Асфоделия. Суженая смерти - Серина Гэлбрэйт

– Простите за доставленное неудобство, – я сдвинула капюшон на макушку, улучшая обзор. – Мне, наверное, не стоило…

– Не стоило, – согласился Тисон. – Вайленские мужчины достаточно почтительны к женщинам независимо от их возраста, положения и… внешней привлекательности, но всё же нет нужды так рисковать собой, своим именем и репутацией. Произошедшее на Сонне не повод ставить под удар вашу честь и себя самое. Дворцовые коридоры не столь безопасны, как можно подумать, особенно для юной девушки, и в недрах дворца можно встретить всяких людей…

Тисон говорил и говорил, педантично, хотя и без подробностей, перечисляя опасности, угрожающие беспечным девам, шатающимся в непотребный час где ни попадя, а я смотрела в его лицо, серьёзное, сосредоточенное, и…

Не знаю, что за новая блажь посетила мою голову. Не иначе как танцами буйными вскружило. И в таких случаях обычно инициативу положено проявлять мужчине, а не…

Впрочем, одним аморальным проступком больше, одним меньше… какая разница?

Да-да, опять.

Я резко подалась к Тисону и поцеловала его.

Он застыл столбом, едва ли не окаменел в прямом смысле, никак не реагируя на самодеятельность избранной, и я медленно, осторожно отстранилась. Опустила глаза к полу, бессодержательно поправила сползший капюшон.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

– Прости… ещё раз. Вот этого точно не стоило делать, так что не…

Не принимай близко к сердцу. А то вообразит ещё, что я его прямо тут совратить решила и с пути праведного сбить…

Оправдания, сбивчивые, малоубедительные, я не закончила.

Тисон обхватил моё лицо ладонями, поднимая к себе, и тоже поцеловал. На секунду-другую я и сама замерла, растерянная, огорошенная напором, но затем ответила со всем горячечным, плохо осознаваемым пылом, вцепилась в мужскую куртку. Почувствовала, как одна рука опустилась на шею, невесомо лаская кожу, пока вторая обхватила затылок, зарываясь пальцами в волосы. Капюшон сполз за спину, я попыталась прижаться к Тисону теснее, насколько это вообще возможно. Мы целовались жадно, словно безумные, словно это последний поцелуй в нашей жизни и надо успеть урвать лишнее мгновение перед полным, бесповоротным окончанием всего на свете. Ещё чуть-чуть, ещё немного, ещё один удар сердца в наполовину лихорадочном помутнении, ещё одно прикосновение, а там будь что будет…

Тисон отстранился первым, столь же резко, как и потянулся ко мне. Взгляд тут же отвёл, но даже в полумраке видны копившиеся в нём стыдливая неловкость, бескрайнее удивление собственному порыву и горькая вина.

Ну да, ладно молоденькая взбалмошная девица вдруг полезла с поцелуями к благородному безбрачному рыцарю. Неприятно, но терпимо, не применять же теперь к заблудшей деве грубую силу? Однако его-то никто не заставлял отвечать… да ещё и с такой плохо сдерживаемой страстью.

Я отпустила куртку прежде, чем Тисон взял меня за руки с намерением поскорее отцепить пальчики злостной совратительницы.

– Прошу прощения, – наконец заговорил Тисон тихо, надтреснуто, будто не своим голосом.

Он что, извиняется за поцелуй?! Ох ты ж…

– Этого больше не повторится, – старательно глядя куда-то мимо, мужчина обошёл меня, открыл дверь.

Я повернулась, переступила порог. Кили бросилась мне навстречу с выражением безграничного облегчения на встревоженном челе и замерла на полпути, наткнувшись на мой ошалевший взгляд.

– Добрых снов, фрайнэ Асфоделия, – прошелестели за спиной.

И дверь со стуком закрылась.