Конь-Призрак - Ричард Кнаак

Дрейфитт повел ее через зал, уже начав рассказ об историиТалака. Принцесса обернулась в сторону сада. Она была благодарна Дрейфитту зазаботу, но он лишь укрепил ее в прежних намерениях. Тем или иным способом, ноона все равно скоро вернется в сад и разгадает скрытую в нем тайну.

Обитель колдуна представлялась Эрини совсем иной. Это должнобыть мрачное, зловещее место, где полно пергаментных свитков, таинственных колби реторт, а с полок глазеют черепа жутких волшебных существ. Повсюду лежатдревние книги о черной магии и магические предметы давно погибших цивилизаций.

— Похоже скорей на кабинет писца, не правда ли?

И действительно, похоже. Посреди опрятной комнаты стоитбольшой письменный стол, на нем — несколько подсвечников и свитков. И книги,бесчисленные тома книг на полках по всей комнате, но все они новые, аккуратнорасставленные. Некоторые названия действительно звучат загадочно, но есть иклассическая литература, и книги по теории государства. Эрини и не подозревала,что существует такое множество книг на такие разные темы.

— Вам нравится? — немного грустно спросил колдун. — Большуюих часть написал я сам. Как мне жаль, что почти все города-государства так непохожи на Пенаклес, в котором писательство и образование стоят превыше всего. Язнаю, что несколько моих книг входят в библиотеку, которую собирал лорд Грифон,а сейчас — регент Тоос. Я договорился, что после моей смерти, случайной,естественной или иной, моя библиотека перейдет в Пенаклес.

Эрини не смогла удержаться от улыбки:

— Вы совсем не похожи на колдуна, каким его обычнопредставляют.

— Колдун, склонясь над кипящим котлом, совершает безумные пассыруками, а зловещие нечеловеческие существа жмутся к его ногам, ожидая приказа?Ну что ж, и в этом есть доля правды. Если вы слыхали чудовищные истории проАзрана Бедлама, ваши колдуны — просто дети малые по сравнению с ним. Менясамого никогда не привлекало колдовство. Я был счастлив, занимая скромное местово дворце Талака, и не желал ничего иного. — Колдун помрачнел. — СоветникКворин устроил так, что я уже никогда не смогу вернуться к прежней жизни, но онеще пожалеет об этом.

Правая рука Эрини дернулась, напомнив, зачем она пришласюда. Ей нужно, чтобы Дрейфитт научил ее справляться с проклятым даром, а ещелучше — подсказал, как избавиться от него. Словно читая ее мысли, Дрейфитт взялруки Эрини и стал пристально их разглядывать.

— Скажите мне, как вы видите магические силы — как линии исгустки?

Она покачала головой:

— Нет, я вижу радугу, с одной стороны она светлая, а дальшестановится темной.

— Это называется спектром. Жаль. Сам я вижу линии. Ну, поменьшей мере, вы воспринимаете эти силы как нечто понятное. Некоторые видят ихсовершенно иначе, чем мы, но такие люди редко встречаются. Большинство видитлинии или спектр. Я сразу хочу сказать, что не имею ни малейшего представления,почему мы вообще их видим. Некоторые люди способны видеть от природы,некоторые, как я, — только после упорных тренировок. — Дрейфитт выпустил ееруки. — У вас природные способности. Немного моей помощи, и вы станете весьмаискусной волшебницей.

Эрини протестующе затрясла головой:

— Нет! Я хочу, чтобы вы помогли мне избавиться от этогопроклятия, а не развивали его!

— Принцесса, ваши способности — это часть вас самой, это дартого, кто нас хранит. Волшебник сам волен решать, обратить свои способности воблаго или во зло. Как бы иначе могли появиться в одной семье такой изверг, какАзран Бедлам, и такие в высшей степени достойные люди, как его отец Натан илиего сын Кейб? Я понимаю, о чем вы думаете. Долгие годы меня мучили воспоминанияо брате Ишмире, Повелителе Птиц… я вижу, вы слышали о нем! Ишмир погиб вПоворотной Войне, как и большинство Хозяев Драконов, и прошли годы, прежде чемя смог простить его.

— Простить? За то, что он умер?

— Ишмир говорил, что у меня есть способности, только ихнужно развить, — с досадой ответил колдун. — Когда он погиб, я осталсянеуверенным в своих силах волшебником-недоучкой. Я скрывал свои способности ипользовался только тем, что помогало занимать место в правительстве Талака иподдерживало жизнь, — и этим трусливо загубил свой дар! Вновь вернувшись кзанятиям магией — это случилось недавно, — я многое узнал о ее полезныхсвойствах. Если бы не мои усилия, советник Кворин имел бы гораздо большеевлияние на короля. Только ради этого я развиваю свои способности.

Эрини подошла к книжным полкам и провела пальцами покорешкам книг Дрейфитта.

— Я бы по-другому относилась к колдовству, мастер Дрейфитт,не родись в королевской семье. Эти вещи не для нас. В глазах подданных я будуведьмой, демоном в человеческом облике.

— Думаю, что единственный демон — ваше собственноевоображение, да простит меня Ваше Величество за такие слова. Разве маловластителей, правящих с помощью магии? Возьмите хотя бы лорда Грифона,правителя Пенаклеса. Во многом благодаря его силе удалось разгромить ЧерногоДракона. Так же случилось и во время Поворотной Войны.

— Грифон — магическое существо, мастер Дрейфитт. Еговолшебная сила была частью его сущности.

Старый колдун улыбнулся:

— Не стоит говорить о нем в прошедшем времени; говорят, онеще жив и сейчас воюет где-то за Восточными морями. Во всяком случае,теперешний правитель Пенаклеса, Тоос, именует себя регентом. Но это неотносится к делу; я хочу объяснить вам, что способность управлять магическимисилами присуща людям так же, как и драконам, эльфам и искателям. Люди простореже стараются развить свои способности — уж мне-то это доподлинно известно.

Эрини повернулась к нему, старательно подбирая слова, чтобыправильно выразить мысль:

— Если вы не можете избавить меня от этих способностей, тонаучите, как держать их в узде, чтобы я не могла случайно наложить заклятие нарассердившего меня придворного. Вот чего я боюсь — чтобы силы не овладели мной.

Колдун облегченно вздохнул:

— Спасибо, Ваше Величество, вы облегчаете мою задачу. Еслибы вы приказали освободить вас от этих способностей, мне бы пришлось этимзаняться, хоть это и невозможно. Ведь вы скоро станете моей королевой.

— Это все еще под вопросом, мастер Дрейфитт.

— Не думаю. Я так быстро покинул короля еще и потому, что онслишком углублен в себя, а по лицу его видно, о чем он думает — конечно же, овас.

За эти слова Эрини подарила колдуну искреннюю улыбку:

— Вы не представляете, как я счастлива это слышать!