Мутаген - Михаил Михайлов

Посторонние мысли быстро улетучились, стоило мне только взглянуть на свою травмированную конечность. Во время действия обезболивающих средств я почти забыл про травму, но сейчас смог увидеть все воочию. Стопа и часть ноги была опухшими до состояния однородной болванки. Сейчас по толщине эта часть ноги сравнялась по своим объемам с бедром и имела нездоровый синюшный цвет.

– Хреново…

– Посмотрим, – проговорила врач и указала мне на кушетку, – приляг и не двигайся.

Выполнив, что было указано, я стал с замиранием сердца наблюдать за последующими действиями женщины. Та аккуратно крутила, прощупывала и пробовала ущипнуть мою ногу. Несколько раз смотрела на меня, стараясь заметить реакцию, и наконец сдалась:

– Ничего не чувствуешь?

– Почти ничего, – пожал я плечами, – только я себе вводил лекарство обезболивающее. Его действие только через час полностью пройдет.

– Что же ты молчал тогда? – укоризненно посмотрела на меня врач, и под этим взглядом я себя ощутил мелким шаловливым карапузом, попавшимся под строгий взор матери. – Вот говори вам или не говори, проку все равно мало.

Временно прервав чтение вполне заслуженной мною нотации, она отошла к застекленному шкафчику и чем-то там зазвенела. Наверное, выбирала необходимые лекарства.

– Все с тобой ясно, кроме одного, – закрыв шкафчик и вернувшись ко мне, произнесла женщина. – Как лечиться будем?

– То есть?

– Можно с использованием морфера, а можно и обычными средствами. У тебя разрыв связок и, возможно, треснула кость. С помощью «пленки» ты выздоровеешь за несколько часов, но это обойдется дорого. Обычными средствами будет раз в десять дешевле, но пролежишь с неделю. Что выбираешь?

– На здоровье экономят дураки да мазохисты. Одни по глупости или жадности, другие по извращенному своему сознанию, – отшутился я, после чего еще и скаламбурил. – А еще и в цифрах… Огласите весь список, пожалуйста.

Та пожала плечами, но выдала в ответ:

– Дуракам счет не веду, а мазохистов мутанты съели, у них поспрашивай или желудки повскрывай для статистики. А если по ценам, то две тысячи евро за «пленку» и триста или триста пятьдесят за обычное. Как я поняла, мне морфера тебе поставить?

Еще бы! Денег у меня по-любому хватает, да и экономить на своем драгоценном здоровье глупо. К тому же валяться целую неделю… бр-р, ужас полный. Было такое пару раз в моей жизни, впечатления остались пренеприятнейшие.

Врач задала последний вопрос так, для проформы. Почему? Да просто в руках у нее были не обычные в таких случаях лекарства, а простые фиксирующие повязки и… Больше всего неизвестный морфер походил на тонкую, ажурную фольгу или действительно на пленку. Еще на ум напрашивалось сравнение с кленовым листом – морфер был такой же узорчатый и тонкий, разве что имел цвет ярко-красный с черными прожилками.

Обработали по полной. Обмотали бинтами, сверху аккуратно наклеили порождение Мутагена, после чего заявили:

– Все, теперь тебе надо полежать несколько часиков. Морфер все сделает как надо. Если хочешь поспать, то спи. Ты мне не будешь мешать.

После этих слов она поднялась и вышла из отсека, прикрыв за собой дверь, тем самым отделяя меня от себя и возможных новых клиентов. Я стал проваливаться в дремоту уже тогда, когда она произнесла слово «спать». Когда же я оказался скрыт от постороннего любопытства, то и вовсе канул в пучину сна без сновидений.

Насчет без сновидений, это я… поспешил. Перед самым своим пробуждением мне привиделся Гришка, что-то с жаром объясняющий неизвестному мне мужчине в простом костюме-двойке. Эти слабые воспоминания еще несколько секунд крутились у меня в голове после того, как открыл глаза, а потом смазались и ушли в дальние и темные уголки моей памяти.

– Как самочувствие? – поинтересовалась врач, которая и стала причиной моего пробуждения. – Что-нибудь болит?

– Вроде бы нет, – с некоторым сомнением ответил я, шевеля ногой. – Вот только голова чугунная и пить хочется.

– Это из-за принятых тобою стимуляторов. В остальном твой организм полностью здоров. Я не только о ноге, «пленка» и помимо основной зоны воздействия много полезного делает. Так что пора снимать морфер и выписываться.

За то время, что я провалялся на кушетке, «пленка» приобрела еще несколько черных прожилок, да и остальные сильно увеличились в размерах. Увидев это, врач покачала головою, пробормотав невнятно, что ее хватит еще на один раз.

Но все это были не мои проблемы, на данный момент меня беспокоило только одно – поскорее добраться до комнаты и упасть хоть на пол, лишь бы место было безопасное и располагающее к отдыху. Расплатившись, я вежливо попрощался и пошел на второй этаж, где находилась жилая часть.

Те минуты, что прошли в разговоре с держателем комнат, и путь до моего номера, они словно пронеслись в полусне. Сколько-то там пришлось заплатить, потом немного подождать, пока занесут матрас и постельное белье. Принесли, окончательно привели комнату в порядок, а потом и вымелись, оставив меня наедине с самим собой и огромной усталостью. Скинув с себя опротивевшую экипировку и рюкзак с оружием, я ощутил настоящее блаженство, словно до этого на своих плечах удерживал небосвод, как мифологический Атлант. Несколько секунд раздумывал над дилеммой – завалиться спать прямо сейчас или потратить пяток минут на душ. Лень бунтовала, но разум и естественное желание не уподобляться всяким-разным перевесили. В любом случае чистым спать комфортнее. Зевнув, я побрел в конец коридора, где располагались душевые кабины и вообще водопровод.

К моему приятному удивлению, вода была и горячая и холодная. Правда, один из помощников хозяина этого заведения предупредил меня, что горячая будет подаваться в течение пяти минут. Больший период надо было заказывать заранее и оплачивать дополнительно. Так что за этот небольшой промежуток времени надо было ополоснуться и привести себя в порядок. Иначе… Конечно, расхаживать весь в мыльной пене вроде одного из персонажей «12 стульев» не придется, но стоять под ледяными струями… мрак.

За отведенное время сумел управиться, хотя и ловил себя пару раз, что все действия мочалкой выполняю машинально, в то время как сам практически сплю. Последнюю минуту я просто стоял под струями воды, ожидая, когда кончится поток нормальной, горячей воды. Дождался, пока градусы резко пойдут на убыль, и сразу же перекрыл кран. Все, баста! Что ж, значит, надо добираться до комнаты и спать, спать, спать.

Спал я долго, даже очень долго – часов двенадцать, и это не считая тех трех, которые придавил на врачебной кушетке. Только спустя столь длительный промежуток времени, лежа на кровати с открытыми глазами, я понял, что выспался. А если выспался, то надо было подниматься, тем более что и голод начал меня донимать со страшной силой. Откинув одеяло, я невольно повел плечами от прохлады, царившей в комнате. По домашней привычке я разделся почти полностью, оставив только трусы и майку, из свежего белья, что прихватил с собою.