: прежний Хранитель очень уж постарался извратить закон. Так что если еще и ты начнешь скромно тратить свою зарплату, то мне можно вообще в город не выходить.

Мне казалось, что Гел сгущает краски. Но и возразить было нечего: он действительно обязан содержать нас. И если бы наш брак случился от взаимных чувств, я бы не возражала.

«Но и сейчас спорить не получится».

— Хорошо.

— Я же не призываю тебя скупать бриллианты, — улыбнулся он. — Просто купи все, что тебе нужно.

— Ты даже не представляешь, сколько всего мне нужно.

— Удиви меня, — улыбнулся он и протянул мне мешочек. — Внутри сорок монет, когда вытащишь все сорок, там появится еще столько же, и снова, и снова. Не люблю таскать тяжести.

— Спасибо.

Он проводил меня до вершины самой высокой башни, и я забрала перемазанную красками Деми. Карин последовала за нами. Ну а выйти в город мы смогли только через два часа: художницы не сразу смогли отмыться.

А после нас еще и нагнали те самые Грей с Дорианом. Светловолосый Дориан скупо сообщил, что они будут нас сопровождать. И, выдав все это, прищурился, как будто ожидал моих возражений. Я же, спрятав счастливо-облегченную улыбку, доброжелательно произнесла:

— Спасибо, мы постараемся завершить наши дела как можно скорее, чтобы не утруждать вас свыше необходимого.

Дориан только кивнул, после чего мы вышли на портальную террасу и уже через минуту оказались в цветущем парке.