Смерть наудачу - Владимир Михальчук

– Друг, шоль, пиятики?

Под «пиятикой», как я понял, подразумевался Длинный.

– Старый боевой товарищ.

– Не такой уж и старый, погляжу, – бабулька жеманно улыбнулась. – Эх, где мои года?

Я не решился вступать с ней в задушевную беседу о древних временах, когда старушка могла удивить меня спелыми формами.

– Так вы видели кого-нибудь?

– Видела, милок, видела.

– Кого, позвольте спросить?

– Ходило тут какое-то пятно туманное. Магия, видать…

Понятно. На глаза бабульке попался мой недавний противник в маскировочном коконе. Отличный у старухи глаз – не всякий заметит в полутемном проулке замаскировавшегося типа.

– Кого-нибудь еще?

– Да, Хруст из первого подъезда проходил. Бандюга плешивый!

Мадам сплюнула через подоконник.

– Хруст? Случайно, не туроборотень?

– Он, скотина. Вечно отирается здесь и на рынке. У них там целая банда. Кроме Хруста, есть еще трое овец, волчара и двое баранов.

– Очень интересно! – обрадовался я. Один из липовых коронеров, забравших тело Длинного, был худощавым волком; второго рассмотреть не удалось. – Бараны?

– Видела их когда-то. Они в переулке какую-то дрянь курили. Ох и вонючую! Правда, мне от радикулита помогло – целую неделю не болело…

– Сможете узнать кого-нибудь из них?

– Могу. Хорошо разглядела наркоманов проклятых.

Я немного приоткрыл багажник фитильмобиля. Так, чтобы никто, кроме старушки, не смог заметить бесчувственное тело.

– Ага. Один из дружков Хруста. Только раньше у него зубов побольше было.

– Он не хотел их лечить, – развел я руками. – Пришлось удалить – гнить начали.

– Ты б ему еще пипетку удалил, – посоветовала бабка. – Негоже таким ворюгам наших девок портить.

– Подумаю над вашим предложением. Скажите, вы знаете, что сегодня в своей квартире был убит Люэн Мак-Паско?

– Пьянчуга наш, что ль? Поделом ему. Нечего по ночам орать! – Старуха не знала о таком понятии, как сочувствие. – Видела, как ты выносил засранца из подъезда.

– Говорят, неприлично выражаться о мертвых.

– Что думаю, так и выражаюсь, – вызывающе буркнула собеседница. – Все они…

– Что-нибудь происходило, – перебил я женщину, – после моего ухода?

– Когда ты укатил на гномьей таратайке, приходили двое типов. Сразу и пришли, точно ждали, пока ты уберешься. Вынесли большой мешок и корзину для мусора.

В мешке, без сомнений, перенесли труп туроборотня. А вот корзина?

Я вспомнил, что не рылся в отбросах Длинного. По-видимому, стоило. Наверняка там находились какие-нибудь документы, разоблачающие деятельность Княжества в Валибуре. Эх, и какой из меня сыщик? Вменяемый частный детектив в первую же очередь роется в помойке – там обычно находятся самые существенные улики…

– Больше никто не проходил?

– Нет, милок. Только собаки.

– Благодарю вас, бабушка. От имени Ходжи Наследи разрешаю оставить вам сей дар в виде серебряного слитка.

– Сам ты «бабушка», – сварливо ответила старуха. – Проваливай.

Какая милая дама!

Вторая смена рабочего дня еще не закончилась, и мне удалось добраться до Черного озера без пробок. Я вовремя приехал в порт. Припарковался в частном секторе, вдали от сборища извозчиков и нищих.

По дороге позвонил в частное справочное агентство и узнал адреса-номера лучших детективов Валибура. Их насчиталось пятнадцать. Меня, к великому моему сожалению, в списке светил частного сыска не оказалось. Имя «Ходжа Наследи» обнаружилось…

– Последний?! – орал я так, что водители проезжавших мимо фитильмобилей оборачивались мне вслед. Я высовывал руку в окно и показывал любопытным оборотням древнейший пошлый жест – три скрещенных пальца. – Какой дебил поставил меня в самый низ перечня частных сыщиков?

Неудивительно, что в последнее время меня не радовали заказами. Мало кто захочет нанять детектива, считающегося худшим, но требующего немалых гонораров.

Мне очень захотелось навестить отдел статистики мэрии. И пересчитать там ребра кое-кому!

Я остановился на Привокзальной площади напротив выхода из портового вокзала. Возведенный во мраморе Дамнтудэс поприветствовал меня поднятой рукой. Отвечать мне не захотелось.

Паршивей настроения у меня давно уже не было. Подумать только! Самый умный, обаятельный, красивый, прозорливый, начитанный, хитрый и ловкий сыщик Ходжа Наследи – последний…

– Убью кого-нибудь, – пробормотал я, вызывая по мозгомпьютеру первого из списка детективов.

У этого подлеца имелась даже собственная секретарша! Вот же…

– Контора господина Бэмбса, лучшего из лучших в частном сыске Валибура, – ответил приятный голосок, без сомнений, принадлежащий некой симпатичной особе женского пола и весьма юного возраста. – Желаю приятного дня и красивого второго заката. Чем могу помочь?

Я коротко представился и попросил соединить меня с Бэмбсом.

«Когда закончу расследование – заеду в его «контору» и разворочу ему челюсть. Тоже мне, лучший из лучших. Будет избитей всех избитых! Дай только добраться…»

Злобная мысль приятно согрела мне душу. Когда детектив ответил на мой звонок, я уже почти успокоился.

– Здравия желаю, глубокоуважаемый, – Бэмбс обладал бархатным басом. От такого голосочка девицы делают под себя.

Я поморщился.

«Обязательно заеду к тебе в гости, проклятая ищейка. Наверняка купил себе репутацию, а на самом деле – олух, каких не видали. Стопроцентно расследует только дела о супружеских изменах и никогда не держал «Карателя» в руках».

Настроение упало до минусовой отметки. Похоже, ничего не могло меня утешить.

– Дражайший, – как можно спокойнее сказал я, – ответьте мне как собрат по ремеслу.

– Чем могу – помогу, – радушно заявил Бэмбс.

Меня передернуло от наплыва ярости.

– Скажите, – тем не менее ровным голосом продолжил я, – сегодня к вам обращалась госпожа администратор Зарилия харр Зубарева?

– Та выдумщица? – хохотнул сыщик. – Да. Заявилась ко мне утром, как раз в то время, когда у меня гостили репортеры из новостей Скандалнета. Я, похвастаюсь, вчера разрешил одно очень громкое дело о пропаже…

Я скрипнул зубами и посчитал, что не выдержу, если проклятый Бэмбс поведает о своих успехах.

– Госпожа харр Зубарева объясняла вам причину своего визита?

Сыщик «нумер один» сделал короткую паузу. Видимо, удачливый делец впервые столкнулся с такой неуважительностью. Да как посмел какой-то рядовой детективчик перебивать похвальбу Самого Бэмбса?