Спасение "попаданцев". Против течения Времени - Юрий Корчевский

Ужинал и завтракал Михаил вместе с командой ладьи, сидя рядом с Пафнутием.

Команда ушкуя заявилась дружно и вовремя, провожаемая женами и детишками. И еще долго стояли они на берегу, размахивая на прощание платками.

Дальше они сплавлялись с остановками только на ночлег.

На Макарьевской ярмарке застряли на два дня, закупая продукты и интересуясь ценами.

Дальше, вниз по Волге, крупных городов уже не было, только несколько деревень. И по правому берегу шла уже мордовская земля.

Мордва периодически нападала на русские селения, грабила, угоняла людей в плен, но и сама часто страдала от татарских набегов.

Русские тоже не оставались в долгу – даже войска ходили на мордву, дабы пыл их воинственный усмирить. Поэтому на ночевку останавливались на левом берегу, выставляя на ночь караульного от каждого судна.

А дальше и вовсе татарские земли пошли – Казанского ханства. Тут уж приходилось держать ухо востро. Навстречу им поднимались по Волге только редкие суда – не то что до Нижнего.

Напротив Казани остановились – дальше идти мешала цепь поперек реки. А с берега уже лодка спешила с татарскими мытарями. Товар в трюмах осмотрели, деньги взяли и клочок кожи с выжженным клеймом дали.

На землях татарских хоть леса были, а потом – ровная, как стол, степь. Кое-где видны были пасущиеся стада и кибитки пастухов.

Земли башкир по левому берегу миновались беспрепятственно. Потом по правому берегу потянулись земли булгарские, а чуть позже показался и сам Булгар. После нашествия Тамерлана, разрушившего город, жители разбежались, и город, былой славой равнявшийся с Казанью, а то и с Сарай-берке, пришел в упадок. Оставшиеся в живых и вернувшиеся немногочисленные жители промышляли рыболовством и охотой. Скот был съеден или угнан воинством Железного Хромца – как называли Тимура.

Навстречу по Волге под веслами шел насад – грузовое плоскодонное судно. Из большого дерева делался киль, форштевень и ахтерштевень, ставились шпангоуты и обшивались досками. В зависимости от размеров насады могли перевозить от 80 до 200 тонн груза.

Пафнутий, сидевший на ладье впереди, замахал руками. На насаде сигнал поняли и свернули к берегу. Туда же, борт к борту, пристали ушкуй и ладья. Купцы поприветствовали друг друга.

Купец с насада перепрыгнул на борт ладьи. Познакомились, купец оказался из Пскова. Михаил подивился: на таком большом и неповоротливом судне забраться в такую даль немалых усилий стоит. Хотя на насаде гребцов много – человек тридцать, если не больше, да мачта еще стоит. Правда, ветер для насады встречный, и парус спущен.

– Ты откуда идешь, Афанасий?

– Из Сарая, столицы татарской.

– Расскажи.

– Чего говорить, самому увидеть надо.

– Не обижают татары-то?

– В городе купцов полно, со всех земель, поверишь ли – даже генуэзцы.

– Это откуда же?

– Из-за морей, где италийцы.

– А дальше не плавал? Мы в Персию собрались.

– Тогда совет дам. В низовьях Волга на рукава делится. Пойдете правее – как раз в Сарай попадете. Ну а ежели все время влево забирать, город останется в стороне, и выйдете к морю. В тех местах я бывал, там Астраханское ханство. А дальше не плавал, сказать не могу. Оружие, если есть, спрячьте подальше – не любят этого татары. Если остановят – откупайтесь. Но купцов они вроде бы не обижают.

– Спасибо, удачного пути.

Суда разошлись. Первой шла ладья Пафнутия. В кильватере, держа дистанцию в полсотни аршин, шло судно Михаила.

Широка Волга в низовьях! Со стремнины, с середины реки, противоположные берега едва проглядывались.

Понемногу ладья отклонялась от главного судового хода влево – Пафнутий явно не хотел промахнуться и попасть в столицу Орды.

Вдруг ладья резко вильнула, и Михаил насторожился. Это ладья обошла внезапно появившуюся отмель. Оба судна почти одновременно наполовину приспустили парус.

Отмель оказалась первой, но не последней, предвещая появление рукавов.

Ладья почти вплотную подошла к левому берегу. Ушкуй следовал за ней, как нитка за иголкой. Пафнутий затеял это плавание, вот пусть и идет первым.

Шли до вечера, потом встали на ночевку. К берегу не приставали, стояли в десятке метров от земли на якорях, опасаясь нападения. Ужинали всухомятку, поскольку вокруг голая степь и не видно деревьев. Даже если бы они задумали разжечь костер, дров взять было неоткуда.

Михаил улегся на палубу. Гребцы уже храпели, а он смотрел на звездное небо. Темнота в этих краях опускалась быстро, звезды были крупные, яркие, и положение их на небосклоне было не таким, как в Москве. Непривычно. Он нашел глазами Большую Медведицу, Полярную звезду, указывающую путь к дому.

За бортом плеснула хвостом крупная рыба. Должно быть, в этих краях рыбалка знатная, только возможности нет. Хотя можно ловить и на ходу. Только как потом уху приготовить?

За мыслями Михаил не заметил, как сморил сон.

Утром тоже завтракали всухую – сухарями, салом, сушеным мясом. А водичку пили забортную, из Волги.

Ветер сегодня был попутный, но слабее, чем вчера. Парус подняли полностью, да еще гребцы на весла сели.

Далеко в степи были видны пасущиеся стада, пастухи на конях. Ни степняки, ни тем более судовая команда интереса друг к другу не проявляли.

Ближе к вечеру стали появляться, в основном по левому борту, аулы в три-четыре глинобитных домика. Впечатление они производили убогое и угрюмое – в первую очередь, из-за отсутствия окон. Уже потом Михаил узнал, что на Востоке дома ставят глухой стеной на улицу, а окна выходят во внутренний дворик.

Вокруг домов были высокие и глухие глинобитные заборы, не позволявшие заглянуть во двор.

Вечером и ладья, и ушкуй причалили на ночевку к правому берегу, где не было видно селений. А утром, едва прошли с десяток верст, показалась Астрахань, именовавшаяся Хаджи-Тарханом.

С берега их заметили, кричали что-то, размахивали руками – то ли приветствовали редкие в этих местах корабли, то ли приказывали подойти к берегу. Однако ладья шла вперёд, и Михаил держал курс за ней.

Вода в реке становилась мутной из-за взвеси песка. Потом волны стали крупнее, и Михаил увидел перед собой обширную водную гладь. Каспий! Они добрались до моря!

Ладья повернула вправо, держась в отдалении от берега, но и не удаляясь далеко. Случись шторм – будет возможность пристать.

Через несколько часов пути на берегу показалась небольшая крепость, уж больно похожая на русский острог. В землю были вкопаны бревна, виднелись ворота со сторожевой вышкой над ними.

Ладья повернула к берегу.

Михаил догнал судно и пристроился рядом.

– Пафнутий, это что?