Медиавирус - Николай Трой

Япония, Хоккайдо, Вакканай

Сероватое небо висело так низко, что нельзя было разобрать: то ли давит гробовой доской, то ли зовет, просит коснуться пальцами. В его дымке не видно ни солнца, ни лоскутка голубой выси – сплошь однообразная муть. От нее веет тоской, рыбой и водорослями.

Чтобы хоть где-то увидеть краски, Андрей опустил взгляд на расползшийся, как ряска по воде, порт. Из офиса портового управляющего, расположенного на вышке, хорошо было видно заставленный тысячами транспортных контейнеров склад. Он напоминал конструктор Лего для взрослых, где кубики выкрашены одинаково – в красно-коричневый цвет, под ржавчину.

Андрей поискал взглядом место разгрузки, порылся в памяти, но так и не вспомнил особых примет «своего» контейнера.

Всюду была одна и та же картина: краны, погрузчики, работяги в желтых жилетках поверх одежды. Это, большей частью, корейские или китайские нелегалы. Хотя среди них можно было заметить и низеньких японцев. Те обособлены и все на одно лицо: короткая стрижка, темные одежды или костюмы, кожаные куртки. Эти – представители «уничтоженного под корень», как вещают местные СМИ, синдиката якудза. Под их контролем контейнеры с наркотиками, «черной» наличностью и оружием. Они же курируют и груз Андрея как практически официальные представители власти.

Обычное дело. Любая организованная преступность имеет всего две перспективы развития: стать легальной или быть уничтоженной другой группировкой, успевшей легализоваться. Так стало с дзайбацу Митсубиси, так стало с якудза, так было со всеми…

Где-то там, внизу, в лабиринтах портового Лего, сейчас разгружали третью партию оружия. Камрад Гофман исправно слал пушки по наработанным Андреем каналам. В этот раз, как пообещал заказчик – в последний, посылка получилась разнокалиберная. Охотское море пересекли пулеметы, гирлянды[28], несколько яиц[29]и простеньких гансовых пистолетов[30]. Только оружие, ничего лишнего. Почти ничего…

На секунду Андрей отвлекся, вспомнив последний инцидент.

Срывая пломбу с «груза номер два», Андрей успел заметить упаковки, которые он не заказывал Гофману. Рассмотреть и понять, что это, не успел. В памяти запечатлелись только небольшие коробки, словно для мобильных телефонов или планшетных компов, запаянные в пластик.

Тут же подоспели стриженные под ежик япошки из якудза, объявился Ицхак с какими-то людьми. Пришлось улаживать проблемы, отвлекаться. А, когда отмечали по смете составляющие части груза, коробок в них не оказалось.

– Все просто замечательно, – тогда сказал Ицхак с улыбкой. Потом вручил Андрею кредитную карточку и пояснил: – Здесь столько же, сколько и в первый раз: двадцать пять кусков. Остальные пятьдесят штук получишь после доставки третьей партии.

Пальцы нащупали в кармане бушлата две пластиковые карточки, скользнули по выдавленным прессом буквам и цифрам.

Ицхак объяснял, что с этими кредитками гораздо проще, чем с наличкой. Они выписаны на чужое имя (то ли давно умершего, то ли несуществующего человека). Все, что нужно сделать после завершения работы: снять бабки в нужной точке, уничтожить карты и уйти. И все, следов не останется.

Андрею не впервой было слышать о подобных схемах. Он знал, что есть десятки банков, созданных только с этой целью – прикрывать чужие темные делишки. При первой же возможности из них выкачивают все соки, а потом бросают на милость государственной системы или банков-поручителей, которые, в свою очередь, под предлогом погашения чужих долгов, отмывают деньги. И всем удобно: заказчику польза, а получатель не возится с перевозом крупных сумм.

Андрей вытащил руку из кармана, оправил бушлат, который все время перекашивало от тяжести «люгера», смазанного, почищенного и отремонтированного. Но это было хорошее неудобство. Оно успокаивало.

Между кубиков контейнеров Андрей заметил голубой фургон «тойоту». Первые две партии они увозили в таких же автомобилях, если и не в том же самом. Значит, разгрузка уже закончилась.

«Все, – подумал Андрей с облегчением, – пора забирать бабки и сматываться!»

При этой мысли мир вдруг окрасился кроваво-золотистым светом. Андрей поднял глаза. В самом эпицентре бетонной серости облаков проглянуло закатное солнце, распушив плазменные лучи так ярко, словно это была картинка в брошюре Свидетелей Иеговы. Правда, ожидаемого улучшения настроения Андрею это не принесло, хотя он посчитал это хорошим знаком.

Он уже собрался отойти от окна, когда заметил сине-красные отблески внизу.

«Что за?!.»

Через лабиринты Лего, с визгом сирен и воем громкоговорителей, мчались с десяток полицейских машин. В том числе – дьявол! – и пара узнаваемых броневиков «кидотай»[31]!

Спину Андрея заморозило, а в желудке воцарился вакуум.

Голубую «тойоту» окружили полицейские машины, застопорили в кольце. Фараоны тут же облепили ее, словно муравьи поверженного жука, швырнули лицом вниз на асфальт водителя и пару сопровождающих-якудза.

Андрей на миг закрыл глаза, стараясь унять тошноту. Все его ожидания беды и свинцовые подозрения обрушились на холодный панцирь сознания одновременно. Еще немного – и начнется паника. И вот эта-то скверная истеричная дамочка и уничтожит его…