Самый темный вечер в году - Дин Кунц

Увидев мужчину, который вышел из куонсетского ангара, крошечную фигурку, от которой их отделяла четверть мили, Бобби Онионс снял ногу с педали газа, и «Лендровер» медленно покатился под уклон.

— Кто этот парень?

— Он называет себя Элиотом Роузуотером.

— Ты не думаешь, что это его настоящие имя и фамилия.

— Не думаю.

— А что написано в чеке?

— Он платит наличными.

«Лендровер» подпрыгивает на выбоинах.

Когда Бобби посмотрел в зеркало заднего обзора,

Пери знал, что он там может увидеть. Они отъехали на какую-то четверть мили от двухполосного шоссе, но уже создалось ощущение, что путь назад будет очень долгим.

Далеко впереди, примерно в тысяче ярдов за ангарами, равнина начинает подниматься к холмам. На востоке земля уходит в пыльный туман, на западе — тает в заходящем солнце.

— Почему встречаться надо в таком богом забытом месте? — спросил Бобби.

— В пустыне есть свойственная только ей удивительная прелесть.

— Ты что, подрядился рекламировать торгово-промышленную палату Мохаве?

Земля бесцветная, как бетон, большая часть растительности выжжена солнцем, если не считать островков пурпурного шалфея.

— Очень уж тут одиноко.

— Может, расслабишься, а? Он не хочет, чтобы его видели со мной. Для него это большой риск. Я сегодня совершил для него пару-тройку преступлений… помнишь? Мне не хочется лишиться лицензии частного детектива, так что такое укромное место устраивает и меня.

Хотя вечер близок, солнце в пустыне жарит, словно в полдень. Искривленные мескитовые деревья напоминают кованые железные скульптуры, а у закругленных крыш куонсетских ангаров края острые, будто ножи.

— А кроме того, — продолжает Верн, — он не может бросить здесь самолет, чтобы встретиться с нами в уютном кафетерии. Прежде я уже имел с ним дело. Все будет хорошо.

— Когда прежде?

— Восемь месяцев тому назад. Обыскивал для него дом архитектора.

— Какого архитектора?

— Меньше знаешь — лучше спишь.

— Тогда ты тоже встречался с ним здесь?

— Да.

— В тот раз ты обошелся без меня. К кому обращался?

Верн вздохнул.

— Если уже тебе так интересно, к Дирку Каттеру.

— Господи, Верн, да он же совершенно безмозглый. Ты пользовался услугами Дирка Каттера, прежде чем позвонить мне?

— По крайней мере, это его настоящие имя и фамилия, он их не менял. Я обращался к нему, потому что у него внедорожник. У тебя тогда не было «Ровера».

— Да. Точно. Я еще ездил на говняной «Хонде».

— А на моем «Шеви» сюда не доехать. Как ты смог позволить себе «Ровер»?

Бобби улыбнулся, подмигнул.

— Благодарная дама.

Верн поморщился.

— Не хочу об этом слышать.

— Расскажу тебе на обратной дороге, — Бобби мягко придавил педаль газа. — Но почему архитектор?

— Ты не можешь заткнуться, так? Говоришь и говоришь.

— Я — детектив. Ты меня привлек к этому делу. Любопытство, никуда не денешься.

— У архитектора роман с телкой. Этот парень хотел знать об архитекторе все, потому что тот встречается с телкой.

— Сегодняшней телкой? — уточнил Бобби.

— А откуда мне знать другую?

Бобби опять сбавил скорость.

— Он хочет знать все об архитекторе, потому что тот трахает телку, потом, через восемь месяцев, он дает тебе задание подчистить дом телки. И что все это означает?

— Не знаю.

— Все это действительно интересно, не так ли?

— Не так уж и интересно, — покачал головой Верн.

— Ты можешь его спросить.

— Если он сразу ничего мне не сказал, значит, это не мое дело. Клиента не спрашивают, почему он к тебе обращается.