Узы крови - Вильямс Шон

– Ксу! Вот уж никак не ожидала встретить вас снова!

– А почему? – спросила Ксу.

– Ну, я… я просто не предполагала, – ответила Мейлин. – А что вы здесь делаете?

– Продаю горшки тергешам, – сказала Ксу. Она сняла со спины мешок и медленно выпрямилась, проведя ладонями по бедрам. – Они собираются здесь в это время года. Так они обычно делают, – добавила она, оглядывая пустую, безлюдную площадку, заросшую травой.

– Они вернутся, – успокоила ее Мейлин. – Завтра. Мои друзья отправились выполнять задачу, поставленную перед ними их вождем, Джодободой.

– Ох уж эти тергеши и их задачи! – качая головой, произнесла Ксу.

Наклонившись, она посмотрела на Роллана. Спустя секунду Эссикс опустилась возле нее и вскочила на грудь мальчика.

– О, этот парень твой, верно, Эссикс? – спросила Ксу. – «Закатная смерть». Плохо… у вас есть семена банановой тыквы?

– Нет, – покачала головой Мейлин. – Они и вправду могут его исцелить? Все остальные наши спутники отправились добывать их…

– Могут, но это только часть лекарства, – пояснила Ксу. – И угораздило же его подхватить эту болезнь. Злосчастный укус насекомого… Нам надо перетащить его поближе к скале.

– Зачем? – удивилась Мейлин.

– Дождь, – ответила Ксу, указывая на небо, а потом на скалу. – Мы сделаем там укрытие.

– Но ведь дождь теплый, – в недоумении возразила Мейлин. – Может быть, не стоит его беспокоить?

– Он не ощущает тепла, – объяснила Ксу.

Она раскрыла свой мешок и, порывшись в нем, вытащила плотно сложенный квадратный кусок промасленного шелка, несколько кусков тонкой бечевки и несколько колышков для палатки. Подойдя к скале, она быстро воздвигла укрытие, закрепив край водоотталкивающего покрытия на роге и протянув вниз другой его конец.

– Ты возьмешь его за ноги, – сказала она, обращаясь к Мейлин, подходя к голове Роллана и поднимая его за плечи. – Эссикс, давай, поднимайся в воздух. И без тебя тяжело.

Удивительно, но Эссикс сделала как раз то, о чем просила ее Ксу: она взлетела и сразу же села на рог высеченного из скалы носорога, а Мейлин и Ксу потащили Роллана в убежище. Джи, не торопясь, шла за ними и, подойдя к растянутому тенту, влезла под него и улеглась рядом с Ролланом, заняв все место в укрытии.

– Ха! – засмеялась Ксу. – Эта панда ленивая… и у нее водобоязнь.

Они едва устроили Роллана в укрытии, как внезапно полил дождь, без предварительных сигнальных капель, а сразу во всю мочь, как будто кто-то сидящий наверху опрокинул вниз огромную бочку с водой. Мейлин прижалась спиной к скале, которая никоим образом не могла защитить ее от дождя, но создавала у нее чувство, что она может в чем-то оказаться полезной. Ксу снова развязала свой мешок, порылась в нем и вытащила красивый зонт, сделанный из вощеной бумаги, украшенной рисунками танцующей мышки. Это был ее дух животного, который сейчас пребывал в состоянии спячки или прятался в специально сшитом карманчике.

– Тарик… старший из Зеленых Мантий среди нас, – нерешительно сказала Мейлин. – Он говорил, что слышал о вас. Вы ушли от Зеленых Мантий давным-давно… Это правда?

– Из Зеленых Мантий редко выходят, – ответила Ксу. – Я долго находилась, если можно так сказать, в отпуске. Возможно, пора возвращаться назад. Молодежь пока еще не обладает необходимыми навыками.

– Верно, но мы ведь только-только начали, – запротестовала Мейлин. – Да и действовали мы не так уж плохо. Мы захватили Гранитного барана, и хоть мы и потеряли Железного кабана… это произошло по понятной причине.

Key в ответ лишь коротко усмехнулась негромким пронзительным смехом.

– К тебе это не относится. Олван, Ленори… они постоянно забывают мои уроки.

– Да? – изумилась Мейлин, озадаченная тем, что, оказывается, и Олван, и Ленори были когда-то учениками, так же как и она. И при этом они были плохими учениками. Такое представить себе было невозможно.

– Нам нужно развести костер и вскипятить чай, – предложила Ксу, пытаясь сменить тему. – Собери сухой носорожий помет, пока он не промок совсем. Под деревьями на границе с джунглями много сухих куч.

– Иду, – сказала Мейлин, вскакивая на ноги, с ее плеч каскадом полилась скопившаяся на них вода.

– Хорошо, – ответила Ксу.

Спустя пять минут, подбирая сухие лепехи носорожьего помета, которые ей удалось найти, Мейлин вдруг подумала, почему она с такой готовностью бросилась выполнять такое поручение. Живя дома, она никогда бы не смогла даже и представить себе, что будет заниматься сбором навоза, даже если сухие его куски будут восприниматься ею практически так же, как сучья дерева для костра.

Но она хотела заслужить уважение Ксу, а единственный способ добиться этого – делать все необходимое. Даже если необходимо собрать носорожий помет для костра.

Сейчас, по крайней мере, она не чувствовала себя полностью ответственной за то, что происходит. Рядом с ней был кто-то, с кем можно было обсудить те слова, значение которых она могла понять лишь после вторичного их обдумывания.

Она улыбнулась. Ведь такое, возможно, сказал бы Роллан.

Дождь немного стих, когда она вернулась, а затем вдруг внезапно прекратился. Облака разошлись, и Мейлин уловила яркий свет закатных солнечных лучей, пробившийся через верхушки деревьев, окружавших поляну с запада. Следуя указаниям Ксу, она сложила сухие лепехи навоза в пирамиду с подветренной стороны скалы на некотором расстоянии от укрытия. Ксу подожгла навоз с помощью скрученной промасленной бумаги и зажигалки с приводным механизмом часового типа – красивое эмалированное яйцо, разрезанное на две половины, которые надо было пятнадцать раз повернуть относительно друг друга. Мейлин подумала, что оно было бы не лишним в шкатулке с драгоценными вещами ее отца.

Установив свою треногу, Ксу повесила над огнем котелок и приготовила чай. После того как они напились, Мейлин взяла чашку остывшего чая и стала ложечкой вливать его в рот Роллана. После нескольких неудачных попыток ей все-таки удалось заставить его проглотить немного чаю, но сейчас он был полностью без сознания и не заговорил.

– Ты хорошо ухаживаешь за ним, – одобрительно кивая, похвалила ее старая женщина.

– А кому еще этим заниматься? – горестно вздохнув, спросила Мейлин.

– Уход за больным проявляется по-разному.

– Вы хотите сказать, что я должна делать что-то еще?

– Нет, – Ксу прищурила один глаз, но второй при этом был широко открыт. – Пойми, одиночество – это ведь тоже один из видов смерти.

Мейлин посмотрела в сторону, не совсем понимая то, что услышала, но чувствуя себя при этом так, будто Ксу видит ее буквально насквозь, причиняя ей этим неловкость.

– Джодобода сказал, что он умрет на завтрашнем закате, если не получит лекарства, – сказала Мейлин, желая вернуть разговор к теме, с которой он начался.