Господин моих ночей - Алиса Ардова

Прошел день... Другой... Третий... А печать… Нхоран — так, кажется, мама ее называла… «молчала», превратившись в блеклый, еле заметный рисунок. Высший словно забыл обо мне.

Сначала я обрадовалась возможности отдохнуть от ночных бесед и ужинов, от магии и странных живых картинок, что бередили душу и пьянили сильнее вина. Успокоиться... опомниться. Да, именно опомниться. Слишком странно все получалось, не так, как я себе это представляла, и каждое новое свидание все меньше походило на нелюбимую, но вынужденную «работу».

Раньше все было четко и ясно. Есть он — чужак, враг, завоеватель, которому понадобились некие «услуги» и есть я — бывшая аристократка, которая, для того, чтобы выжить и спасти близких, пошла на сделку с магом. Он купил и щедро расплатился. Я продала и собиралась честно выполнить обязательства. Ничего личного, никаких чувств.

Сейчас же... я уже ничего не понимала.

Высший медлил, не брал то, о чем, собственно, договаривался. Кормил, развлекал разговорами и магией свою альтэ — знать бы еще, что это такое, и каковы, на самом деле, ее обязанности. Неужели просто есть и болтать? А я... Я, кажется, начинала привязываться к нему, ждать наших встреч. Как быстро для меня перестало иметь значение, кто он. Как легко я забыла, что совсем недавно звалась невестой другого и готовилась к свадьбе. Это пугало намного больше, чем прежде — перспектива запятнать свое имя и стать любовницей лагорца.

Поэтому, когда высший перестал приглашать к себе, я даже почувствовала облегчение. Занят, наверное… Вот и ладно — отдохну, отосплюсь, займусь делами и, может быть, эмоции улягутся, перестанут тревожить.

Но время шло, Айтон по-прежнему молчал, и на пятый день я уже не находила себе места. Маялась, тосковала, откровенно скучала. Но все заслоняло смутное беспокойство, которое точило изнутри, не давая ни на чем сосредоточиться.

Как назло, и Хвич пропал. Прежде, когда у меня выдавались свободные ночи, он часто залетал и напрашивался в гости. Скребся в стекло, и, когда я распахивала рамы, осторожно перебирался в комнату. Отряхивался, осыпал подоконник мелкой каменной крошкой, стеснительно елозил лапой, пытаясь «незаметно» стряхнуть это безобразие за окно, и впивался в меня умильным взглядом.

— Опять? — Притворно хмурилась я.

Следовал покаянный вздох.

— Покормить?

Глаза горгула на мгновение вспыхивали, а потом гасли и становились честными-честными.

«Заметь, я ничего не просил, — уверяли они. — Я вообще молча сидел… Тут… в уголочке… Сама предложила».

— Ладно, — соглашалась я. — Только одну каплю. — Хвич, победно встрепенувшись, шлепал ко мне. Кажется, нам обоим нравилась эта игра.

И вот, он тоже куда-то запропастился.

Я даже окно на ночь теперь открывала — в надежде, что горгул непременно заглянет. Но он так и не появился.

Я готова была, махнув рукой на приличия, пристать с расспросами к лэйру Сюфрэ, но целитель посчитал, что надобность в ежедневных визитах отпала, и перестал нас навещать. Просто передал через посыльного пакет для мамы и записку с обещанием заглянуть, когда лекарства закончатся. Раньше, мол, нет необходимости, госпожа Бэар уже выздоравливает.

Нэсса все еще обходила меня стороной, но в небесно-голубом взгляде появилось злорадство. Чувствовалось, что жену брата распирает от желания высказать все, что у нее накопилось. И однажды родственница не выдержала.

— Смотрю, ты перестала по ночам отлучаться, Элаис, — пропела она медовым голоском, подкараулив меня на лестнице. — И все еще каждую медяшку считаешь. Маг бросил, да? Быстро ему надоело. Впрочем, я знала, что надолго ты его внимание не удержишь… Расстроилась? — она подалась вперед, жадно ощупывая меня взглядом. — Вон, какая унылая. Не переживай. Тебе все равно нечего больше терять, можно и о мяснике теперь подумать.

Я стиснула кулаки и молча шагнула вперед. Хотела пройти мимо, но Нэсса вдруг побледнела, отшатнулась.

— Что ты?.. Ты что?.. — забормотала она, пятясь. — Я же только предложила. — Забежала в свою комнату — откуда только резвость взялась — и быстро захлопнула дверь, истерично взвизгнув на прощание: — Ненормальная…

Прошла неделя, и я, не выдержав, выбрала момент и заговорила об Айтоне с Толлой.

— Что тебе сказать, девочка?.. — вздохнула женщина, грузно опускаясь рядом на диван. — Если бы это был обыкновенный маг, я могла бы расспросить… знакомых, а пути высшего...

— Неисповедимы, — горько закончила за хозяйку «Гнездышка» присказку, ставшую очень популярной в послевоенном Кайнасе.

— Я не знаю, где он, и куда исчез, но... — Толла наклонилась ниже. — Ты видела, что творится в городе?

Конечно, видела. В последние дни столицу буквально наводнили патрули, причем, не простые, магические. Они останавливали прохожих — в основном мужчин, разумеется, но и женщин иногда тоже, — спрашивали имена, место жительства и, самое главное, проверяли метки, чего раньше никогда не делали. По столице опять поползли самые причудливые слухи. Начиная с того, что грядет новая страшная война с объединенной армией бывших союзников Варрии. И заканчивая восстанием «чистых», которые с помощью уцелевших храмовников вот-вот захватят Кайнас.

— Может, все дело в этом? — Толла сжала мою ладонь. — Не стоит переживать, Элис. Отыщется высший. Ну, а если нет... Должность моей помощницы, в любом случае, твоя. Проживете…

Конечно, проживем. С метками, работой и выплаченными долгами стало намного легче. И мама пошла на поправку. Что же так ныло в груди, звенело натянутой струной, не позволяя расслабится?

Разговор с Толлой не успокоил, а лишь растревожил еще больше. В тот вечер я шла домой и невольно подмечала, как изменился город. Насторожился, замер в тревожном ожидании. Даже прохожих на улицах стало меньше. И парочки уже не гуляли, как раньше, беспечно взявшись за руки, хотя погода стояла на удивление теплая. Все словно чего-то ждали.

Поддавшись общему настроению, тоже заторопилась, невольно ускоряя шаг. Вот и Пепельный переулок — до дома оставалась пара кварталов.

Повернула за угол и замерла, как вкопанная, заметив мужчину на другом конце почти безлюдной улицы.

Знакомая до боли фигура… рост… цвет волос... И так же передергивает плечами, отворачиваясь от неожиданных порывов ветра...

— Сэлн?

Мужчина никак не отреагировал на неуверенный оклик — не запнулся, не оглянулся, даже не сбился с шага.

Не услышал? Решил, что обращаются не к нему?

— Сэлмон?!.. — крикнула отчаянно и звонко.