Исцелить сердце дракона. Книга 2 - Юлия Марлин

— Слышал, тебе нездоровилось? — Проговорил он.

Удивленная вопросом (думала, как увидит моментально забросает хлёсткими обвинениями), рассеяно кивнула:

— Оправилась, спасибо.

— Если нужна помощь, только скажи.

Обескураженно заглянула в мужские глаза, пытаясь угадать, что на него нашло. Взыграла совесть? Или это очередной драконий трюк? Отлично помня умение генерала быть обаятельным ровно до тех пор, пока выгодно ему, на всякий случай отступила на шаг.

— От вас ничего не надо.

— По-прежнему опасаешься? Не доверяешь? — Горестно усмехнулся мужчина.

Нет, спешу отблагодарить, расцеловать и признаться в любви.

— Я заслужил, — заметно хмурясь, дракон уставился под ноги. Долго молчал, а потом неожиданно полюбопытствовал: — Позволь спросить «почему»?

— Что «почему»?

— Почему не сообщила Адель о преступлениях клана Золотого Феникса?

— Это важно?

— Сделай одолжение, ответь.

Карие глаза лорда загорелись огнем. Мужские ноздри раздулись от снедающего его нетерпения.

— Не захотела, — ровно ответила, утаивая факт, что давно сообщила. Просто пока не время обвинять опасного противника публично. — Устраивает, Ваше Высокопревосходительство?

— Опять обманываешь.

— Даже если так, то что? Ударите магией? Спалите драконьим огнём? Запихнёте в мешок и утащите в Эйрдаш?

От пристального взгляда Кассиана, в котором полыхнула настоящая злоба, я прикусила язык и отшатнулась. Правда, испуг длился недолго.

С головы до ног накрыла необъяснимая уверенность, сердце успокоилось и, ощущая небывалый эмоциональный подъем, я сбросила плед и сложила руки.

— Чего замолчал?

Даже не смутилась того, что осталась в одной просвечивающей насквозь сорочке на тонких лямках. Дорогая шелковистая ткань красиво облепила изгибы тела, подчеркнув полушария грудей, тонкую талию, плавные окружности бедер и открыла взору удивительно стройные ножки, коими я всегда справедливо гордилась.

Кассиан непроизвольно отпрянул.

Ошалело распахнул потемневшие до черноты глаза и с жадностью впился в мой облик. Изучил каждый изгиб, каждую ложбинку, подолгу задерживаясь в области груди и на обхвате бедер. А после, опьяненный какими-то своими мыслями, с мрачным видом уставился на пылающую огненными переливами особую ауру. Ту самую, которой когда-то соблазнился и посчитал себя вправе завладеть.

— Ты стала другой, — сделав глубокий вдох, хрипло проговорил мужчина. Устремил суженные глаза в мои, судорожно стиснул кулаки.

Не спорю, стала.

Вот только это не ваша заслуга, генерал.

— Он научил?

Сделала взгляд вконец ледяным:

— Вам не кажется, вы забываетесь?

— Ответь на вопрос.

— Да. Он.

— Любишь его?

Несмотря на подавляющую драконью магию, жегшую тело, я осталась хладнокровна.

— А вот это, милорд, не ваше дело.

С аристократической утонченностью откинула русую прядку и, игнорируя прожигающий до костей взгляд, повернулась в сторону гардеробной.

— У меня много дел. Прошу вас удалиться…

Он подался навстречу. Пересёк гостиную стремительной тенью.

Мгновенье назад был далеко и вот уже ворвался в зону моего личного пространства. Обжег шею прерывистым дыханьем, стиснул талию широкими ладонями и прежде, чем я успела сгруппироваться или хотя бы крикнуть, развернул лицом к себе. Заключил в обжигающе горячие объятия и, вобрав ртом мой сдавленный писк, склонился и прорычал:

— Ты ЕГО любишь?

— Люблю, — рявкнула я. — А теперь отпустите.

Пораженный откровенностью, а может фактом того, что его чары более не способны подчинить, Кассиан ослабил хватку. Несколько томительных секунд обшаривал моё лицо глазами, словно надеясь заметить отблески притворства, и, не найдя, с едва уловимой горечью подался назад. Лишь скосил взор к чистейшей коже запястья, которую когда-то бесцеремонно посмел осквернить собственной меткой.

— Браво, леди.

Далее отступил, разворачиваясь и уже думая уходить, как внезапно заметил золотистые отсверки брачного браслета, украшавшего моё второе запястье. Внушительную фигуру мгновенно окутало пламя трансформации.

Зараза!

Я же никому не планировала о нем рассказывать!

Поздно.

Кожа лорда заискрила, распадаясь крупными янтарными чешуйками. Вертикальные зрачки поползли заполнять глазные яблоки, а сам заметно подросший мужчина метнулся ко мне, хватая и вздергивая запястье на уровень глаз.

— Ты не имела права! Ты — моя!

— Я никогда не была твоей! Отстань!

Дракон не думал выпускать.

Хуже того, продолжая буровить браслет ненавидящим взглядом, все заметнее увеличивался в размерах, нависая сверху уже не человеческой фигурой, а чем-то наподобие обломка скалы. Того гляди перекинется и вцепится в горло.

Понимая, что иного выхода нет (да и не хотелось искать, ибо я давно грела мечту отплатить «милорду» за все прегрешения), припомнила уроки с мужем. Спустя мгновенье в свободной ладони сгустилось энергетическое тепло.

Действовала спонтанно. На чистых инстинктах. Не выплетая сложных формул, не прибегая к помощи заклятий.

Рей учил, что исцеляющая магия пластична и при верном управлении способна в считанные доли секунды преобразиться в атакующую. Главное — правильно рассчитать дозировку. Неспроста говорят «любое лекарство может, как вылечить, так и убить». Вот и я, хорошо усвоившая Первое правило целителей, скопила в пальцах приличное количество свечения и приложила Кассиана ударом в висок.

Остро треснуло, посыпались искры. Дракона отбросило в самый дальний угол. В аккурат на диван. Где распластавшись на сиденье, оглушенный и дезориентированный, он содрогнулся от укусившего его электрического разряда и захрипел.

Трансформация прервалась. Мужчина вернулся в человеческий облик. Отдышался, а потом воззрился на меня ошарашенными глазами. Искренне недоумевая, как слабая человеческая девчонка умудрилась почти играючи «отодвинуть» от себя гору мышц с высочайшим магическим уровнем.

— Ты это видела, Каролина? — Раздался от парадного входа восхищенный шепот.

— Видела, Бригитта.

— Ущипни-ка меня.

— Зачем?

— Убедиться, что не сплю. Ай! Аккуратней!

На пороге мялись две дамы.

Спиной ощутила пристальные взгляды.

Не до конца понимая, сколько они успели увидеть, рассеяла беловатое свечение, подцепила ногой плед и оглянулась, чтобы натолкнуться на две обезоруживающие улыбки.