Клятвы мертвых птиц - Елена Кондрацкая

– Нам сейчас пригодится любая помощь, даже такая, разве нет? – Василиса не нашла в себе сил сказать правду.

Кирши не ответил. Он не осуждал её, и за это Василиса была ему благодарна. Она понимала, что для Кирши её связь с Финистом мучительна. Но не по тем причинам, которыми дразнил её Финист, а из-за Атли. Кирши понимал, каково это, быть насильно связанным с кем-то. Василиса и сама понимала, но не могла ничего с собой поделать.

Коридор сделал новый поворот и превратился в просторный грот, заполненный светящимися кристаллами. Среди них исходили паром несколько зелёных водоёмов не больше трёх саженей шириной каждый. В широком провале над головой сверкало звёздами ночное небо. Пахло хвоей, свежестью и солью.

– Найдёшь дорогу назад? – Кирши отвлёк Василису от созерцания диковинного грота. – Нужна моя помощь?

Она обернулась. Кирши на неё не смотрел, хмуро разглядывая мох на стене. Чародейка хотела попросить его остаться с ней, но вдруг стушевалась, ухватившись за ворот рубахи, за которой пряталась паутина шрамов.

– Нет. Я сама справлюсь. Спасибо.

Синие глаза скользнули по Василисе задумчивым взглядом, и Кирши коротко кивнул.

– Вода горячая. Будь осторожна, – сказал он и направился прочь. У самого выхода оглянулся: – Если что, я буду в своей спальне. Это напротив твоей комнаты. Решил, что… лучше быть неподалёку. На всякий случай.

Василиса благодарно улыбнулась, а Кирши покинул грот.

Вода и правда оказалась горячей, так что, если погружаться по шею, становилось трудно дышать. Но зато грязь буквально отпадала от кожи и растворялась в зелёной воде. У одного из водоёмов Василиса углядела лохань с кусками мыла и тряпицами. Нахмурилась, осматриваясь: она могла поклясться, что ещё несколько мгновений назад этой лохани не было.

«Что за шутки?» – подумала она, подозрительно осматривая ее содержимое.

Тряпицы оказались чистыми, а мыло приятно пахло травами. Вдохнув терпкий аромат полыни, чародейка удовлетворённо сощурилась и пустила мыло в ход. Вымывшись до скрипа, Василиса решила немного понежиться в воде и скоро вспомнила про подаренную мавкой жемчужину. Не вылезая из источника, чародейка потянулась к одежде и достала замурованный в остатках вязкой слизи шарик перламутра. Ополоснула его, избавляясь от запаха, и внимательно осмотрела.

На вид – обычная речная жемчужина. Неровная, белая и довольно крупная, наверное, росла не один десяток лет в горле этой мавки. Правда ли она поможет вернуть утраченное? И что это за утраченное? Или мавка соврала и Василиса умрёт, едва проглотит подарок? Нечисти редко стоило доверять, особенно мавкам – утопленницы после перерождения сохраняли человеческий разум и оттого были хитрее и опаснее многих других существ. Хорошей мыслью будет поискать подходящие книги в библиотеке Белогора – может быть, найдётся что-то интересное о мавках и их неожиданных подарках.

– Думаешь, эта штука вернёт тебе магию, красавица?

Василиса спрятала жемчужину обратно в карман штанов и обернулась, с досадой понимая, что за её изучением не услышала шагов. Финист сидел на корточках на противоположном краю источника и водил пальцем по воде.

– Заскочил ополоснуться. Кирши просил подождать, пока ты закончишь, но что я там не видел, правда? – Он игриво улыбнулся и обвёл взглядом грот. – Занятное местечко. Знаешь, а я ведь до последнего верил, что Белогор отличный малый. Думал, что это Аргорад с шайкой похерили его наследство. Но рад, что ошибся. Они все друг друга стоили.

Он стянул рубаху и бросил на пол.

– Что ты имеешь в виду? – Василиса впилась в него взглядом. Только сейчас чародейка заметила на мускулистой груди тонкий шрам, похожий на тот, что остался у неё, когда Кирши отсёк волшебным кинжалом золотую нить. – Это след от клятвы верности?

Финист сбросил штаны, забрался в воду и сел, раскинув руки на импровизированном каменном борту, тем самым не позволяя себе полностью уйти под воду. Василиса сглотнула, неосознанно прижимаясь к своему краю источника. Финист протяжно выдохнул, зажмурился, как довольный кот, и запрокинул голову. Кадык его дрогнул, Финист опустил голову, и зелёные глаза наградили Василису насмешливо-снисходительным взглядом.

– Только так Мира могла быть уверена, что мы держим рот на замке, – сказал он. – И когда эта сука сдохла, я наконец-то…

– Следи за языком!

Финист расхохотался:

– Не будь наивной. Неужели история с Белогором тебя ничему не научила?

Василиса стиснула зубы и посмотрела на Финиста исподлобья.

– Да брось, – протянул он насмешливо. – Уж то, что Беремир спалил всю твою деревню, пытаясь спастись…

Василиса застыла, перед глазами вспыхнула руна на ладони наставника, но она тут же отмахнулась:

– Ты врёшь! Говори правду!

– Это правда, – сказал Финист почти с жалостью. – Думаешь, почему огонь его не тронул, когда спалил всё вокруг, и мы с Соколами, когда прибыли на место, смогли изучить его тело? Повезло, конечно, что эти деревенские дураки решили его закопать.

– Нет, – замотала головой Василиса. – Это неправда. Беремир защищал людей. Защищал меня. Это был Белогор, это он…

– Хочешь взглянуть? – Финист протянул ей руку, мило улыбаясь. – Я покажу тебе то, что видел сам. Мои воспоминания.

Это неправда. Это неправда. Это не Беремир. Беремир бы никогда…

Задержав дыхание, Василиса резко схватила Финиста за руку, и мир перевернулся.

Тело Беремира – синее, взбухшее, покрытое трупными пятнами – лежало на земле рядом с разрытой могилой, а Василиса – нет, Финист смотрел на него и задумчиво почёсывал подбородок. Рядом стояли ещё трое Соколов в красных кафтанах.

– В нём нет ни капли магии, как такое возможно? – протянула Веслава, высокая худая чародейка с двумя русыми косами. – Мог колдовской огонь из него всё вытянуть?

– Вряд ли, – покачал головой Финист. – Для резерва Беремира спалить деревню – детская шалость. Тут что-то другое. Он написал Аргораду, что умрёт, но постарается забрать убийцу с собой. Должно быть, руну колдовского пламени на руке он вырезал заранее, а его смерть одновременно запечатала Источник и выпустила огонь. Скорее всего оно должно было уничтожить каждый дом, но из-за того, что убийца сумел как-то украсть всю его магию…

– …пламени хватило только на одну улицу? – закончила за него Веслава.

– Иначе оно бы не потухло, пока не выжгло тут всё. Обычно такой план можно назвать надёжным, никто бы не выбрался из такого пекла живым.

– Если бы только не умел отнимать магию…

Мир качнулся, лента времени сделала крутой поворот, помчалась вперёд, и Василиса оказалась в небольшом кабинете Миры, большую часть которого занимали книжные полки и огромный письменный стол перед витражным окном. Рассеянный свет падал на тёмный профиль, очерчивая острый нос с горбинкой и косу, уложенную на манер короны. Финист стоял далеко, у самой двери, чтобы Мира не почувствовала запах вина. Даже пьяным смотреть на капитана ему было тошно, на трезвую голову он бы этой встречи и вовсе не вынес.