Тени Амиран. Белый рыцарь для ведьмы - Александра Мурри

Дураков среди них не было.

— Объединение дара.

— Там на каждой точке смерть отпечаталась, — тихо проговорила Рориэн. — Добровольная жертва.

— Что это за здание? — Аги заставила себя подняться с пола и подойти к столу.

Поискав, указала на длинный блок на карте. В тихом районе столицы, недалеко от центра.

— Психлечебница закрытого типа, для богатеньких.

— И что у нас там?

— Держат настоятельницу.

— Ее же после тех убийств казнить собирались?

Повисло молчание. Аги кончик косы на палец накручивала, Иан карту невидящим взглядом буравил. Эдам глаза прикрыл и выглядел мирно спящим. Рори, Аврора и Мэлвин гипнотизировали пространство перед собой.

Медведь Колин поднялся, вздохнул:

— Пойду доложусь.

Предлог. Просто хотел отойти, отделиться от группы и побыть с самим собой хоть минуту. Каждый из одаренных сейчас желал того же.

Дело привычное, скоро отпустит.

— Погоди еще. Надо решить, кому куда.

— Чем дальше от центра, тем слабее аномалии.

Медиумы в сопровождении приставленных экранов сами показывали точки на карте, к которым их звал дар. Амирановцы. Остальные, если не было отклика, что случалось в большинстве случаев, просто брали оставшиеся дальние аномалии.

Да и легко сказать — «просто». Не просто они их на себя брали. Со страхом оттуда не вернуться.

После доложили престарелому экрану и канцлеру, с ними тот самый финансист, с которым беседовал Сим. Последнего видно не было.

Когда все разошлись, одаренных проводили на этаж с подобием небольшой гостиницы для своих. Удобно, здание покидать не надо.

Поздним ужином тоже обеспечили, хотя и кусок в горло не лез от всего происходящего и предстоящего.

— Ты знала о той облаве. И не предупредила... — Аврора медитировала над миской солянки, ни на кого не глядя. Однако всем понятно, что обращается к Аги.

— А надо было?

— Спасибо за это, — продолжила, словно не услышала вопроса. — Знаю, что тебе с Иридой сложнее всех пришлось, лепила из тебя самого верного раба. Это чудо, что ты выстояла. Благодаря тебе и той нелепой воспитательнице, мы все до сих пор живы.

— Сейчас зато отличная возможность это исправить.

У них ночь, чтобы собраться, выспаться. Утром, уже меньше, чем через восемь часов, — к аномалиям. Работать.

Выживать.

Спать идти никто из них не торопился. Сидели себе, руки о бока чашек грея, и переговаривались. Успокаивает, когда вместе.

В столовую перенесли кошачье семейство, и все, даже суровые стражи-экраны, наблюдали за их играми.

Тройня освоилась и носилась по полу, то тут, то там получая кусочек чего-нибудь съестного. Мама-кошка, до сих пор безымянная, улеглась у Аги на коленях. Громко урчала и следила за обстановкой.

Кто спросил, как снова съехали на набившую оскомину тему — Аги не заметила. Вынырнула из мыслей, поймав историю на середине.

Аврора рассказывала интересно. Слушать бы как сказку о давно минувших днях, а не о своем ближайшем будущем...

Часто бывает, что, казалось бы, рассказ — давно уже история, прошлое или вообще не правда, а вымысел. И тебя никогда-то не коснется. Детская вера, что неприкосновенен.

Только это не история, а наследие, вымученное, прожитое прошлыми поколениями. И ничем-то нынешнее от тех не отличается. Ничем не исключительно, чтобы описанные горести его стороной обошли.

— Они сделали артефакт, очень мощный и очень злой. Скольких принесли в жертву, чтобы сотворить такой инструмент... лучше не задумываться над этим.

«Сон крепче будет», — согласилась Аги.

— Его разделили, и части, скрытые в разных уголках континента и моря, окружая Империю, создают природные аномалии. Сначала незаметные, потом еле заметные... А потом — как сейчас. Все быстрее, все сильнее.

— Сколько уже длится? Ну, если считать с незаметного нам периода?.. — спросил Медведь, который растянулся на полу перед камином и водил шнурком туда-сюда, дразня и котят, и кошку, заставляя коситься на привязанный к концу шнура фантик.

— Лет пять, не меньше. А сам артефакт и того старше, он... как живая сила, стихия. Только искусственная. Ее вырастить надо было, по капле вливая силу. Изо дня в день кормить, ухаживать... Растить.

— Колонии освоили около ста лет назад.

— Артефакту немногим меньше. Их единственное оружие против Империи. Месть готовили давно и масштабно, ни на что не скупясь.

...У них есть свои колдуны, свои медиаторы. Такие же, как на континенте, только чуть другие. И силой они пользуются, дарами своими, только опять-таки — чуть по-иному.

На континенте поднимали экономику и гнались за техническим развитием, никому тут не интересны варварские обычаи. Их верования и ритуалы, их звероголовые боги, у которых силы столько, сколько в них верят.

В колониях им поклонялись. И приносили жертвы. Безвинные, конечно... Петухов, козлов, обезъян... Лишь иногда, в особых случаях, жертвовали большим.

Месть — именно тот случай.

*

... Ирида те еще амбиции имела, и с возрастом ее они лишь росли. Аппетит — он приходит во время еды.

Так и она, молодая да глупая, поначалу следовала за братом по всему свету причинять добро и раздавать справедливость. Гуманитарные миссии и дипломатические.

Во время одного такого путешествия и познакомилась с «хранителем знаний» в варварских землях, помогла ему в малом.

Слово белой женщины, уважаемой, с континента, имело веса больше, чем какого-то размалеванного дикаря.

Мелкая услуга, письмо, ничего ей не стоившее и после — никак с ней не связанное. Но вот... Через пару месяцев Хранителю выдают нужную бумажку — разрешение на открытие приюта-школы. Чистая формальность, чтобы новые власти в будущем не придирались. В колонии имперской жить — по-имперски «выть»...

Так-то чиновникам дела нет ни до школ, ни до детей: твори со своими варварятами, что душе угодно, но подстраховка в виде бумажки с подписью не помешает.

Взамен Ирида получает интересные знания. На затравку.

Дальше — больше. И услуг — ничего не значащих, и знаний тех, о которых в Империи после культа Единого или забыли, или никогда и не ведали.

Ирида не была дурой. Амбициозной только и брата любила. Да и дикаря по-настоящему всерьез не воспринимала. А потому о вероятных мотивах Хранителя с младшеньким поделилась. И возможными подводными камнями в будущем. Предложила кое-что... Противовес.

Ведь и в Империи такая школа-приют не помешает, и если вдруг что, то и лишней не окажется.