Архимаг - Владимир Поселягин

Это вчера днём было, а сегодня мы решили, что хватит, возвращаемся в лес. Парни после постоянных боёв начали чувствовать усталость, так что отдохнут недельку у нас на базе, приведут себя и технику в порядок, и пусть неподалёку от леса дальше развлекаются, пока я не восстановлю портал. Мне там работ, думаю, дней на десять осталось, нормально они шли.

Следующие две недели я плотно работал с порталом, но никак не получалось провести юстировку, то одна проблема выскакивала, то другая. Однако сегодня, когда я после очень тонких настроечных работ провёл проверку, пробно запуская портал, он вдруг засиял всеми красками – мне удалось его восстановить!

Тут же вызванный Мик забежал в палатку.

– Работает? – выдохнул он.

– Работает, – довольно кивнул я.

За эти две недели Мик со своими парнями восстановил технику – со стороны гаража долго сверкала искрами сварка, стучали кувалды и визжала болгарка, и БМП, и танк снова стали как новенькие. После этого рейды возобновились, но теперь капитан и его взвод работали только по освобождению лагерей для военнопленных, и к сегодняшнему дню я могу с уверенностью сказать, что таких лагерей на территории Белоруссии не осталось.

Штабные тоже учудили. Скучно им, видите ли, стало, операции рейдовые все спланированы, охрана лагеря налажена так, что муха не пролетит, вот и вспомнила одна светлая голова о БПЛА, ну и с моего разрешения устроили террор на железных дорогах и станциях. Даже в Литву гоняли его, на предельную дальность. А когда у нас своя авиация появилась и четверо боевых лётчиков, тогда уж совсем развернулись.

Кстати, где наш аэродром, немцы вычислили быстро. Прислали переброшенную с фронта бомбардировочную часть, ну а мы все восемнадцать бомбардировщиков и посадили на землю. Те четверо летунов пересели на мессеры, хотя, конечно, для их возраста выдерживать такие перегрузки проблематично, но я отобрал самых крепких. Часть незваных гостей посшибали «Иглами», часть – истребителями. Так что у одного пилота два сбитых на счету, у остальных – по три. Так-то. Но всё же пора убираться, немцы к нашему лесу корпус стягивают и три дивизии из Франции и Италии перебрасывают. Мик вон из-за них уже второй день отдыхает, из леса выйти не дают. Да ещё артиллерия начала бить по квадратам. Наугад и далеко от нас, но ведь случайно и попасть могут.

– Ну что, пробуем? – спросил я.

– Можно, – кивнул Мик, отходя метра на три от выхода. В пяти метрах от портала никого, кроме меня, не должно быть. За черту он вышел.

Затаив дыхание, я запустил автоматический поиск следующего мира. Две секунды все камушки завораживающе мерцали, пока не засветились координаты нового мира. Чувствуя, как улыбка наползает на лицо, я выдохнул:

– Я эти координаты никогда не забуду.

– Попадание? – с надеждой спросил Мик.

– Да, это Тория.

– Когда переходим? – деловито поинтересовался Мик.

– Не торопись, сегодня весь день ваш, закончите с делами и ремонтом техники, вам ведь там шесть танков осталось? Из последних трофеев вроде? Ну вот, а потом будем переходить. Назначаю время: завтра в обед. Можете пока по мелочи сворачивать лагерь, у вас будет время всё подчистить завтра.

Последние дни, те, которые Мик и остальные ученики провели в досуге по Белоруссии, они не только освобождали лагеря. Да и это у них уже было поставлено на поток, и они пользовались тем, что у них на руках было высокоточное вооружение. Сперва БПЛА уничтожал ракетами, наведёнными с земли, казармы охраны, потом из снайперских винтовок они уничтожали охрану на вышках, зачищали оставшихся, подгоняли к воротам два-три трофейных грузовика с оружием и продовольствием и, стараясь не контактировать с освобождёнными, отступали. Те уже сами организовывались и решали, что делать дальше. Почти все уходили в сторону фронта.

По беспилотнику добавлю, что его отряд Мика использовал только первое время, потом работу с ним на себя взяли лётчики на «лаптёжниках». Пилоты были с огромным опытом, бомбы в пикировании в бочке могли положить, но опыт был не их, а прошлых хозяев и даже не этого мира, а близнеца. Вот по лагерям они и нарабатывали свой опыт.

Авиация у меня не только по ним работала, универсальной была. Бомбардировщики ещё железнодорожные станции бомбили, мосты, всё, что представляло важность для немецкой военной машины, и на истребителях лётчики летали, и на разведчиках, где было установлено более совершенное оборудование. Правда, вся авиация сейчас убрана в свёрнутые баулы, лишь «шторьх» стоял на опушке, но его сегодня, как и большую часть техники, уберут в один специально для этого освобождённый склад.

Так вот, помимо того, что парни освобождали лагеря, а двигались они теперь только по воздуху, используя авиацию и высокоточное оружие, транспортников хватало, так они ещё гребли под себя всё, что умудрялись захватывать. Да-да, та обмолвка Мика, что половина бойцов собирают коллекции, была правдой. Тот же Мик, как оказалось, буквально балдел от ручного оружия вермахта и собирал именно его, а ручным оружием он считал всё, начиная от пистолета и заканчивая противотанковыми ружьями. Причём чтобы всё было рабочим, с боеприпасом и аксессуарами. Пока он развлекался на линии фронта, то изрядно пополнил свои запасы. Так вот, кто пистолеты собирал, кто знаки различия или пояса со всеми чехлами и плечевыми ремнями, но переплюнул всех Эрих. Наш танковый ас просто тащился от бронетехники и мало того что начал собирать коллекцию танков Второй мировой войны, так ещё ныл, что у него нет американских и японских машин, намекая на перемещения нашего лагеря куда-нибудь в Китай или на острова Тихого океана, где идут бои и используется бронетехника.

Что примечательно, некоторые французские и британские машины у него были, видать, трофеи из Франции. Да-да, у него уже было восемнадцать машин разных моделей, правда, на ходу было всего двенадцать, остальные чинились в нашем гараже. Так ладно бы один Эрих этим занимался, он привлёк к своей коллекции энтузиастов, и человек тридцать сейчас восстанавливали эти машины. До поздней ночи стоял шум от гаражей. Проблема была в том, что размещать мне эту коллекцию было негде. Ну да, часть, ту, что была на ходу, успели загнать в баул с авиационной техникой, но вот эти машины на склад могут и не влезть, да и не хотелось, честно говоря, их брать. Но у нас с лейтенантом была договорённость: я забираю с собой его коллекцию, а он со своими энтузиастами-помощниками чинит другую повреждённую технику, и он договор выполнил, два десятка мотоциклов, изувеченных юными гонщиками, пяток легковушек и два грузовика были восстановлены, и их уже загнали на один из складов. Так что сейчас они занимались именно танками.

Кстати, гонки на мотоциклах действительно устраивали, в основном на лёгких одиночках, были аварии, и много, ломались, что уж тут говорить, но погибших не было, спасибо нашим медикам и тому, как они виртуозно пользовались медицинскими магическими амулетами и артефактами.

– Понял, разрешите идти? – козырнул капитан.

– Свободен, – кивнул я и двумя касаниями отключил портал.