Черный ангел - Мария Гинзбург

— Но это не имеет отношения к нам, — сказала Брюн.

— Нам придется уехать из Новгорода, — сказал Карл.

— Почему?

— Ко мне сегодня приходил Ричард Аткинсон, — сказал Карл. — Они нашли мой окурок на том бульваре, где мы с тобой охотились последний раз.

— И что ты сделал?

— Я выпил его память и велел уничтожить и окурок, и материалы по делу.

— Но в большом городе главный следователь не будет приходить к тебе, найдя твой окурок, — заметила Брюн.

— В большом городе не я один буду курить «Navy-Cut», — возразил Карл. — Да и окурки я больше не буду разбрасывать.

Шмеллинг затушил догоревшую сигарету о стену, вытащил из кармана джинсов жестяную коробочку и демонстративно спрятал окурок туда.

— Погоди, — сказала Брюн, до которой дошла вся пикантность ситуации. — Но ведь Дик Аткинсон — человек Лота. Я его помню, он был у нас на Рождество. Почему же он пошел к тебе…?

— Аткинсон хотел мою «вольво», — усмехаясь, ответил Карл. — Но я как-то не расположен отдавать свои машины кому ни попадя, знаешь ли.

Брюн только покачала головой.

— Здорово было найти таких, как мы. Подняться на следующую энергетическую ступень, о которой говорила Маленькая Разбойница, — произнесла она.

— Или хотя бы встретиться с хозяином этой книги, — сказал Карл. — Поговорить с ним было бы очень интересно. Но всерьез надеяться на это не стоит. Опять же, в большом городе шансы на это чудо есть. Тогда как здесь они равны нулю.

Помолчав, Шмеллинг добавил:

— Тебе придется решить, возьмешь ли ты с собой Дашу, или оставишь ее Лоту.

Брюн провела рукой по лицу.

После визита Полины она с помощью Маленькой Разбойницы проштудировала раздел «Управление людьми на расстоянии». Брюн обработала сознание Лота так, что он теперь не мог даже подумать о том, чтобы поднять руку на дочь. Время от времени Брюн приходилось подновлять внушение. Но ничего сложного в этом не оказалось.

Однако все это были полумеры. Принять решение насчет Даши Брюн так и не смогла. Ей казалось, что Карлу совершенно не нужен чужой ребенок. Обманывать его так же, как и Лота, Брюн не хотелось. Полина была права. Не стоило тащить в будущее, это единственное, что все еще принадлежало Брюн, свои старые ошибки.

Карл с интересом наблюдал за подругой — хватит ли ей мужества или нет?

Однако Брюн была дочерью старого бандита, которого можно было упрекнуть в жестокости и жадности, но никак не трусости.

— Ты, наверное, думаешь, что Даша — твой ребенок, — сказала Брюн наконец.

— Нет, — сказал Карл. — Я знаю, что я — не первый упырь, которого ты любила. Я это понял еще тогда.

Брюн вздрогнула и посмотрела на него в упор.

— У Даши может быть такая же болезнь, как и у ее отца, — невозмутимо продолжал Карл. — Эта, как там… Светобоязнь, следствие слишком красной крови. А с твоей стороны Даша могла унаследовать сверхспособности, которые нужно только активировать.

— Ты хочешь, чтобы и Даша коснулась книги? — сообразила Брюн.

— Да, — сказал Карл. — Брюн, этот вопрос все равно придется решать. Оставишь ты ее здесь или возьмешь с собой — везде есть свои плюсы и минусы.

— А если Даше не передалось это редкое сочетание генов?

— Все возможно. Но чтобы узнать это, тебе придется еще раз — последний — побывать в доме Лота.

В монастыре зазвонили колокола.

— Мне нужно посоветоваться с Маленькой Разбойницей, — сказала Брюн.

В ее ауре промелькнула темная, холодная решимость. Брюн еще не знала, как поступить с Дашей. Но некоторые другие вопросы для себя она уже решила окончательно и бесповоротно. Не то чтобы Карл был сильно удивлен, заметив подобные мысли. Но Карл не ожидал, что подруга зайдет так далеко.

— Посоветуйся, — согласился Карл. — И вот еще что. Не убивай Лота. Я прошу тебя.

Брюн покосилась на него, неопределенно пожала плечами и захлопнула книгу.

Они вдвоем с Карлом истаяли, медленно и печально, в такт затихающему перезвону. Последней исчезла книга в мягкой серой обложке, висевшая в полукруглой нише стены. Когда колокола замолчали, на оранжево-красных развалинах церкви Благовещенья, нагретых солнцем подобно лежанке русской печки, никого не было.

Брюн аккуратно открыла дверцу шкафа. Как она и думала, книга оказалась за ней. У книги не было определенного места. Карл и Брюн оставляли учебник то там, то здесь. Но по молчаливому уговору никогда не выносили из комнаты. Однако Брюн — да и Карл то же — научились чувствовать, где лежит книга, даже если она была не на виду.

Брюн перевернула тяжелую страницу. Маленькая Разбойница появилась так мгновенно, что казалось — она сидела прямо на алом пергаменте и ждала свою подопечную.

— Привет, — сказала наставница весело.

— Привет, — улыбнулась Брюн. — А я опять к тебе с вопросами.

— Валяй, — кивнула Маленькая Разбойница.

— Вопрос первый, — сказала Брюн. — С какого возраста можно касаться тебя? Как это влияет на рост и развитие, ну, не повредит ли это ребенку, например?

— Смотря какого возраста ребенок, — ответила Маленькая Разбойница. — Детям до года эта операция противопоказана. А так, процедура проходит наиболее эффективно и безболезненно, если осуществлена до момента полового созревания.

— Вот как! Очень хорошо, — обрадовалась Брюн.

Месячные у Даши еще не пришли, хотя этот животрепещущий вопрос они с дочкой уже обсудили. У самой Брюн это произошло в двенадцать лет, так что и с Дашей это должно было скоро случиться. Брюн не хотелось, чтобы ее дочь пришла в ужас от непонимания того, что с ней происходит, и предупредила Дашу заранее.

— Второй вопрос, — произнесла Брюн. — Допустим, человек обладает годной для инициации комбинацией генов. Но если, помимо этого, он еще и является носителем генетической болезни, как это скажется?

В руках у Маленькой Разбойницы появился крохотный свиток, на носу — очки. Выглядела она презабавно. На верхней части свитка можно было различить крохотные аккуратные буквы «Перечень генетических дефектов».

— Какой именно болезни? — осведомилась наставница.

— Эта болезнь называется порфирия, — сказала Брюн.

Маленькая Разбойница принялась искать в списке.

— Дауна синдром, ихтиоз, муковисцидоз, нейрофиброматоз, меастата, — пробормотала она. — Фенилкетонурия… Так, это уже не здесь. А, вот — порфирия. Большая часть носителей этого генетического дефекта уничтожена инвки… гм… инкви… в общем, уничтожена. Образец ДНК добыть не удалось. Не могу дать точного ответа. По общему правилу, после обращения генетические болезни усиливаются до безобразия, потом исчезают окончательно. Так что в данном случае обращение даже идет на пользу — человек избавляется от неизлечимого заболевания.